Даша Пар – Равновесие крови (страница 41)
Кали обхватила себя за плечи, дрожа словно от холода.
– Клянусь святыми, я не знала! Нет-нет, не знала, что все так будет! – с мольбой заговорила она. – Брошин лишь намекнул, что одна из нас может оказаться серебрянокрылой, и уговорил на этом основании перейти под его опеку, а он уж позаботится о достойной партии… И Деян, он так смотрел на меня, Сэлли! Поверишь ли ты, что я влюбилась как девчонка и просто не смогла остановиться? Я думала, раз мои крылья серебряные, значит, твои точно будут зелеными. И Брошин говорил маме, что поможет Кристану с поступлением. И я поверила, что он позаботится о нас, ведь он наш дедушка! – Сестра запрокинула голову, чтобы сдержать поток слез – на ее лице достаточно макияжа, чтобы остались следы, если она заплачет. – А потом стало слишком поздно. И Брошин оказался… совсем не таким милым. Когда он понял, что потерял тебя, он собирался отыграться на мне, однако Деян во всеуслышанье заявил, что мы помолвлены. Деду ничего не осталось, кроме как поддержать это решение, – она замолчала. Резко остановила словесный поток, заметив кого-то за моей спиной.
Обернувшись, я увидела Кирнан, которая с прищуром глядела на Калисту. И тогда сестра взяла себя в руки, нацепив дежурную улыбку. Она вновь обняла меня, но в процессе развернула в сторону от Кирнан.
– Сэлли, приходи ночью в парк. К высокому дереву, стоящему у ограды. Я должна сказать тебе кое-что очень важное. Пожалуйста, ты должна выслушать меня! – едва слышно прошептала она. Выпустив меня из объятий, сестра громко заявила: – Я так рада, что ты нас навестила, сестра Селеста. Своим присутствием ты разогнала тучи серости над этим местом. Хотела бы я увидеть тебя в гостях в поместье Адегельских, где остановилась наша мама.
– Как подопечная короны я своим временем больше не распоряжаюсь – на все воля короля. Но для тебя, сестра Калиста, я попытаюсь найти свободное окно, – моей ледяной улыбке позавидовали бы шелки, а сестра едва заметно кивнула, понимая подоплеку моих слов.
До вечера я была одна в своих комнатах, окруженная книгами из королевской библиотеки. Под впечатлением о прошлой ночи я погрузилась в сказания о красных песках и погребенном городе демонов. Пока я должна была оставаться в изоляции, но скоро начнутся занятия с учителями, которых выбрал Никлос.
Сегодня что Арт, что Ник заняты, так что вечерних посиделок не намечалось и я опять ужинала в одиночестве. Ближе к вечеру мне принесли красивые полевые цветы из оранжереи. Это горные колокольчики, родом из Гадельерской долины. В записке Артан обещал скоро навестить меня, он что-то интересное задумал, чтобы я немного развеялась.
Незаметно наступила ночь. От желтокрылой подруги, приславшей мне прощальное письмо, я уже знала, что из невест остались только Кирнан с Милан и Калистой, а также Анка и еще несколько девиц. Остальные, включая саму Паули, разъехались по поместьям и городским домам в ожидании майского свадебного цикла. Многие так и не обзавелись женихами, так что их родителям предстоит устраивать случайные встречи в городском квартале увеселений, в королевском парке, на набережной и так далее.
Мою подругу-сплетницу особенно интересовало, почему Кирнан до сих пор не обзавелась женихом. На нескольких страницах она изложила пропущенные мной события в жизни невест: несколько небольших скандалов, разбитых сердец и горьких слез. Родители Кирнан отвергли все предложения крыла, руки и сердца, а значит, игра продолжается. Паули особенно просила писать обо всем, что происходит во дворце.
С наступлением ночи стало совсем тихо. Горничные подготовили меня ко сну, намазав лицо странной маской и наказав во сне не вертеться, после чего удалились. Выждав до полуночи, я наскоро обтерла кожу полотенцем, смывая остатки смеси, спешно переоделась из ночнушки в один из «домашних» нарядов с удобными тянущимися бриджами, натянула на ноги легкие гибкие ботинки и смело перелезла через карниз.
Эти комнаты не такие удобные, как в женском крыле, так как теперь я находилась на четвертом этаже, где не было широких выступов. К тому же самой большой проблемой было расположение королевской части дворца – сторона, противоположная от женского крыла, от парка и… святая Клэрия, сестра не могла найти место попроще? Я не могла пройти внутри здания, ни на кого не наткнувшись. Мой единственный шанс – спуститься вниз, пробраться к отвесным скалам, превратиться в дракона, пролететь у самой воды до парковой зоны, там вновь сменить шкуру и добраться до места встречи. И все это сделать незамеченной. А потом повторить в обратном направлении.
