Даша Коэн – В активном поиске (страница 14)

— О, а вы оперативно, — хохотнула я и тут же скривилась, так как где-то под рёбрами у меня резко и неприятно прихватило.

— Вы помните, что с вами случилось?

— Смутно.

— Хорошо, вы помните, как вас зовут?

— Ну конечно, я помню, — где-то вне поля моего зрения кто-то хохотнул, а я снова прикрыла глаза и медленно выдохнула.

— Ваше имя, девушка?

— Снежана.

— Фамилия?

— Романова.

— Дата рождения?

— Двадцать девятое февраля. Ничего не говорите, я знаю, что молодо выгляжу, — и снова глупо захихикала, хватаясь за бок и шипя, словно змея.

Хорошо меня приложило.

— Обезболивающее поставить? — наконец-то мне удалось рассмотреть того, кто со мной говорил. Это была девушка, точнее, уже женщина, лет сорока. С аккуратной косой и в медицинском костюме. Ну таком, как в кино: красиво скроенном с претензией на высокую моду.

— А я думала вы уже. Но если нет, то буду благодарна, бок очень болит.

— Рукой шевелить можете?

— И рукой. И ногой.

— Что-то кроме бока вас беспокоит?

— Спать хочется, — немного поразмыслив, ответила я, а затем добавила, — а переночевать негде. И не с кем.

— Переночуете у нас в отделении.

— А у вас — это где?

— Частная клиника «Евромед». Слышали о такой?

Я хотела бы залихватски присвистнуть, но у меня не получилось. Только что-то прошепелявила позорно губами и всё. Расстроилась. Чуть не пустила слезу. Вот что я за неудачница, а? Ни жениха найти не могу, ни посвистеть от души.

Кулёма!

— Ну как там она? — крикнул кто-то позади меня, да так громко, что мне чуть уши не заложило.

— В целом нормально. Ты молодец, что увернулся, Иваныч. Иначе бы костей не собрали. Но я бы рекомендовала полное обследование и немного отлежаться. Чисто, чтобы пьяной более по улицам не бегать.

— Никакая я не пьяная, — буркнула я с максимальной уверенностью в себе, — у меня на стрессе всё выветрилось давно.

— И всё же, Снежана, лучше перестраховаться.

— Не бойтесь, заявление писать не буду. Вы мне, вообще-то, жизнь спасли.

— Ну, насчёт жизни не знаю, но вещи ваши мы подобрали.

— С меня шоколадка.

— Сочтёмся.

И на этом месте меня снова обуяла дрема. Где-то на периферии сознания я чувствовала, как меня немного повернули, а затем в ягодицу вонзилась игла. Спустя ещё минуты три, боль в боку полностью сошла на нет.

Да мои же вы спасители!

Ещё спустя неопределённое время машина, в которой я так удобно ехала в горизонтальном положении, неожиданно притормозила, а затем и вовсе остановилась. Меня в полудрёме выкатили под невыносимый свет люминесцентных ламп, и я тихо чертыхнулась.

— Куда оформляем? — услышала я едва различимое бормотание и напрягла локаторы.

— Слушай, тут такое дело, давай пока воздержимся от оформления.

— То есть?

— Да мы же в Черёмушках были.

— Кончаловская опять сердечный приступ симулировала?

— Ну так выходной день же, да ещё и праздничный. Конечно!

— Ну и чего?

— Да мы уже ей выписали «какую-нибудь таблетку» и поехали обратно, а тут рядом с банями, ну теми самыми, на дорогу девушка бросилась. В халате вон одном и с кипой вещей.

— Проститутка?

— Да не похоже.

— Пьяная?

— Благоухает, конечно, но не критично. На адреналине больше.

— И вы её просто подобрали? Без ментов, без протокола?

— Да.

— Вам Градов всем головы пооткручивает и поувольняет к чертям собачьим.

— Так девушка без претензий. А мы торопились смену сдать, праздник же...

— Это она пока под мухой без претензий, а завтра притащит свой протрезвевший зад к нам и накатает заявление, где скажет, что Скорая помощь самого «Евромеда» совершила на неё наезд и открестилась от содеянного. А там возле тех бань поди ещё и камер понатыкано.

— Блин... записей не будет.

— У вас по трекеру остановка, дурни.

— Так скажем, что Валера отлить отходил.

— Так и скажи, что вам на лапу дали. Бесстыжие!

— Ну... лишних денег не бывает. Ты только нас Градову не сдавай, Львовна.

И голоса, постепенно удаляясь, затихли вовсе.

А я что? Я ничего. Я вообще согласна была ещё раз дать на лапу этим милым людям только чтобы они меня ещё раз сбили и увезли из тех ужасных бань.

А спустя минут несколько я уже и думать не могла, потому что меня принялись таскать по рентгенам и процедурным, чтобы убедиться в том, что я жива и жить буду. Одна, с кошками, по ходу дела, но уж как на роду написано.

Ничего не поделаешь.

И потом я только было хотела сказать кому-то про Вику, которая всё ещё оставалась, по всей видимости, в заложниках в той самой бане, и её надо бы срочно спасать, но передумала. Лучше сама. Сейчас поскорее уберусь из этой дорогой клиники и сразу к ментам. А там уж за Викой.

Тем более, что переломов у меня, как оказалось, нет. И сотрясения тоже — видимо, сотрясаться было нечему, ибо какая ещё пришибленная идиотка поверит в чудо-трусы, которым сто лет в обед, и попрётся в них в баню как последняя шаболда с первым встречным, поперечным? Только ушиб и заработала, но то не в счёт — заживёт как на собаке. Да и я заслужила, впредь буду знать, как верить во всякую ерунду.

— Можно я уже пойду? — взмолилась я и посмотрела на какую-то медсестру жалобно и вопрошающе.

— Можно. Только отказ от госпитализации подпишите. И ещё один бланк, где вы подтверждаете, что претензий к скорой за случайный наезд не имеете.

— Да все, что угодно. Только скорее.