Дарья Ву – Ведьма для императора (страница 18)

И всё же на меня косились, а вокруг меня быстро образовалось свободное пространство. Пусть. Никогда не любил танцы.

Ведьма охая и ахая от радости смотрела на всё вокруг. Она кидалась от лавки к лавке. Угощалась леденцами и ягодами. Искренне смеялась и наивно тянула меня за собой, крепко вцепившись в мою руку.

— Смотри, смотри, — восхищалась девушкой, кружившейся с огоньками на цепях. — Как думаешь, это сложно? О! Вот это да, ты видел, видел?

Моя рука оказывалась свободной лишь в те моменты, когда Летта, прыгая на месте, хлопала в ладоши, или прикрывала раскрывшийся в восторженном визге ротик.

— Ты обязан это попробовать, — схватила ведьма меня за грудки, в тщетной попытке наклонить к себе и впихнуть мне в рот кусок пряного сыра. — Ну же, не противься.

— Летта, тише, — мягко увещевал я, отстраняясь и накрывая её ладони своими. — Веселись, отдыхай. Я подожду тебя здесь.

Я прислонился спиной к высокому частоколу. Ведьма надула щёчки и вытянутой рукой ткнула косичкой сыра в мой плотно сомкнутый рот.

— Хоть кусочек.

Глава 31

Летта пыталась зазвать меня танцевать, но я не мог. Да, не только не хотел. Не мог. Чувствовал, как пульсировала печать на руке, ощущал напряжение там, где не надо. Казалось, на ведьму печать не действовала вовсе, выбрав своей жертвой меня. Меня тянуло к ней, к этой миниатюрной девице, отдавшейся празднику и веселью. Она всё кружила подле меня, а я убеждал её развлекаться и не обращать на меня внимания. А, может, на неё тоже влияла печать, и потому она то клала свои ручки на мои, то прижималась к моему боку?

Наконец, она оставила глупые попытки втянуть меня в уличные пляски. Присоединилась к танцующим, образовавшим круг.

Один юноша сменял другого. Они переходили от одной девицы к другой. Такой уж танец. И всё же я не мог отвести пристального взгляда от смеющейся Летты. От того, с какой лёгкостью она обнимала то одного, то другого мужчину. От того, как доверчиво смотрела на них. Оттого что вовсе не отстранилась, когда один из партнёров наклонился к её ушку и что-то шепнул.

Руки я спрятал в широких рукавах. Так можно сжать пальцы в кулаки и остаться незамеченным за столь ребяческим поступком.

Новый партнёр обнял ведьму чуть ниже необходимого. Она в смех.

Челюсти я тоже сжал.

Темп музыки замедлялся. Партнёры сменялись всё реже. Летта танцевала с двумя. Кружила с ними то вправо, то влево. Смеялась, общалась. И, вот гадство, вовсе не глядела на меня.

Подойти?

Я переступил с ноги на ногу. Перенёс вес с правой на левую. Расслабил пальцы рук. Помассировал шею и перевёл взгляд с танцующих людей на небосвод. Он переливался от алого до почти чёрного. Солнце едва показывалось из-за покрытых соломой крыш. Воздух охлаждался, а над полями поднимался полупрозрачный пар.

Танец завершился нестройными хлопками. Музыканты обменялись несколькими фразами друг с другом. Мелодия заиграла вновь. Теперь уже не такая шустрая, как прежде. Плавно идущая то вверх, то вниз. Я улыбнулся, узнавая знакомую мелодию. Под неё меня учили вальсировать в просторном зале императорского дворца. Такую музыку услышать от деревенских я никак не ожидал.

Летта тоже. Она не слышала прежде этой мелодии, но быстро смекнула, что к чему. Подсказали другие танцующие, разбившиеся неожиданно на пары. Да не просто так разбились, пришёл черёд девушкам самим выбирать себе партнёров. Одна дама решилась подойти ко мне. Улыбнулась приветливо. Протянула свою ладонь.

Летта нахмурилась. Поймала мой взгляд и отрицательно мотнула головой. Смешная.

Я слегка наклонился, чтобы тихонько дать даме свой ответ, и она разочарованно отошла.

— Иди сюда! — настойчиво крикнула радостная ведьма. — Ну же.

— Я не танцую.

— Ничего, зато я умею.

— Думаешь, я не умею?

— Ой, да не бойся. Это не сложнее, чем махаться в драке. По сути, — сощурилась Летта, вплотную подходя ко мне, — танец и бой практически одно и то же.

Сначала ведьма тянула меня к танцующим, ухватив за обе руки. Упрашивала, согнув коленки и сильнее сжимая мои ладони в своих, отчего становилась ещё меньше. Жалобно глазела и поджимала губки.

— Ты говорил, сегодня мы гуляем. Отдыхаем, развлекаемся, — канючила Летта. — Пойдём же, — вновь прыгала в нетерпении.

— Я неподходящий партнёр для тебя.

— А это не тебе решать, — насупилась ведьма. — Идём танцевать!

