Даша Пар – Черный человек (страница 20)

Отвернувшись от круглого танцпола, в центре которого на приличном возвышении располагался диджей, прошла под металлическими конструкциями в барную часть. Отвратительно громкая музыка и слишком резкие движения толпы, дезориентировали, однако мне удалось докричаться до бармена и сделать заказ.

Забрав рюмку, доверху наполненную водкой, осторожно забралась в закуток, подальше от любопытных глаз, достала из сумки пакет с порошком и быстрым движением смешала его с алкоголем, а затем осушила залпом, даже не поморщившись. Прислонившись к стене от резкого помутнения и «ударов» по вискам, прикрыла ненадолго глаза. Это зелье даст мне от силы полчаса, но этого должно хватить, чтобы найти Кузнечика в этой толпе. Оторвавшись, открыла глаза, отыскала лестницу, ведущую на второй этаж и уже оттуда, пристально всматриваясь в толпу попыталась отыскать Ловца. Безрезультатно. Слишком много людей и слишком мало света. Спустя десять минут поисков, хождений по клубу, уже была готова отчаяться, когда увидела его, направляющегося в сторону вип-зоны.

— Вертун! — крикнула достаточно громко, ровно так, чтобы он услышал и обернулся.

Его лицо, нечёткое, как отражение в зеркале на старом снимке, удивлённое, настороженное… не принадлежало Ловцу. Это было лицо человека, телом которого, овладел Попрыгунчик. Полная противоположность призраку и на удивление в отличной форме! На нём нет ни единой печати Изнанки, а значит Кузнечик знает своё дело лучше, чем я думала.

— Что же в этом мире такое чудное творится, что медиум приходит к призраку, а не наоборот!

Парень, лет за тридцать, но не старше сорока. Худой, как щепка, вертлявый, не способный стоять прямо, всё время двигающийся, шевелящий пальцами, зыркающий по сторонам, нервный. Так выглядит настоящий Ловец или, как он предпочитает, Вертун. О нём узнала когда-то от Михаэля, он предупреждал, чтобы я не связывалась с подобными сущностями — они любят лгать, предавать и обожают портить жизнь живым.

Сейчас передо мной стоял мужчина в возрасте, с шикарной шевелюрой, едва-едва окрасившейся в белый, благородный, седой цвет. Дорогой костюм, часы известной марки, широкие плечи, кудрявая крупная бородка. И лишь глаза выдавали истину, они были суетливые, дёргающиеся, слишком быстрые для столь видного мужчины.

— Да брось, не всё так плохо! — отвечаю, пожав плечами. — Мне нужно поговорить с тобой. Ты занят?

— Как видишь — нет. Только развлекаюсь. И ради прекрасной дамы готов отложить самые срочные дела на потом, — он ухмыльнулся, а затем предложил пройти в вип-зону, где в небольших кабинках можно было и поесть, и выпить, и поговорить в тишине.

— Что тебе нужно, Элли? Не думаю, что ты пришла просто познакомиться.

Он заговорил не сразу, сначала беглым взглядом оглядел меня, пришёл к каким-то выводам, затем сделал заказ по каналу связи, вмонтированному в столик, и лишь откинувшись на спинку зелёного кожаного дивана, проявил интерес к моему визиту.

— Откуда ты меня знаешь? — меня неприятно удивил этот факт, но виду не подала. Известность в рядах призраков кого угодно напугает.

— Чтобы я не узнал ученицу Белого человека? Девушку, которую спас сам Харон? Которая ходит на Изнанку как к себе домой? Любой мало-мальски сильный призрак о тебе знает. Наш мир, при всём своём многообразии слишком скучен, мы любим сплетни. Так что тебя привело ко мне? Не думаю, что ты хочешь попасть на Изнанку, для этого у тебя есть Харон.

— И всё-таки, ты попал в самую точку.

Мы были вынуждены прерваться — в кабинку зашла гружёная подносами с едой и напитками, официантка. Разложив всё на столе, улыбнулась призраку как старому знакомому и пожелала приятного аппетита.

— Ох, ну что за женщины пошли! — восторженно отозвался Ловец. — Все ухоженные, красивые, чистые. Не то, что раньше, с кривыми зубами и прыщами на пол-лица. Мне нравится видеть перемены.

— Поесть ты тоже любишь, — с изумлением рассматривая заставленной самой разнообразной снедью стол. — Ты собираешься всё это съесть?!

— Если голодна — присоединяйся, я не жадный, — ответил, пожав плечами. — Мне нравится жизнь. Нравится еда, напитки, сигареты, наркотики, смотреть фильмы, путешествовать по миру и, самое главное, мне нравятся женщины. Я люблю жить.

— Взаймы, ты хотел сказать. Ты любишь жить взаймы, — замечаю с холодной улыбкой, пригубив мартини с мятой.

— Будь я опасен, Институт не ограничился бы одним лишь наблюдением, — отвечает также холодно. — Таких как я — мало. Тех, кто способен менять тела, не причиняя ни душевного, ни физического вреда их хозяевам. Это дар, который я развивал долгие-долгие годы. Сейчас я просто наслаждаюсь жизнью в этом мире. В отличии от тебя, которую так и тянет на Изнанку. Почему ты обращаешься за помощью ко мне, а не к Харону?

