Даша Громова – Вопреки (страница 5)
Я бы с радостью провел всю свою будущую ссылку там, но папа точно бы не подписался на это. И мне пришлось смириться с тем, что, скорее всего, я уже туда никогда не приеду и не увижу, какой в итоге вышел дом, украшенный вьющимся плющом по колоннам.
– Не хочешь съездить кое-куда? – Прервал я тишину.
– Почему нет, – отозвалась Даша, продолжая рассматривать фрески над дверью в парадную.
Мы обогнули проспект Эванса, взяв по пути небольшую пиццу в пекарне и пару мятных лимонадов в стеклянных бутылках, когда небо начинало гаснуть, переходя от нежно-голубого в серый, а после в темно-фиолетовый цвет, то и дело рисуя кучками облаков, словно акварелью по листу, недовольные рожицы, которые время от времени начинали извергать из своих глаз молнии, сверкавшие где-то недалеко от нас.
– Похоже, мы сейчас промокнем… – Произнес я, посмотрев на горизонт.
– Я не удивлена! Как только я не возьму зонт, так вечно дождь… – Фыркнула Даша, потягивая какао из пластмассового стаканчика через трубочку. И правда, через мгновение после ее слов стало накрапывать, с каждой минутой превращая дождь в тропический ливень. Некоторое время мы стояли под навесом какого-то магазина в надежде, что ливень прекратится, но надежды таяли так же стремительно, как кубики льда в лимонаде. – Давай под дождем гулять? – Даша заговорщически посмотрела на меня.
– Ты хочешь взять меня на слабо? – Даша самодовольно закивала. – Не в этот раз! – И я с улыбкой выпорхнул под потоки дождя, протянув ей руку. Даша сделала несколько пируэтов вокруг своей оси, лишь только ее рука дотронулась моей, и засмеялась. Она была такой красивой под дождем, пусть и с потекшей тушью, пусть и с лохматыми волосами, потому что сейчас она была собой: счастливой и независимой, кружась под дождем, словно снежинка на зимнем ветру.
Мы, смеясь, шли под проливной стеной, пока остальные люди бежали прятаться кто куда только мог, не замечая буйства красок вокруг. Мне всегда было жаль тех, кто не мог радоваться таким мелочам, как прогулка под дождем или красивый закат, или снежные узоры на окнах, или первые расцветшие цветы, или ранний летний рассвет, – это же самое легкое счастье из всех, для которого даже не нужно стараться, чтобы получить!
– Ты знаешь, чего я никогда не делала?
– Чего?
– Я никогда не целовалась под дождем!
– Так чего же мы ждем? – Даша пожала плечами.
– Кажется, дождь начинается?
– Кажется, да… – Прошептала она, и как только я притянул ее к себе, наши губы слились в поцелуе. Стаканчик с какао выпал из ее рук, пролившись мне на джинсы, а ей на юбку платья и ботинки, но ни Даша, ни я, кажется, этого абсолютно не заметили. Я был так счастлив, потому что мог обнять ее в любую секунду и не испытывать при этом неловкости, что поторопился. Я не мог оторваться от Даши, потому что понимал, что могу больше никогда не увидеть ее, а потому сейчас мне хотелось просто взять ее в свои руки и никогда не отпускать.
Мы успели промокнуть до нитки, но это абсолютно было неважно, потому что мы принадлежали друг другу в этот момент и в следующий тоже. Мы были рядом друг с другом на шумной мостовой, которая была почти полностью нашей, ведь дождь распугал абсолютно всех вокруг, но не нас. Я был рядом с Дашей, прижавшись своим сердцем к ее, отчего мне казалось, что вокруг было яркое солнце, а не тусклое, серое небо, выплескивающее свой гнев на мир. Внутри меня было чувство, что среди этого уныло-пессимистичного пейзажа, затянутого холодной тьмой, где-то далеко-далеко блеснул тонкий луч солнца. И я бегу, бегу изо всех сил, чтобы спрятаться в его свете, чтобы согреться в вечной мерзлоте. И с каждым метром луч становится все ближе, а тепло начинает проникать в меня. Я зажмуриваюсь и стою под этим сиянием какое-то время, пока вновь не почувствую себя живым. И знаете, что же я увижу, открыв глаза? Свет. Нет ни одного темного уголка – все вокруг меня светится и блестит. И знаете почему? Потому что это свечусь я. Свечусь изнутри. Я горю! Я сгораю от любви, как восковая свеча. Но мне не жалко растаять ради этого. Ради некоторых людей не жалко и умереть. Единственно, чего мне не нужно было больше делать, так это бежать в паническом поиске света, потому что я уже нашел его и больше ни за что не потеряю!
– Потанцуем? – Я протянул Даше левую руку.
– Никогда не танцевала под дождем! – Она улыбнулась и протянула правую руку в ответ.
