Дарья Вознесенская – Опасная пара для темной (страница 16)
- Погасите, пожалуйста, свечи. Они мне мешают, - только и смог выдавить инквизитор после бесконечного, как ему показалось, молчания. Губы да, шевельнулись. Но веки смежить он пока не мог. Или отвернуться.
- Чем мешают? - тихо спросила ведьма, таращась на него.
- Я вас вижу...
Она вздохнула глубоко, отчего высокая полная грудь колыхнулась - не смотреть! Но это не невозможно, не смотреть… - и потянулась куда-то. И вот сейчас, наконец, его зрение, сосредоточенное прежде лишь на одном - на одной, точнее - прояснилось. И он заметил то, что не замечал прежде.
И стало как-то легче. Потому что наконец-то сделалось возможным перестать размышлять и уповать на разум: действовать одними инстинктами.
Потому что какая-та тварь Запределья, которую он только тогда и почувствовал, когда увидел, собиралась напасть на его ведьму!
То есть просто на ведьму.
Не на его.
Киану Бхавин немедленно ударил всей возможной силой. В этом он был ловок. Закругленное пространство домика озарилось вспышкой, ведьма взвизгнула, оступилась, плюхнулась назад в свою лохань, так и не успев накинуть простыню, за которой она, оказывается, тянулась, а тварь… исчезла.
Буквально один удар сердца и бой был окончен!
Он немедленно преисполнился гордостью... И некоторым недоумением.
Во-первых, заклинание против твари он выпустил, но… как-то не слишком его почувствовал. Будто внешний эффект был, а сила, что пульсировала в жилах, так в них и осталась.
Во-вторых, тварь Запределья, принявшая вид птицы, вместо того, чтобы вспыхнуть или погибнуть в страшных корчах, просто растворилась в полумраке.
В-третьих, Эва Танья, которую он, вообще-то, немного спас, оказалась крайне неблагодарной! Она выскочила разъяренной ведьмой - голой ведьмой! - из лохани и со всей силы ударила ему в грудь раскрытыми ладонями. Ударила и завопила без всякого почтения и благодарности:
- Идиот! Ты что творишь?!!
А потом отступила, и ее лицо, только что искаженное злобой, скуксилось, а в огромных глазах заблестели слезы… Но тут же замерла, будто прислушалась к чему-то внутри себя, расслабилась и выдохнула, превращаясь в совершенно спокойную девицу.
От такой скорой смены ведьминого настроения инквизитор уже в который раз впал в ступор. И даже ничего не сказал, когда ведьма ткнула в него тонким пальчиком и прошипела:
- Стоять. Вот на этом месте стоять, никуда не уходить и ждать, когда я вернусь!
Развернулась резко и ушла в ту комнату, которая, видимо, была спальней.
Киану Бхавин закрыл лицо руками и потер его со всей силы, мысленно простонав.
Нет, он перед этим, конечно, успел оценить узкую спину, стройные ноги и роскошную за… все успел оценить! Крайне высоко оценить! И только потом закрыл лицо ладонями.
Что он творит? Что вообще этим вечером происходит? Может ему что-то в еду подсыпали? Или тот поход в Запределье и только переставшая беспокоить его чернота имели далеко идущие последствия? Он же глава академии! Инквизитор! Он должен действовать жестко, но правильно. Быстро, но разумно и логично. Защищать свои принципы, академию и учеников, но последовательно и пребывая на стороне Света.
А он что делает весь вечер?
Ведет себя как идиот! Именно так, как она и сказала!
Пресветлый тут же решил, что его покаяние только все испортит. Во-первых, ему важно было получить ответы, за которыми он приходил - иначе зачем это все? Во-вторых, если он сейчас признает вину за поведение, то перед ведьмой придется извиняться, а он не мог взять и произнести слова извинения! Он - инквизитор, не мямля! В-третьих, пусть она не только идиотом его обзывает, но каким угодно другим образом. Ему хочется, чтобы она была самого худшего о нем мнения. Самого ужасного! Пусть вообще его ненавидит - надо, чтобы она убралась из академии, а не вот это вот все!
Киану Бхавин решил действовать на упреждение. И как только одетая белобрысая ведьма - слава Свету, одетая! - вышла из спальни, немедленно напал:
- Так что вы сделали с моими учениками?
Ведьма резко остановилась от его слов. Бросила взгляд назад, в спальню...
... инквизитор запоздало вспомнил, что там маленькая ведьмочка спала и удивительно, как все, что здесь произошло, не разбудило малышку. А ему за эту забывчивость еще один камень на шею…
...и молча прикрыла дверь. Потом пробормотала что-то, закатив глаза наверх - наверное, Триединой пробормотала, наверное, проклятие - несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, а после…
Вот лучше бы она орала. Оскорбляла. Выгоняла его. Тьмой и своими узкими ладошками выталкивала из дома. В общем, вела себя как ведьма. Тогда бы он уверился, что правильно поступает.
Но она... сделала все, чтобы его жгучее раздражение, сменившееся жгучим желанием, затем растерянностью, превратилось... в бесконечный стыд.