— Я слишком высок для тебя.

— И это всё? — вытянулась она и приподнялась на носочки.

Вздохнув, я шагнул от стены. Позволил Летте утянуть себя к отдыхающим. Сделал вид, что не заметил косых взглядов и перешёптываний.

— Положи руки на мои, — велел я довольной девчушке.

Она замерла. Оглядела меня, изменившуюся позу. Вложила правую ладошку в мою левую. Положила свою левую на мой правый локоть. Со смешком я подтянул Летту ближе. Её ножки путались между моими. Не поспевали. Я двигался плавно, медленно. Летта растерянно смотрела вниз. Уши и щёки её раскраснелись. Глаза заблестели. Губы поджались и задрожали. То ли ведьма желала скрыть от меня своё смущение, то ли следила, куда наступать.

Я прикрывал глаза, но старался улыбаться каждый раз, когда носочек ведьминского сапожка опускался на мой, а следом слуха касалось тихое: «прости, пожалуйста, прости».

— Всё хорошо, — шепнул ей в макушку. — Танцевать не сложнее, чем биться. Расслабься и вслушайся в музыку. Не следи за мной. Вот так. Ты быстро учишься.

Конечно, девушка оступалась. Она стояла слишком близко и казалась слишком низкой. И мне хотелось прижать её ещё сильней. Вдохнуть её аромат. Коснуться разгорячённой щеки.

— Всё? — расстроенно завертела она головой.

Я остановился. Удивлённо взглянул на музыкантов. Те готовились заиграть новую мелодию. Я так отвлёкся, что не заметил, когда завершилась прошлая. Летта отстранилась и обняла себя. Замёрзла?

— Ты был прав, — раздался её расстроенный голосок. — Ты высокий как шест. И зачем такой вымахал? Но ничего, мы это поправим.

Я не успел спросить, как именно она хотела меня подправить, а Летта уже потянула меня к скамье. На ней сидела лишь одна женщина. Ведьме не было труда найти для себя свободное место. И, под новую плавную мелодию, она, опираясь о мой локоть, встала на скамью. Довольная. Обхватила меня за шею. Выжидающе посмотрела в глаза. Облизнулась. И улыбнулась ещё шире, лишь только мои ладони сжались на её талии.

Глава 32

Летта

— Мы так танцевать не сможем, — заявил Коэн, не выпуская меня из объятий.

— А что сможем? — поднялась я на цыпочки и вытянула шею, ощущая, как жар наполняет моё тело.

— Стоять? — предположил господин, выдыхая в мои приоткрытые губы, склоняясь всё ближе.

— Тогда постоим, — заключила я, сильнее прижимаясь к Коэну в ответ.

Общее веселье и свобода расслабляли, побуждали к риску. Вскружили голову. А мне было так легко рядом с господином, что хотелось это продлить. Так долго, как только можно. Так ярко, как мы способны. Ловить на себе его заинтересованный взгляд. Слышать, как сбивается его дыхание, хотя это я плясала без передышки вот уже четыре танца. И это моему сердцу впору стучать так сильно, так неровно, что лучше за ним не следить.

Я не поняла, когда левая рука господина утонула в моих волосах, а правая столь сильно стиснула талию, что из меня вырвался удивлённый вскрик.

Мои руки цеплялись за плечи Коэна. Я прижалась своими губами к его. Господин нежно, неторопливо изучал мой рот. Целовал щёки, нос, брови. Вернулся к губам, и я почувствовала, как моя магическая энергия высвобождается, перетекает в него, наполняет. Я замерла от такого. Но не сила, она будто соединила нас, потянулась за господином, отдаваясь ему.

Коэн отстранился и затуманено посмотрел в мои глаза. Я задрожала, но не от холода или страха. Вновь потянулась к нему.

— Каков наглец, — сказал кто-то громко.

Я вздрогнула. Господин притянул меня обратно. С силой сжал мою талию, впился в припухшие губы.

— Вы посмотрите, что себе позволяет, — повторили нарочито громко.

— А ведь где-то невеста ждёт, да?

— А девчонка ничем не лучше. Знала, небось, а другой, а всё равно готова ноги раздвинуть!

— Не надо! — вскрикнула я, заметив, как напрягся господин, услышав его рык и осознав, что говорили про нас. — Пожалуйста, — я вцепилась в его рубашку, сжала.

— Что? Совесть не мучает, изменщик? — в мужские голоса встрял насмешливый женский.

— А тебя? — нарочито спокойно уточнил Коэн, не выпуская, однако, дрожащую от испуга меня из объятий.

— А я похожа на нелюдя, чтобы вести себя так?

— Даже так, — медленно и ровно проговорил господин.

— Пожалуйста, — тихонько попросила я, всё ещё держа его за ворот.

— Всё хорошо, — Коэн улыбнулся, чмокнул меня в лоб и, казалось, его вовсе не задевали слова людей. — Ты-то знаешь, что я тебе ни с кем не изменяю.