Дарья Волкова – Раз, два, три – две полоски сотри (страница 11)

После этих слов Владу оставалось только кивнуть, развернуться и уйти в сторону выхода на паркинг. Он понял, что слово «необыкновенный» теперь просто не выносит. Это синоним слова «идиот». В машине он почему-то включил радио — станцию с легкой танцевальной музыкой. И эта музыка странным образом гармонировала с легкостью у него на душе.

Будто бы сделал какое-то важное дело. Будто все правильно сделал.

С дисциплиной у Юси никогда проблем не было. Она себе запретила думать о следующем вторнике, о Марине, о Владе — и у нее это получилось сделать. И работа позволяла нагружать голову, тем более, выпала рабочая суббота, а в воскресенье поехала в гости к родителям, чем очень их обрадовала. В общем, обычная жизнь. У нее своя, у Марины своя, у Влада своя. Своя жизнь, свой выбор.

И все же с самого утра вторника было нехорошо. Какая-то невнятная тошнота, приступы головокружения. Если бы Юся не была в себе уверена, то посчитала бы, что все это похоже на признаки беременности.

Вот же смешно.

Она снова припарковала машину в «Северной звезде», и при этом вспомнила Шилова — наверное, она долго будет его вспоминать, каждый раз оказываясь в этом торговом центре. А ведь Юся регулярно тут бывает — иногда заходит после работы что-то купить, иногда за кофе с выпечкой. Вот как сейчас, например. Ей остро захотелось крепкого горячего эспрессо — чтобы обжигал. Чтобы переключиться.

Она допила кофе к тому моменту, когда дошла до клиники. По дороге заодно прочитала себе очередную лекцию о профессионализме. Довольно успешно, как посчитала Юся. Ей сегодня предстоит выполнить медицинскую манипуляцию, которая входит в перечень оказываемых клиникой услуг.

И все. И точка.

Точку поставить не получилось. Эта зараза Федосеева не пришла! Хотя была записана на девять утра!

Юся весь день не могла избавиться от мыслей о том, почему. Что произошло? Марина передумала? Шилов все же поговорил с ней и нашел нужные слова?! Или она решила сделать это в другой клинике? Юся почему-то была уверена в последнем. И хотя от этого неприятно холодило в области желудка, Юся убеждала себя в том, что все равно так лучше. По крайней мере, ей не пришлось довести счет до цифры «три». А для нее это, как ни крути, важно.

— Юстинья Ефимовна!

От неожиданного громкого окрика Юся чуть не свалилась с последней ступеньки. А когда повернулась — увидела, что к ней спешит Марина Федосеева.

Девушка была в расстегнутом плаще, растрепанная и… Юся не успела додумать, что там за этим «и…», как Марина быстро, почти бегом приблизилась к ней, обхватила руками за плечи и крепко, так что у Юси даже дыхание перехватило, обняла.

Марина тяжело дышала и дрожала. И не выпускала Юсю из рук. В такой ситуации Юся оказалась впервые, что делать — не знала. Единственное, что она понимала — об этом буквально кричало поведение Марины — что-то случилось. Но что? Что?!

Наконец, Марина разжала руки, отступила, и Юся увидела ее лицо. Судя по поведению девушки, там вполне ожидались слезы, но их не было. Хотя само лицо было совершенно ошалевшее. Да что же случилось?!

Марина словно услышала этот немой вопрос.

— Ой… — она прижала руку к груди. — Ой, сейчас, погодите, Юстинья Ефимовна. Тут такое случилось… Я сейчас отдышусь и все расскажу. — Марина сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. — Все. Это… Я просто поверить до сих пор не могу! — девушка шмыгнула. — Слушайте…

И Юся стала слушать и в самом деле крайне занимательный и даже в чем-то невероятный рассказ. Который начался с того, что Влад Шилов и в самом деле разговаривал с Мариной и пообещал ей дружескую поддержку и дружеское мужское плечо. После этого разговора Марина и приняла решение не делать аборт. Не успела Юся не то, что восхититься поступком Владислава, а даже хотя бы его осознать — потому что на самом деле она уже совершенно не верила, что Шилов будет во все это вмешиваться — как началась вторая часть истории. Вообще совершенно невероятная.

— Понимаете, — Марина дышала с каким-то присвистом и то и дело шмыгала. — Ведь Денис-то совсем даже никуда не пропал. И ни в какие черные списки меня не добавлял!

— Как такое может быть? — опешила Юся.

