Дарья Волкова – Раз, два, три – две полоски сотри (страница 25)

Оп! Легко и непринужденно кое-как наспех завязанный пояс развязался. Полы тонкого атласа мягко скользнули в стороны. Мужская рука с буйством всех оттенков розового опустилась. А мужской голос произнес фразу, которую говорит мужчина — с нужной интонацией, естественно! — которому очень повезло.

— Ни хрена себе…

Такого Влад в реальной жизни не видел. Только в кино для взрослых. А тут… Вид Юси — с распущенными темными волосами и в халатике, который как вторая кожа облегал ее — уже Влада нокаутировал. И он тут же забыл все, что хотел сказать. А потом… потом этот халат почему-то развязался, половинки разошлись как занавес в театре. И там оказалось такое…

Не кружево, нет. Черный атлас, который заканчивался ниже крупных кремовых сосков. Такой покрой так подавал женскую грудь… как блюдо. Главное блюдо.

Или не главное? Его взгляд метнулся ниже. Ему кажется? Не кажется?! Там вырез?! Вырез, через который можно…

Ни на один из этих вопросов он не успел ответить — Влада властно притянули за шею и поцеловали. Последнее осмысленное действие, которое он успел сделать — наощупь пристроить куда-то за спину, кажется, на полочку, букет. А потом его руки заняло прекрасное женское тело.

Это было практически сражение. Еще чуть-чуть — и уже драка. Влад яростно скользил руками по всему ее телу, с глухим рычанием впиваясь ртом в ее рот. А она, ломая пальцы, воевала с его одеждой — лонгслив, джинсы. Владу явно понравился ее сюрприз, но сейчас Юсю это уже не волновало. Сейчас все ее мысли внезапно заняло другое.

— Спальня там! — едва выдохнула Юся, поняв, что стоя она с ширинкой не справится, а Влад ей только мешал — прижимал к себе все плотнее и плотнее.

Он намек понял с первого раза, подхватил под попу, совсем громко рыкнул ей в шею, когда ее ноги обвились вокруг его талии — и понес. Опустил прямо на оставшийся невостребованным трикотажный костюм, наклонился — но не тут-то было! Юся уже успела сесть и перехватить инициативу. Теперь ей ничего не мешало, и ширинка, хоть и не без некоторого усилия, но поддалась. А вот белье скользнуло вниз легко.

Какой же ты красивый, оказывается. И не только лицом.

ТРЕПЕТ где-то потерялся — то, что Юся сейчас чувствовала, на трепет мало походило. А вот ВПЕРВЫЕ — тут как тут. Ее впервые накрыло желанием сделать мужчине минет — такое, что от этого желания чуть ли не судорогой челюсть сводило. А уж когда она увидела, какой он красивый…

Кроме того, что было перед ее лицом крупным планом, Юсю обволакивали и сводили с ума детали. Шумное и частое дыхание сверху. Как от этого дыхания поднимается и опускается твердый плоский мужской живот. Как пальцы Влада вдруг коснулись ее волос — как-то неуверенно, почти робко. И это ее окончательно подкосило.

Она прикрыла глаза, как всегда делала, когда пробовала что-то особенно вкусное, приоткрыла рот и коснулась губами тугой налитой твердости.

Хриплый судорожный вздох.

Дрожь большого мужского тела.

Движение женской ладони, освобождающее место действия окончательно.

М-м-м-м… Какой ты вкусный… Как идеально наполняешь рот…. Мороженое… Банан… Леденец… Ой, похоже, у нее овуляция… Или просто гормоны шалят… Что же так накрывает-то?.. И глубже взять хочется, хотя уже некуда…. А хочется… Надо попробовать… Влад, прекрати так стонать! Все, гормональный сбой… Что так накрывает-то, а?.. Ой… Ой… Ой…

Это «Ой» было последним, что промелькнуло у Юси в голове. Больше никаких мыслей в ее голове не появлялось. Ну, можно считать, что их оттуда выбили. Возвратно-поступательным образом.

Его накрыло таким плотным одеялом наслаждения, что сквозь него не пробивалось ничего. И вообще все ощущения, вся реальность, все-все сбилось сейчас в одно место — ее рот, который творил с Владом что-то совершенно запредельное, и собственные пальцы, которые все сильнее путались в ее волосах. И все. Это была чувственная воронка, в которую Влада все сильнее засасывало. Пока сама Юся делал с ним то же самое. И это движение все сильнее, и его руки уже впиваются и давят на ее затылок, и бедра начинают двигаться навстречу, и воронка вращается все быстрее, и…

И вдруг сквозь это почти головокружительное вращение молнией прошивает мысль. Да ну на хрен, какая мысль. Желание, потребность. Кончить в Юсю. С ней.

Движение назад получилось резким. Ее стон разочарования едва не доконал окончательно. Штаны он опять так и не снял. Уже по хрен все.

И Влад опустился на Юсю. Опершись на локоть, ненадолго замер. Этот черный атлас на белой коже… соски торчком… взгляд снова метнулся вниз… две секунды до позора!

