Дарья Зарубина – Русская фантастика – 2018. Том 1 (страница 64)
– И что надумал?
– Невеста у меня есть, из Бельских. К ним и подамся.
– Они ж воюют.
– Ну и повоюю. Чего я вцепился в Жижецк? С Бельскими на Русь и уйду.
– А волки?
– Волков не видел. Только слышал. И знаешь, похоже, одарил меня Хозяин.
Я молчу. Не спрашиваю. Жду.
– Бесстрашием. Ничего я теперь не боюсь, Юрок. Ну да ладно, пошел я в лагерь. Слышишь?
Я напрягаю слух. Трещат сучья.
– Не иначе, Богдаша возвращается. Бывай. Удачи тебе!
Василий уходит бесшумно. Размышляя в ночном лесу, он не надумал помириться с братом.
Из лесу выходит Богдан. Я чувствую, как он буравит мой затылок взглядом.
– Не договорились. Не по нраву я ему. И все планы мои – пустое. Велел мне искать славы мечом.
– Решил, где?
Я не поворачиваю головы.
– Нет, – врет Богдан.
– Страшно было?
– Было. Но я зажмурился, Юра, и сказал сам себе: «Это – не со мной. Завтра в это самое время не будет ни этого жуткого медведя, ни этого мертвого болота. Все пройдет».
– Но, велев тебе искать славы мечом, Хозяин не счел тебя трусом.
– Мы говорили об этом. Медведь сказал, что страха не испытывают только дураки. Нужно со страхом справляться. И я справился.
Не прощаясь, он уходит. Такой же шумный и суетливый.
Почти тут же я слышу легкие шаги Анны. Дышит тяжело, бежала, маленькая моя. Нахлобучивает мне шапку на темя, падает рядом на мостик, целует в щеку. Я жду рассказа.
– Все будет хорошо!
– И все? – удивляюсь я.
– Потом расскажу. Дома. Чует мое сердце, что к тебе он следующим придет. Ничего не бойся!
Она встает, прижимается к моей спине грудью.
– Люблю тебя!
И уходит.
Жена ошиблась. Следующим, медленно переставляя ноги, словно слепой, из лесу вышел Андрей. Всхлипнул:
– Не договорились.
– Ты меньше всех нас к этому договору стремился, – удивляюсь я.
– Много ты понимаешь.
– И что?
– Спросил, о чем я больше всего мечтаю. Словно желание мое собрался исполнять.
– А ты?
– Сказал.
Молчу. Жду объяснений.
– Мы с тобой в роду самые младшие. Понятно же, что никакое наследство нам не светит. Старшие вон тебя дразнили, в монастырь, мол, отдадим. А я об этом серьезно думал. Но человек я не церковный. Было б богатство, я бы монастырь построил. Чуйка у меня есть на места божие, где Бог как будто живет, понимаешь? Даже в этом лесу. Но да неважно.
– А он?
– Ничего не сказал. Положил мне лапу на плечо, думал, обмочусь от страха, в глаза глянул и ушел. Я ему вслед: «А договор?» А он по-человечьи рукой махнул и не оглянулся даже. Я вот сейчас думаю, то не благословение ли было?
– Ежели он – нечистая сила, то зачем тебе его благословение?
– Но все-таки? Интересно. Мимо тебя все прошли? Никого не сожрал?
– Да, все.
– Еще середины ночи нет. Видать, дела у Хозяина поважнее есть, чем с нами калякать. Спешит куда-то. Мне еще знаешь что показалось?
– Что?
– Хворый он какой-то, Хозяин. Как будто тяжело ему в этом обличье. Ладно, – обрывает сам себя Андрей и вскакивает. – Может, он тут рядом стоит, ждет с тобой разговора, а я мешаю. Увидимся, брат!
Я остаюсь один. Но тишины нет. Не слишком издалека доносятся как будто бодрые человечьи голоса. Многочисленные. Они то приближаются, то удаляются. Облава! Не одни Друцкие ищут этой ночью встречи с Хозяином леса. Запах карамели обрывает мои мысли. Почти забытое воспоминание. Я срываю повязку с незрячих глаз, и изумрудная дорога передо мной вновь светится зеленым. По дороге идет она. Приближается. Бесшумно. Аромат карамели становится все сильнее. Я встаю с мостика и подхожу к самому краю топи, шарю руками в воздухе.
– Где ты?
Массивный нос тычется в мою грудь, я обнимаю лошадь за шею и зарываюсь носом в гриву. Та самая спасенная мною лошадь, как же я ей рад.
– Зачем ты здесь?
Она не отвечает. Так мы и стоим на берегу Адовой топи, я на твердом берегу, а слепая лошадь там, где стоять невозможно.
Я чувствую, что мы уже не одни. Кто-то еще появляется из леса за моей спиной, отходит в сторону. Потом еще. Я отворачиваюсь, чтобы распознать запах. Псина. Волки! Их становится все больше. Звери ступают тяжело, дышат смрадно, сбиваются в полукольцо вокруг нас. Не атакуют. Наша неподвижная безмятежность словно успокаивает волков. Я слышу, как кто-то массивный ломится сквозь лес, не разбирая дороги, с треском снося небольшие деревья и подминая кусты. От него пахнет так же, как от моей шапки.
– Говоришь, болт был короткий? – улыбаюсь я гостю. – Здравствуй, Савелий.
– Мое настоящее имя – Радогаст, князь кривичей. Каждое полнолуние я оборачиваюсь медведем. Колдуны пробовали лечить меня, да без толку. Я проклят, и меня нельзя убить из арбалета. Здравствуй, Юрий.
– Ты князь? Тот самый? Из сказки? Но почему?
– Тот самый. Люди называют меня Хозяином леса. Но на самом деле я – раб. Здесь я служу.
– Кому?
– Ему!
Савелий фыркает, мотает головой, как большая собака.
– Здесь вход в Ад, а я – страж! Вход для демонов, не для людей. Все просто!
– Постой! У меня еще много вопросов!
– Говори, но тебе стоит поспешить.
– Договор с моим отцом. Он о чем?
– И с твоим отцом, и с отцом твоего отца, и ранее. Простой договор. Они не трогают лес, не осушают болот, а я дозволяю лесной промысел.
– А пропадавшие люди?