Даша Черничная – Измена. Не прощай меня (страница 27)

Киваю, сцепив зубы. Это больно слышать, очень.

— С тобой он другой.

— Что? — от неожиданности даже оборачиваюсь, а Мустафа, увидев мою реакцию, улыбается.

— Он много лет был один. Соблюдал траур. Не подпускал к себе никого. Когда появилась ты, он ожил. Снова начал улыбаться, злиться, восхищаться и получать удовольствие от жизни. Что-то чувствовать, двигаться. Мне кажется, с тобой он впервые начал улыбаться, Тая… До этого как призрак ходил.

Приятно это слышать? Конечно. Верится ли в это? С трудом.

— Наверняка вы преувеличиваете, Мустафа, — устало улыбаюсь и разливаю чай по кружкам.

— Я слишком стар, чтобы преувеличивать, лгать или юлить. Поэтому говорю как есть. А вот верить или нет — это уже по твоей части.

— А его жена?.. — не решаюсь задать вопрос о том, каким Батыр был с ней.

— А его жена умерла так давно, что остались только обрывки воспоминаний, Тая, — говорит Мустафа проникновенно. — И мой тебе совет: хватит сравнивать себя с женщиной, которой нет в живых десять лет. Ты другая. Решительная, даже дерзкая. Выводишь его на эмоции, не подстраиваешься под него. Заставляешь злиться, ревновать.

— Это хорошо? — выгибаю бровь.

— Кто ж знает, — смеется добродушно. — Уж точно не плохо. А ты на Батыра не сердись. Он не привык, что что-то может идти не по его. Остынет и вернется.

«Главное, чтобы он в постели с другой женщиной не остывал», — ловлю себя на мерзкой мысли.

Болтаем с Мустафой еще некоторое время, пьем чай. Я пытаюсь выяснить, видел ли он сегодня Татьяну, но мужчина отвечает, что она с утра отпросилась, якобы по каким-то важным делам, и он ее целый день не видел.

Прямо привидение пришло и открыло дверь. Ага.

Желаю мужчине спокойной ночи, а сама иду спать. Не знаю почему, но после разговора с ним становится легче. Второе дыхание открывается.

Сплю спокойно, а утром долго вожусь перед зеркалом. Старательно вывожу стрелки, крашу тушью ресницы, укладываю брови.

Надеваю широкие шерстяные брюки, объемный свитер, ботиночки на каблуке. Волосы волной оставляю лежать на плечах. Улыбаюсь сама себе.

Решительно выхожу из спальни и спускаюсь на первый этаж, специально громко топая. Я не собираюсь ходить крадучись в собственном доме.

Татьяна на кухне. Увидев меня, оборачивается.

— Таисия Маратовна, доброе утро. Я приготовила для вас фруктовый салат и овсяную кашу. Сейчас накрою в столовой.

Внешне все точно так же, как и раньше. В ее поведении ничего не поменялось. Непроницаемое выражение лица, ровный голос.

— Накрой, Таня. Накрой… и поесть не забудь. А еще можешь пойти в нашу с Батыром спальню и подождать его там. Прямо в кровати. Ты же этого добиваешься?

Ее вежливая улыбка дергается.

— Я… не понимаю.

Склоняю голову набок, тоже улыбаюсь ей.

— Хорошая работа, Таня. Молодец.

— Что-то не так? — она моргает быстро-быстро.

— О, все так, — киваю, теперь уже улыбаясь по-садитстки. — Все так, как ты и планировала. Ты ешь-ешь. Чувствуй себя хозяйкой, Таня.

Ухожу из дома поспешно.

Я паранойю, да. Но есть ее еду я не хочу. Мало ли…

Глава 29

Тая

— Ахмад, ты свободен. Пары закончатся около двух, но я еще зайду в библиотеку. В общем, позвоню тебе, когда нужно будет меня забрать.

— Конечно, Таисия Маратовна.

Слава Аллаху, этот бугай не таскается за мной по пятам.

В универском кафе покупаю кофе и сэндвич с курицей.

Лучше буду питаться тут, чем дома. Не хочу есть из рук Татьяны.

От Батыра — ничего.

Волнует ли это меня? Я совру, если скажу, что нет. Конечно, волнует. Но первый шаг я сделала вчера, второй шаг в этой ситуации уже бессмысленен.

— О, Таюшка, привет! — ко мне подходит Настя, наша староста, и чмокает меня в щеку.

— Привет, Настя, — проглатываю кусок, запиваю его кофе.

— Позавтракать не успела, да? — понимающе спрашивает девушка.

— Ага. — Не рассказывать же ей истинные причины?

— Да, я тебя понимаю. Сама сегодня еле-еле поднялась с кровати. Если бы соседка по комнате не врубила фен, наверное, проспала бы первую пару. Бутерброд в себя засовывала уже на бегу.

Настя приезжая и живет в общежитии с девочкой из другого потока.

— Таюш, а ты чего такая загорелая, на море была?

Мне неловко рассказывать о том, что летом я отдыхала на Мальдивах, потому что знаю — для некоторых это что-то из области фантастики, поэтому с этим тоже не вдаюсь в подробности.

— Да, ездили с мужем на несколько дней, — отвечаю обтекаемо.

— С… мужем? — Настя округляет глаза.

Ох, черт… никто ж не знает.

— Да, — отвечаю, немного нервничая, и начинаю тараторить: — У меня, кстати, фамилия теперь другая. Я взяла документы, хочу сегодня зайти к секретарю и оставить их, чтобы поменяли во всех документах и ведомостях.

— Вот это да, Таюш! А как так вышло? Я и не знала, что ты встречалась с кем-то!

Момент, что замуж должна была выйти моя сестра, опускаю. Мне кажется, у Насти волосы на голове зашевелятся от этой информации.

— Мы не встречались, Насть, — пожимаю плечами. — У нас… так бывает, понимаешь? Родители подбирают мужа и жену… ну вот.

Староста краснеет и начинает озираться по сторонам.

— Да, извини. Просто это все очень далеко от моего понимания.

— Я знаю, — улыбаюсь ей.

— Так и что… — Настя мнется, — муж хороший у тебя?

— Хороший, — отвечаю тут же.

— Ну это здорово. Ладно, побежали на пары!

Недоеденный сэндвич отправляется в урну, кофе позволяется брать с собой, что я и делаю.

Начинается активный учебный день.

После первой пары мне становится нехорошо, и в перерыве я сбегаю в туалет.

Мутит.

Разглядываю себя в зеркале. Кожа бледная, губы сухие. Голова кружится.