Белобрысая как-то быстро, легко и ловко прибрала лишнюю воду, заварила травы, умостила подушки на сидениях, усадила его… В общем, не понятно, как это произошло - он в который раз перестал соображать, а может и не начинал в этот вечер - но спустя десять минут они уже сидели у горящей печи и пили травяной взвар.
То есть вот он кидался светом, обвинениями и прочее, прочее, прочее… А сейчас сидит и пьет что-то расслабляющее и остро-сладкое. И голова гудит. И пальцы осторожно держат чашку, подрагивая слегка, и снова от того, что он вообще не понимает, что думать и как действовать.
К бою он привык! А вот чтобы так...
И голос ведьмы - как ручеек.
Что не сломала она ему инквизиторов, просто использует собственные методы обучения. Очень-очень эффективные. И всех она приведет по итогу в порядок: и тех, кто явился на урок. И тех кто не явился, а потому получил "домашнее задание". Избавиться от преследующей их Луны. Так та Луна - только в их голове, и надо всего лишь вообразить себя солнцем. Это простейшее заклинание… Но, пожалуй, чтобы догадаться, следовало занятие посетить, да.
И что кидаться Светом в ее присутствии по меньшей мере невоспитанно. А тварь ему привиделась - ну какая тварь в самом деле? В ведьмином доме? Это она, наверное, тень от испуга выпустила… испугалась, да, когда он пришел. И про идиота ему нет, не показалось. Ну так она же тоже человек… то есть ведьма. С эмоциями.
И засов она, конечно, в следующий раз задвинет. Видимо слишком устала, чтобы обороняться.
В общем, еще спустя полчаса он осознал, что она не только учеников сломала. Его тоже. Потому что в голове теперь сплошь узорчатая мягкая темнота. И единственное, что ему хочется - каяться за все свои проступки. От рождения и до наших дней. Заодно за все проступки инквизиторов по отношению к ведьмам. Потому что они же такие замечательные, ведьмы эти! Милые, добрые, гостеприимные, красивые...
Так, про то, какие они красивые, он лучше не будет думать.
- Извините за сегодняшнее, - выдавил из себя по итогу, в полном ошеломлении покидая дом.
- Ну конечно, со всеми бывает,- легко улыбнулась Эва Танья
Он уже повернулся спиной и шагнул с крыльца. И не увидел, как в глазах ведьмы сверкнули ледяные искры.
Жестокая мстя
- Как мстить будем? - деловито спрашивает меня Ворон, когда я запираю дверь. Не просто задвигаю засов, но подпираю ее тем самым креслом, что еще хранит тепло инквизиторского зада.
Тьфу.
- Жестоко, - отвечаю. И прям чувствую, как губы кривятся в усмешке.
Темная кровь кипит и зловеще хохочет. Если так вообще уместно думать о собственной сути.
Но где сегодняшний вечер - и уместность?
- Дурь-трава по всей территории? Вместе с Песней - чтобы точно сошли с ума и поубивали друг-друга? - возбужденно подпрыгивает птичка. - Трещину в Запределье откроем? Отловим каждого по очереди и чем-то личным неприятным наградим? Главу так несмываемым проклятием…
- О нет, - пальцы подрагивают еще, несмотря на успокаивающий взвар.
Если бы кто знал, как мне сложно было улыбаться инквизитору и заговаривать в настолько взвинченном состоянии! Но пресветлых выпроваживать - как и месть подавать - следует холодной, - Много-много хуже…
- Это как? - озадачивается Ворон.
- Я присвою себе это место.
- Это как?! - удивляется Ворон. И тут же до него доходит, - О нет…
- О да, - ухмылка становится кровожадной. - Так, как только ведьмы и могут присваивать. Как было положено мне по рождению. Каждый клочок земли, каждое бревнышко, каждого инквизитора… так что не Свет, не Тень станут их путеводной искрой, а ведьма. Так чтобы шли ко мне и со своими бедами, и со своими радостями, и со своими болезнями, и со своими вопросами. Так чтобы плодородие моей кровью обеспечено было, кошмары - моим дурным настроением, а радостные сны - моим пожеланием… Чтобы не могли без меня. Это будет
- Жесто-око… - восхищенно шепчет Ворон.
- Но прежде, чем я этим займусь, надо разобраться с нашим домом. Мне не нужны подобные сюрпризы.
- Один так точно был хорошим, - то ли каркнула, то ли рассмеялась тварь… Ой. Нахваталась же от пресветлого. - Я же здесь.
- Это был не сюрприз, - буркнула устало.
Ведь собиралась же помыться и лечь спать! А приперся инквизитор и вечер перестал быть томным. И теперь еще и с этим придется разбираться. Может не сегодня, а вообще.
То что пространство нашего жилья - а может быть камень или сама земля, я так и не нашла заклинаний - магию гасило, стало понятно почти сразу. Еще когда мы уборку затеяли, и я очень-очень хотела себе помочь. Но почти ничего не срабатывало, и тогда, забросив все дела, мы с Аникой принялась за эксперименты.