Дарья Ву – Спасти демона (страница 41)

Глава семнадцатая. Немного отдыха

Костроун безучастно пожал плечами, давая понять – он знал.

– И ничего мне не сказал? – надавила я.

– А что тут говорить? Его родители цветочники. Что тут такого? Ты, вообще, девчонка.

Я даже подавилась. Это ещё что за утверждение такое? Под моим насупленным и грозным взглядом Жан заулыбался.

– Ладно тебе, – махнул он рукой. – Плохо разве? Здорово, что ты девушка. И что у Патрика родители цветами торгуют. А он всё равно алхимиком станет! Только вот забросит семейное дело, он же единственный.

– И тебе не кажется это странным? Его родители такие… пожилые.

Жан вновь пожал плечами.

– Это их проблемы, – заявил друг.

И я не могла не согласиться, но что-то в этом явно было. Мы с Жаном полдня гуляли по Йелану, ведь его отец оказался дома и не впустил меня. Костроун старший относился ко мне с неким подозрением, а всё из-за того случая с Тадеусом. Даже жаль, раньше-то мне разрешали в гости заходить! Мы случайно встретились с О'Доэрти. Мужчина прошёл мимо, будто не заметив нас. Однако, я отчётливо видела – это не так.

– Странный он, – сказала другу.

– Нелюдь, – пожал плечами.

– И что? Линда тоже нелюдь, но они совсем разные.

– Может, дело во мне? Он на днях повздорил с моим отцом, а я неподалёку был.

– И что-то ему сказал?

– Нет, но я сын своего отца, – буркнул Жан. – И ты моя подруга.

Я непонимающе пялилась на Костроуна. Его отец и мне не нравится, но на Жана это же никак не распространяется! Друг пожевал губы, почесал затылок, но от пытливого взгляда это его не избавило.

– Уговорила! – сдался он, хотя я молчала. – Дело в Тадеусе. Грегори утверждал, что отец ведёт себя низко и подло. И вообще обязан отпустить демона. Это бесчеловечно, так и сказал.

– И правильно!

Жан безнадёжно вздохнул и хмыкнул.

– Скажи это моему отцу и его друзьям, – буркнул еле слышно.

Я услышала. И прикусила язык. Сказать такое одному из лучших алхимиков, да ещё и перед (как я понимаю) алхимиками Братства Орла! На такой поступок не решилась бы. Надо быть либо очень уверенной в своих силах, либо очень глупой.

– И получается, Грегори думает: мы тоже плохие?

Жан не ответил, но его взгляд говорил за него. Мне захотелось подойти к учителю и объясниться, раз уж навестить Тадеуса возможности не представляется.

Дома я, под впечатлением от встречи с Жаном, сидела в кабинете папы над книгами из его библиотеки и выискивала любую информацию про демонов, призывы и договоры с ними. Информации нашлось мало, папа никогда ими особо не интересовался. Что мне совсем не на руку. Первый год учёбы подходил к концу, а я всё ещё ничего не понимала о Тадеусе и рассеянно придумывала, как его спасти. Мне даже подумалось, что если Грегори О'Доэрти так рьяно выступал против заточения белого демона, то следует попросить у него помощи. Эта мысль настойчиво прорывалась в мои думы, а я не находила аргументов против.

На следующий день, с утра (что для меня уже настоящий подвиг), стояла возле дома О'Доэрти и пыталась придумать достойную причину своего прихода. Отступать некуда. Я озиралась по сторонам в поисках поддержки, грозный дом высился надо мной, накрывая длинной тенью. За домом алело утреннее небо. Солнечный диск вальяжно и неторопливо поднимался над городом, будто и сам не желал просыпаться.

Я постучалась, надеясь, что мне не откроют. Вот что я скажу скрюченному дедушке? Как позову его хозяина? Открыл хозяин. Он в удивлении изогнул брови, смерив меня грубоватым взглядом. В тоже время ответил весьма сдержанно и немного ласково:

– Альва? Здравствуй. Линда уехала к родителям и не вернётся до конца каникул. Она разве не сказала?

– Сказала, – закивала я.

– Забыла? – улыбнулся мужчина. – Бывает. Ну, встретимся в конце лета.

И высокая дверь начала своё неспешное закрытие прямо перед моим носом. Я выставила ногу, преградив ей путь. Грегори насупился и тут же взял себя в руки.

– Я к вам.

Он отпустил ручку двери, несколько мгновений изучая мою фигурку и о чём-то думая.

– Для чего? – наконец поинтересовался.

– Для того, – я мысленно напомнила себе, что глупо отступать сейчас, когда северный маг уже передо мной, и набрала в грудь побольше воздуха, – чтобы освободить Тадеуса.

– Кого? – не понял.

– Белого демона, – потупилась я и опустила голову.

Мы молчали с минуту. Он раздумывал над услышанным, казалось, не веря своим ушам. А потом Грегори впустил меня в дом. Без Линды там было пусто и тихо. Как я узнала потом, прислугу Грегори на лето отпустил. Он и впрямь остался в доме один. И ещё его заинтересовало то, что я назвала белого демона по имени. Как я узнала потом, именно это и послужило основной причиной, чтобы поверить в мою искренность. А я так рада была, что, спустя столько времени, могу, наконец, хоть с кем-то поделиться своей тайны! Не утаила ничего! Почти.