Даша сделала несколько пируэтов, встав на цыпочки. Ее мокрые волосы слегка трепал ветер, а дождь, который, казалось, уже успел затопить все вокруг, совершенно ее не интересовал. По ее розовым щекам ручьями стекали капли дождя, скатываясь по шее на нежное платье, которое уже успело промокнуть насквозь, а пальцы, которые так невесомо лежали в моей руке, при всем холоде вокруг были теплыми и ловко блуждали меж моих. Я притянул ее к себе, положив руки на талию, Даша положила свои руки мне на плечи, уткнувшись носом в грудь. Я почувствовал, как у меня быстрее забилось сердце, да и вообще я как-то переменился в лице. Сейчас в ней было что-то такое, чего не было в остальных: какая-то легкость и непринужденность, но в то же время стеснение и серьезность. Я почувствовал, как у меня запылали щеки, да так сильно, что разболелась голова… Температура… Или?.. Я не знал… Но мне было тепло, даже жарко, несмотря на погоду, а ещё хотелось плакать от того, что это все в последний раз… Я был словно в каком-то зазеркалье, откуда я будущий следил за собой прошлым и абсолютно не понимал, как себя вести. Но все, чего мне сейчас хотелось, так чтобы этот танец на мостовой не заканчивался никогда, и я так и стоял под этим чёртовым дождем, обнимая самого дорогого человека, который ещё не пропал для меня в миллионах других. Мне казалось, что как только я отпущу ее руку, все вокруг исчезнет и я погружусь во мрак, в котором ничего и никого нет, кроме меня. И я, пытаясь в попытке выбраться, погружаюсь лишь больше во тьму, теряя все, что имел, и теряясь сам. Ужасное чувство – быть живым мертвецом…
Но пока что из холодного сумрака, в который я погружался, меня вытянуло прикосновение Даши, когда она обняла меня, а ее руки стали блуждать по моей спине. Мне стало так спокойно и хорошо, словно меня, как ребенка, закутали в большое теплое одеяло и читают сказку на ночь про всепобеждающую любовь и рыцарское мужество перед любым препятствием. Мне казалось, что эти объятья могут исцелить любую болезнь! И если одна часть меня отдавалась эти объятиям полностью, то вторая назойливо зудела, что я не заслуживал этого щедрого желания согреть мое сердце, которым делилась Даша. Да и пошло оно все, подумал я, когда совесть начинала свербеть все сильнее. Сегодня я хочу быть счастливым, и ничто этому не помешает!
Даша положила одну руку мне на плечо, а второй взяла меня за правую руку, смотря мне в глаза. Я лишь чувственнее притянул ее к себе и поднял взгляд, отчего она тут же покраснела, побелела и стала сбивчиво дышать, а ладони то горели, как адское пламя, то становились до безумия ледяными через каждое мгновение. Мы закружились в каком-то сентиментальном вальсе, смотря друг на друга. С каждой прожитой минутой мне хотелось лишь дольше смотреть в необъяснимую и ещё не до конца изведанную мне вселенную, в этот манящий меня мир, в этот малахитовый взгляд.
– Ты меня гипнотизируешь? – Улыбнулась Даша, на что я помотал головой.
– Только ты моя муза ночная, – неожиданно для себя я стал декламировать строчки ее любимого поэта (нет, этот поэт был не я, как могло показаться). –
– Чш-ш-ш… – Даша ласково прикоснулась своими губами к моим, и это не было поцелуем – это было чем-то большим, чем просто поцелуй, чем-то более внеземным. – Ты весь дрожишь! – Прошептала она, когда мы аккуратно соприкоснулись лбами.
– И ты…
Она усмехнулась.
– Интересно, сколько мы уже здесь?
– Это так важно? – Прошептала дрожащими губами Даша, покрываясь мурашками. Мне кажется, только сейчас мы начали осознавать, что на улице дождь. Потому что меня самого трясло, как осиновый лист на ветру, а одежда и вовсе, казалось, отсутствует на мне.
– Нет… – Протянул я, стуча зубами. – Но мне кажется, мы слегка промокли! – Даша неслышно засмеялась, закрыв глаза.
Не знаю как, но мы оказались в машине, плавно подъезжающей к даче. Наша мокрая верхняя одежда валялась на заднем сиденье вместе с едой, пока мы отогревались под теплым воздухом из кондиционера. Машин на дороге было мало, и за полчаса мы успели преодолеть достаточное расстояние для будничного городского дня.
– Ого! Вот это домина! Интересно, кто там живет? – Воскликнула Даша, выходя из машины.
– Ну вообще это наша дача.
– У вас точно тройня будет? – Засмеялась она.
– Я почти уверен в этом!
– Что ж… чем займемся?
– На кухне есть хорошее красное вино!
– Ты же за рулем!
Вот чёрт! Я так на него рассчитывал. Прямо думал о том, чтобы первым попробовать девственную бутылку бордо.
– Печально… – Вздохнул, скуксившись я. – Сделаю тогда чай.
– Но вино тоже было неплохой идеей! – Даша лукаво улыбнулась.