— Контрабанда. Я знаю, ты этим занимаешься.

— И не поспоришь! С таким к Харону не обратишься. Что же ты такого хочешь протащить на Изнанку и зачем?

— Не твоего ума дело, — ответила излишне грубо.

Вертун неимоверно раздражал. Мне хотелось выцепить его из тела и зашвырнуть на самые низкие уровни Изнанки. Мне не нравилось в нём решительно всё. И его манера поведения, и гадкая улыбка, гулявшая по его губам, и то, как пренебрежительно он смотрит, и как говорит. Я хотела бы найти другой способ оказаться на той стороне, но в голову больше ничего не приходило. Попрыгунчик — самый быстрый способ.

— Хорошо, я принимаю твой ответ, — он даже не обратил внимания на мой тон, как будто и не ждал ничего иного. — Вопрос в том, что ты можешь мне предложить?

— А это не очевидно? — воскликнула удивлённо. — Я могу отправить тебя дальше, через дверь.

Он почесал подбородок, затем покачал головой:

— Меня это не интересует. Что ещё?

— Что? — от неожиданности растерялась, отчего он громко рассмеялся.

— А ты смешная, Элли. Как думаешь, сколько лет я путешествую по этому миру? За прошедшие годы я повстречал много медиумов и им подобных. Думаешь, одну тебя бесит, что призрак способен так жить? Я могу вселиться практически в любого! Могу видеть этот мир такими разными глазами, чувствовать так остро и ярко… зачем мне уходить? Мне и здесь более чем хорошо!

— Тогда что ты хочешь? Если тебе ничего не надо было, ты просто прошёл бы мимо меня. Тебе что-то нужно — что именно? — скрестила руки на груди, уставилась на него, чувствуя, как в груди закипает злость.

— Ты будешь мне должна, — ответил отрывисто. — Мы заключим сделку. Я провожу тебя на Изнанку в обмен на твою помощь в будущем.

— Только если это не навредит ни мне, ни любому другому человеку — живому или мёртвому, — ответила быстро, протягивая руку.

— Договорились, — улыбка на его устах была самой мерзкой из всех, каких я когда-либо видела.

От этого на душе стало ещё гаже, но выбора у меня не было. Мне нужно вернуться.

Он коснулся меня и в тот же миг маска с его глаз слетела, его человеческие глаза пропали, на их месте появились блестящие полностью чёрные глаза демона-призрака с белой пылающей окантовкой на месте радужки. По лицу зазмеились тёмно-синие вены, а кожа побелела до мертвенного цвета неживого существа.

Вместе с истинным обликом увидела разрозненные кусочки его прошлого. Воспоминания, способные перевести на другую сторону. И на удивление их было очень много. Нет-нет, среди них не было ни печалей, ни грусти, только хорошее, яркое, то, что делает для обычных людей переход наилегчайшим. Мне захотелось копнуть глубже, в самые ранние воспоминания, чтобы понять, почему же он застрял на Изнанке, но Вертун не позволил, он отдёрнул руку и гневно уставился на меня.

— А ты опаснее, чем я думал. Больше так не делай, — процедил сквозь зубы. — Будь готова к завтрашнему вечеру. Я приду к тебе домой и переведу на ту сторону.

— Ты знаешь, где я живу? — от его слов стало зябко, передо мной пронёсся образ той собаки, что сторожит меня напротив входа.

— Нет, но ты скажешь мне, — было видно, что он сделал это специально. — До встречи, Элли. Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным.

***

Возле дома меня вновь ожидала девушка-призрак. Она выглядела ещё более нервной, чем в прошлый раз и постоянно озиралась по сторонам. До рассвета ещё несколько часов, а в свете фонарей, без теней, она выглядела по-настоящему потерянной и чужой на безлюдной улице.

Увидев меня, девушка вся подалась вперёд, словно бы хотела спрятаться за мной.

— Ты пришла! — воскликнула она. — О слава всем богам, ты пришла!

— Ты всё сделала?

— Да-да, конечно, — сбивчиво заговорила девушка, нервно потирая руки. — Она была в Чёрной башне, как вы и сказали. Я думала, у меня не получится, но я смогла пройти. Они решили, что я из этих, из неофитов и ничего не заподозрили.

— Неофиты? — недоверчиво нахмурилась, осматривая её с ног до головы. — О чём ты говоришь?

— Вы не знаете? — она растерянно посмотрела на меня, а затем обнажила запястье, на котором, будто выжженное клеймо, мерцала чёрная метка в виде паука с маленьким тельцем и очень длинными лапами, переходящими в струящиеся под кожей тёмно-синие вены. — Они набирают призраков. Тех, кто хоть что-то понимает и кто хочет перемен.

— Вот как.

Эти новости нужно было обдумать. Такого я не ожидала, так как считала, что все затеи призраков также бесплотны, как и они сами. То, что они организуются, оказалось для меня весьма неприятным сюрпризом.