– Это удивительно! – расслабленно выдохнул мужчина. – И замечательно, что ты, такая юная, понимаешь правду Именно, именно! Тадеус неповинен. Его забрали от его семьи, практически выкрали! И как хорошо, что ты не побоялась пообщаться с ним и всё понять. Многие алхимические дети и разговаривать бы с таким не стали. А ты выявила желание ему помочь! И долго вы дружите?

– Почти год, – я уткнулась в поданную чашку с крепким ароматным чаем. – Знаете, с первого взгляда на него, мне сразу захотелось помочь.

Да! Именно так и сказала. Но ведь так и было, даже с первого звука, а не со взгляда! Стоило мне услышать его стоны и метания по подвалу! И плевать, что вызвалась помочь я под напором страха, а не отступаюсь благодаря заключённому договору. Чую, не надо Грегори про договор знать. Вот только одного я не учла, поведав учителю большую часть своей истории: как к этому отнесётся Жан? И я предпочитала об этом не думать.

– Так мне вход закрыт! Только, когда он уезжает и могу прийти, – удручённо говорила мужчине, желающему собрать как можно больше сведений.

– Придётся тебе заполучить его доверие, – неприязненно сообщил Грегори. – Жаль, но не все алхимики приличные люди. И в основном прогнило это Братство Орла. Альва, ты ведь дружишь с Жаном, значит, сумеешь найти общий язык и с его отцом.

Я засомневалась и чуть подалась вперёд, вслушиваясь в слова учителя. Он заверял меня, что, как девушка, желающая стать алхимиком, я могла бы сыграть заинтересованность и в столь специфической направленности, как поимка демонов. И я понимала, каникулы катятся в тартарары, а мне предстоит работать все выходные, вплоть до возвращения к учёбе. Грегори рассказывал свои планы увлечённо и не следя за временем, а я всё больше жалела о моём желании поделиться и мечтала вернуть время вспять. Тогда у меня было бы немного отдыха. Но я кивала и поддакивала О'Доэрти, соглашаясь с его словами. Как-то так вышло, что мужчина уговорил меня подойти к отцу Жана уже завтра. Я пообещала сыграть свою роль.

– Потому что иначе нам его не вытащить, – твёрдо сказал Грегори, почему-то держа меня за руки. – Ты же понимаешь, Альва? Нам не разорвать связь, пока мы не знаем о том, какая именно их держит.

И узнать это предстояло мне.

По пути домой мной овладели сомнения. Они колючими шпильками впивались в мысли, нашёптывая: «Не справишься. Не выйдет». Я сжалась, словно от холода, хотя летнее солнце припекало даже вечером, а на ветер не предвиделось и намёка.

Засыпала с трудом, а спала и того хуже. Ворочалась, просыпалась и разглядывала побелку на потолке, переворачивалась, но заснуть так сразу не получалось. Закутывалась в одеяло, а спустя секунды скидывала его на пол. Безумными гремлинами в голове носились искры сомнения, лишая отдыха и сна.

– Куда это ты собралась? – спрашивала утром бабушка.

– К Жану, – отвечала спокойно, хотя внутри всё сжималось.

Что если это знак? И мне не стоит сегодня идти к Костроунам?

– Воспитанная девушка не станет так часто наведываться в гости к юноше!

Точно знак!

– Пускай, – остановила её мама. – Иди, развлекайся.

Я натянуто улыбнулась. Хорошо, конечно, что мама на моей стороне, только вот сейчас я предпочла бы обратное. Вздохнула и цокнула языком. Мама отпустила, бабушка махнула рукой. Можно идти, а ноги как в вату обратились! И Жан не знает, что я приду.

На трясущихся ногах, с замирающим сердцем я ждала, когда дверь дома Костроунов откроется. На пороге оказался именно тот, к кому меня направил О'Доэрти. Но как начать разговор?

– Жан сегодня занят, – был строгий ответ на вопрос, которого я не задавала.

Дверь передо мной оглушительно захлопнулась. Я даже обрадовалась, что всё провалилось так просто, в считанные секунды. Наверное, плохо так думать. Я же просто радовалась, но продолжала стоять на пороге. И когда развернулась, услышала глухой взрыв. Он раздался где-то внизу. В подвале. Сердце замерло и пропустило несколько ударов. Я затаила дыхание и оббежала дом, чтобы оказаться перед низеньким маленьким оконцем, единственным источником дневного света для Тадеуса. Стекло заляпано чем-то изнутри, как ни силилась, я ничего разглядеть не могла. До меня доносилась приглушённая ругань, часть её принадлежала белому демону, отчего на душе полегчало. Затем раздался повторный взрыв, а я сжалась и замерла. Уйти теперь? Ни за что!

Вернувшись к парадной двери, второй раз стучать не стала. Я осторожно приоткрыла дверь и шмыгнула внутрь. На цыпочках прокралась в кухню и присела на корточки возле лестницы в подвал. Тадеус рычал и обещал старшему Костроуну долгие безжалостные мучения. Алхимик рассмеялся в ответ. Сверкнула молния, и я зажмурилась. Тадеус больше не кричал, он тихо шипел и кашлял.