Если меня поймают, то Никлос точно порвет на мелкие кусочки, так долго он объяснял, насколько для меня важно оставаться в своих покоях. А я вот такая дурная взяла и нарушила обещание, да еще ради сестры, которая теперь Адегельская. То есть почти… враг? Это мне и хотелось узнать.
Так что я упорно карабкалась вниз, про себя радуясь, что эта часть дворца не подсвечивается огнями и вообще скрывается во тьме. Перед королевским крылом разбили высокий лабиринт из живой изгороди и украсили его кустами в форме животных. Вокруг раскидистые деревья, а позади всей композиции располагалась королевская усыпальница.
Спустившись, я как лисица быстро преодолела открытое пространство и скрылась в гуще деревьев, замерла, переводя дыхание и прислушиваясь, а потом устремилась к обрыву. В темноте сложно идти быстро, глаза видели лишь тени. А свет от горящих окон не доставал до меня. Я догадывалась, кто не спит в такой час. Король вообще мало спал, не больше пяти-шести часов в сутки. И много работал, занимаясь составлением очередного пакета законов по реформе деда.
Ночная тишина никогда не бывает полностью глухой. Слышны ночные птицы, стрекот цикад и кузнечиков, писк грызунов и треск веток. Что-то падает, ухает, скрипит. От ветра молодая листва создает причудливые очертания, и кажется, что среди деревьев полно странных шепчущих фигур. Но я была здесь одна.
Достигнув обрыва, перед которым не было никакого ограждения и где только оттенки черноты выдавали тонкую грань между небом и землей, я остановилась, оглядываясь по сторонам. Здесь должен проходить патруль, но я не знала во сколько, поэтому просто прислушивалась.
Проклятье, да здесь громче, чем в самой людной комнате! Снизу волны так и бились о скалы, ветер пронизывал до костей, а сердце готовилось порвать грудную клетку. Полная какофония звуков, и я не сдержалась, плюнула на все, разбежалась и прыгнула вниз.
Кого я обманываю: мое самое искреннее желание – вновь почувствовать полет! Прошло несколько дней после превращения, и кожа буквально зудела от предвкушения стать драконом. Это настолько естественное чувство, что нет никаких сомнений – я просто делаю это!
Косточки приятно растягиваются, как это бывает по утрам после сладкого сна. Немного чешется задняя сторона шеи, спускаясь до лопаток, где зуд трансформируется в облегчение во стократ сильнее, чем когда вытаскиваешь занозу из пальца. И если кажется, что человеческое тело легкое – тело дракона еще легче. Оно будто наполнено воздухом. Мозжечок головного мозга включается новыми способностями, и я по-другому ориентируюсь в пространстве. Усиливается способность понимать темноту – эхолокация, мне иначе доступна ночь. Теперь я точно знаю, где находится патруль, и легко ухожу к воде ближе к скалам, чтобы меня не заметили.
Полет длится секунд двадцать, может, чуть дольше, но я не могу уйти в облака или дальше в море – белый цвет как пятно во мраке, слишком заметно. Поэтому я поднимаюсь со стороны женского крыла, ухожу дальше в парковую зону и на границе с лесопарком падаю на землю человеком.
Над приземлением еще работать и работать.
Откашлявшись землей, отряхнувшись, я постояла немного на месте, прислушиваясь, а после устремилась ко дворцу. Крадучись двигаясь к назначенному месту, я услышала приглушенный разговор и поняла, что Кали пришла не одна. Выглянув, я увидела Алисту.
– Мама? – спрашиваю я осторожно, выходя из-за деревьев. Заметив меня, мама застывает на месте, но все-таки подходит и очень крепко прижимает к себе.
– О, милая моя Сэлли, как же все так обернулось… – прошептала она, обнимая меня сильнее.
Ее объятия по-матерински полновесны и тяжелы, из них не хочется выбираться, и я вспоминаю, как в детстве с сестрой мы вбегали по утрам в родительские покои и прыгали к ним в кровать, и они нас обнимали крепко-крепко. Мир снаружи казался таким маленьким, а их руки – огромными и теплыми. Сейчас невольно вспомнились те времена, когда мама еще умела беззаботно улыбаться.
Отпуская меня, мама обращается к нам обеим:
– Я уезжаю. Ваш дед забылся, начал относиться ко мне как к своей собственности, будто я вдова из его дома. Но я зеленый дракон. У меня есть свой дом. Я возвращаюсь на родину. Если Кристан не сможет поступить, он также вернется домой, и мы перейдем под опеку дяди. Это лучше, чем быть рядом с Брошином.
– Ты бросаешь нас? Так же легко, как готова была отдать меня ему? – обращаюсь я к ней с вызовом.
– Я не знала, что есть иные варианты. Брошин очень влиятельный дракон, у которого много друзей. Вы и половины не знаете о его возможностях. Но против короны он не пойдет, так что, Сэлли, ты в безопасности, а ты, Кали, просто не покидай до замужества пределов дворца. После с Деяном вы уедете, так что Брошин не достанет вас.