Даша Черничная – Бывшие. Ты так ничего и не понял (страница 48)

Денис убирает тарелки в сторону и смотрит на часы.

— Через пятнадцать минут выдвигаемся.

— Куда? — мой голос даже садится — я немного в шоке от такой команды.

— Прогуляемся. И ты хотела купить себе платье. Ведь ты так и не выбрала новое платье?

— Не выбрала.

Допиваю свой кофе и ухожу к себе в комнату.

Сегодня я планировала отсидеться в гостинице, сама при этом надеялась на то, что Денис уйдет куда-то. Теперь же очевидно, что он не собирается выходить в одиночку.

В течение пятнадцати минут я просто сижу на криво заправленной постели и смотрю в одну точку, а потом выхожу.

Когда дверь гостиничного номера хлопает за нашими спинами, Денис берет меня за руку.

Моя рука ледяная от нервного напряжения и дурацких мыслей, и почему-то мне становится неуютно от осознания, что Стефеев все понимает.

Выходим на улицу, переходим дорогу, направляясь куда-то. Моя рука в его согрелась, а я, кажется, только сейчас начала переключаться.

Мы гуляем.

Просто ходим по проспектам, заглядываем в кофейни, обедаем на террасе небольшого кафетерия.

Мы разговариваем.

Тем много, все они о настоящем или будущем, но ничего о прошлом.

Что там обсуждать, я не знаю. Вроде как мы все выяснили, разве нет? Или эта тема дамокловым мечом всегда будет висеть над моей головой?

Мы фотографируемся.

Денис без лишних вопросов кладет руку на мою талию и притягивает меня к себе. Я смотрю в экран телефона на нас двоих.

День проходит непозволительно быстро, настолько, что в какой-то момент я хочу замедлиться. Денис спокоен и заряжает этим самым спокойствием меня. Паранойя отступает, я твержу себе: пусть прошлое останется в прошлом.

Последний пункт — магазин, где мне предстоит купить платье.

Консультант берет нас в оборот и предлагает одно платье за другим.

Я рассматриваю ценник и присвистываю.

— Оно того стоит! — мечтательно говорит девушка.

Бросаю взгляд на Дениса, но тот качает головой:

— Не думай о деньгах.

Вздох мой скорее театральный, чем разочарованный. В примерочной я верчусь из стороны в сторону.

— Можно? — спрашивает Денис из-за двери.

Вместо ответа выхожу и останавливаюсь перед ним. Стафеев окидывает меня взглядом, в глубине которого я вижу настоящий жар.

— Тебе очень идет, — говорит хрипло.

— Оно слишком дорогое. У меня уже много лет не было ничего подобного, — признаюсь честно.

— Ты достойна большего, — произносит серьезно.

Из магазина мы выходим с пакетами в обеих руках — несколько комплектов одежды, туфли, сумочка.

Едем на такси в гостиницу в полнейшем молчании.

По-прежнему в тишине поднимается на лифте на свой этаж.

Едва за нами закрывается дверь гостиничного номера, как пакеты летят на пол, а мои ноги, наоборот, отрываются от него, и я тону в поцелуях.

Глава 47

Марина

Знала ли я, что именно так закончится сегодняшний вечер? Было бы глупо это отрицать. Да, я все осознавала.

Это не было моим решением. Обдуманным, взвешенным.

Как и когда-то, я вверяю себя Денису. Просто в один момент я перестаю что-либо решать. Понимаю, что попросту не в состоянии.

Можно сколь угодно долго заламывать руки, но отрицать, что все прошло и у меня не осталось чувств к бывшему мужу, бессмысленно.

В этот раз он не кормит меня обещаниями о «долго и счастливо». Видимо, потому что знает, что я не поверю?

Я бы хотела залезть ему в голову и узнать, о чем же он действительно думает. Все, что он сказал, правда? Он и в самом деле переболел? Или его продолжают терзать призраки прошлого?

Как узнать наверняка?

Вопросы отходят на задний план, когда Денис обхватывает меня за талию и крутит в пространстве гостиничного номера. Тут достаточно темно, и глазам после яркого освещения коридора нужно пару минут на привыкание.

Мы задеваем стул, и он с грохотом валится на пол, наступаем на пакет, в котором лежит коробка с моими новыми туфлями, спотыкаемся о кресло — какого-то черта оно стоит прямо посреди номера, а после и вовсе валимся на пол.

С грохотом промазываем мимо дивана. На полу постелен ковролин, так что он приглушает звуки нашей возни. Денис перехватывает меня за затылок, таким образом я избегаю неприятного удара.

Все это время мы не разрываем объятий и не позволяем нашим губам разомкнуться даже на секунду, даже для того, чтобы вдохнуть кислород, от нехватки которого уже жжет в груди.

Мои губы гудят, горят, пульсируют от грубой щетины, которой Денис проходится по моей нежной коже. Его больше не заботит правильность собственных действий или их корректность. О чем он думает?

Вряд ли сейчас в его голове есть какие-то здравые мысли — в моей, впрочем, тоже.

Все наши чувства оголяются, переплетаются друг с другом, фокусируясь на желании, страсти, нужде в друг друге, но никак не на адекватности.

Когда Стафеев отстраняется от меня, я делаю вдох. В груди бешено колотится сердце, а я в недоумении оглядываюсь.

Денис тянется к торшеру, чтобы выключить свет, но я перехватываю его руку.

Я не стесняюсь его или своего тела. Оно несовершенно — я родила Денису ребенка, и мне ничуть не стыдно за следы растяжек или пару лишних килограммов.

— Не надо, — прошу хрипло и впервые за множество недель… лет целую его первая.

Я не хочу возвращаться в реальность.

Это плохо? Да, наверное.

Я боюсь увидеть в его глазах серьезные мысли, почувствовать, что он поддается доводам рассудка или осознает действительность. Мне по душе его звериный голод. Мне нравится чувствовать, как он сходит с ума.

Я сходила с ума все пять лет нашего брака, вот только показать этого не могла.

Ликую ли я? Нет, совсем нет.

Я окунаюсь в собственные чувства, как в знакомую, ставшую привычной топь.

Я буду жалеть об этом? Да, возможно, но это будет завтра. А пока я пропускаю руки под ткань его джемпера и веду пальцами по коже.

Ощущения болючие, как продолжительная ангина с ломкой всего тела.

Я помню. Каждую мышцу, родинку, запах кожи. Пройдет еще пять, десять, пятнадцать лет, но я так и не выкину это из головы, просто не смогу забыть.

Сама не замечаю, как остаюсь в одном лифчике. Денис опускается рядом и ведет по моей груди губами.