Резким движением он развел ее ноги. Едва не ослеп от нежно-розового и перламутрово-блестящего в обрамлении черного — а потом рывком взял. Пришлось прикусить изнутри щеку — нет-нет, не сейчас. Чуть-чуть, хотя бы еще немного продлить это нереальное ощущение. Хотя бы чуть-чуть еще подвигаться вот так.

«Чуть-чуть» растянулось. Превратилось в самое настоящее сумасшествие. В поцелуи, переходящие в укусы. В яростные толчки. В давление его рук, которыми он пытался развести ее ноги еще шине. Чтобы оказаться внутри еще глубже. Влада раздирало два желания. Потребность оказаться глубоко в ее теле. Как можно глубже. И другая, совершенно противоположная — забрать ее в себя. Внутрь, под кожу, туда — хрен поймешь куда. Туда, где она будет только его. И когда эти два желания, две потребности как-то необъяснимо вдруг слились в одно — Влада, наконец, накрыло горячей волной. И, выброшенный этой волной, он остался лежать неподвижной тушкой на той, которую так хотел забрать себе внутрь. Которая уже оказалась там.

Глава 9

— Ю-ю-ю-ю…

— Ты забыл, как меня зовут?

Влад рассмеялся, потом легко дунул ей в затылок.

— У меня все равно остается легкий когнитивный диссонанс от того, что тебя зовут одинаково с маминой кошкой. Ю. Мне кажется, тебе это подходит.

— Очень экономно. Одна буква. Просто Ю, — Юся поежилась от того, как Влад снова дунул ей в шею.

— Согласен. Коротковато. Моя Ю. Так лучше?

Так хуже! Гораздо хуже! Когда мужчина говорит женщине «моя» — это какая-то иррациональная, не поддающаяся объяснению магия. Впрочем, любая магия не имеет объяснений. Не говори мне «моя». Не буди силы, с которыми потом не справимся — ни ты, ни я. Но ничего этого Юся не сказала вслух, только вздохнула и прижалась лопатками плотнее к его груди.

— Пойдем есть пай.

— Если честно, у меня есть другое предложение.

В женской груди родился вздох — несомненно, довольный.

— Ненасытный.

— Не представляешь себе, насколько. Покорми меня не только паем. Я бы от куска мяса не отказался, если честно. Ю-ю-ю-ю…

— А я-то думала…

Юсю вдруг резко обняли и прижали.

— Уговорила. Мясо и пай после второго раза. Давай разденемся и повторим. Хотя… — его рука скользнула по ее животу вверх, накрыла грудь и бюстгальтер для порно. — Тебе раздеваться точно не нужно.

Нет. Надо сделать паузу. Надо хотя бы попытаться разорвать эту странную магию, которая заставляла ее сейчас плотнее прижиматься спиной к мужской груди и ни о чем, вообще ни о чем не думать. Руки Влада сжались сильнее.

— Моя Ю…

А ну-ка, соберись, тряпка!

— Давай, я тебя все же сначала покормлю. А там видно будет, — Юся оперлась руками о кровать и встала. Торопливо запахнула халат. Подняла валяющийся в стороне трикотажный костюм. На Влада она сейчас смотреть просто не могла. — Я в ванную, потом на кухню.

Его слова прилетели ей в спину, когда Юся уже почти вышла из спальни.

— Смотри. Ты пообещала, что будет видно. Что мне все будет видно. Ты пообещала, Ю.

Доконает он ее с этой «Ю»!

Принятие гигиенических процедур, избавление от порнографического реквизита и уютный трикотаж оказали на Юсю самое благотворное влияние. По крайней мере, она сама считала, что вернулась в светлый разум. Что думал по этому поводу Влад, она, конечно, знать не могла. Просто сидела напротив и любовалась: чуть влажные виски, широкие плечи обтянуты темно-синим лонгсливом. За его спиной розовым пятном красуются в вазе маргаритки — ни за что бы не подумала, что они бывают такие большие! А сам Влад с удовольствием ест говядину, приготовленную с овощами в воке.

— Спасибо, очень вкусно, — Влад положил вилку на пустую тарелку, промокнул губы салфеткой. — Готов к паю. Или… может быть, пай… после?

— Давай все-таки попьем чай. И поговорим.

У него не изменилось выражение лица, никакого разочарования не проступило.

— Хорошо. Давай чай, пай и поговорим.

Юся не удержалась от легкого вздоха, убрала со стола тарелку и достала чашки. Пока все не стало слишком… слишком Ю!.. В общем, Юся решила, что им и в самом деле надо поговорить. В конце концов, они кое-что важное упустили.

— Знаешь, о чем я подумал, — раздался голос Влада за ее спиной. — Мы нарушили все твои правила. Вот реально все.

Юся уже и не помнила, что она там говорила про правила. Похоже, Влад это запомнил гораздо лучше, чем она.

— Именно о правилах я и хочу поговорить.

— Ты придумала новые?

Что за неуместное ребячество!

Юся поставила на стол чашки с чаем, потом выставила блюдо с пирогом. Влад восхищенно присвистнул. Ну что за ребячество, правда! Хотя пирог получился и в самом деле красивый. Хочется верить, что и вкусный. Юся начала резать пирог и, одновременно, говорить.

— Я бы хотела тебе кое-что объяснить. По поводу того, почему мы… мы уже два раза не пользовались презервативом.