— Ой, он такой дурачок! — замахала руками Марина и снова зашмыгала. — Он, в общем, решил мне сюрприз сделать. Он на самом деле меня к Владу ревновал жутко. Ну, что Влад такой успешный и все такое. Денис работать устроился, на вахту. На три месяца. Ему кто-то из знакомых рассказал, что там деньги большие платят. Ну Денис и поехал. Мне не сказал, хотел рассказать, когда уже на месте будет — думал, я его отговаривать стану. А там, оказывается, какой-то секретный объект, военный, что ли — я не поняла толком. И у них там все строго, и телефоны нельзя, чтобы ничего не фотографировали и не записывали. Телефоны выключают и забирают на все время вахты. А он… ну дурачок, словом. Приехали ночью, он мне звонить не стал. И не написал. Говорит, был спросонья, не все понял. А телефон забрали — и привет. Хорошо, что у них там есть в конторе — ну, в офисе — телефон, обычный, если что — можно все-таки позвонить. Ну и вот… — Марина шумно выдохнула, переводя дыхание. — В общем, у них там один парень смену заканчивал, как раз из нашего города, Денис попросил его меня найти. Этот парень ко мне сегодня пришел прямо в магазин. Когда рассказал — я чуть в обморок не свалилась. А еще он мне номер телефонный передал, по которому можно позвонить. Я позвонила, мне там сказали перезвонить после шести вечера, они Дениса пригласят — ну, знаете, как в советские годы были переговорные пункты междугородние — мне мама рассказывала, там вот тоже приглашали в кабинки для разговора. Ну и я перезвонила, — тут у Марины все же побежали слезы, она их торопливо смахнула. — В общем, я ему сразу сказала про ребенка. А он… он… — тут Марина снова вцепилась в Юсины плечи и все же разрыдалась. — А он сказал, что ужасно рад. Что как раз денег заработает, вернется — и мы поженимся. И… и… и…

Тут в рассказе Марины все же наступила пауза. Марина рыдала, Юся стояла совершенно оглушенная. Вот это поворот, как сказал бы Шилов. Ну надо же… Денис, которого они все сбросили со счетов, оказался самой главной фигурой.

— Все! Все! — Марина резко отстранилась, оттерла пальцами щеки. — Простите меня, Юстинья Ефимовна, я все еще никак в себя прийти не могу после разговора с Денисом. Все… все просто опрокинулось, понимаете? Он так ребенку обрадовался, кажется, даже заплакал. А я… А если бы не вы… Если бы вы не заставили меня задуматься, если бы не дали эту неделю… Ой… — Марина уже кажется привычным движением спрятала лицо в ладони. — Мне теперь даже подумать страшно. Спасибо! — Марина еще раз порывисто обняла Юсю. — Вас мне бог послал!

— Его зовут Балтазар, — пробормотала Юся.

— Что?

— Ничего, — Юся вздохнула. — Я очень рада за вас, Марина. — Объятьями Юся была сыта уже по горло, но все же коснулась пальцами локтя девушки. — Я правда очень рада, что все так благополучно решилось. И мне кажется, самое большое спасибо вам надо сказать Владиславу. Он, в самом деле, совершил нечто необыкновенное, в отличие от меня.

— Да, вы правы! — горячо закивала Марина. — Я к нему заходила в офис, но его на месте не было, сказали, что уехал по делам. А писать я не стала. Хочу лично сказать. Завтра зайду, наверное. Ой… — она вздохнула. — Ой, я все никак не могу прийти в себя. Я поеду домой, Юстинья Ефимовна, хорошо? Меня сегодня с работы отпустили.

— Конечно-конечно. У вас сегодня день такой… насыщенный.

— Точно! — Марина как-то совсем по-девчоночьи хихикнула. — Юстинья Ефимовна, а можно, я у вас буду наблюдаться? По беременности?

— Можно, — Юся прикусила губу, чтобы сдержать то ли неуместную улыбку, то ли нервный смех.

— Спасибо вам! — Марина в очередной раз обняла Юсю — коротко и крепко — а потом резко развернулась и поспешила к остановке общественного транспорта.

Проводив Марину взглядом, Юся повернула голову к дверям клиники, словно ей надо было понять, где она находится, и заново заякориться в реальности. Чуть выше ее на несколько ступенек стоял Бондаренко.

— Слушайте, ну какая трогательная сцена, — он начал спускаться и поравнялся с Юсей. — Я буквально не дышал. Не подслушивал, нет-нет, не подумайте. Но чрезвычайно трогательно, чрезвычайно. Вы с Балтазаром в очередной раз совершили чудо, уважаемая Юстинья Аистовна?

Юся ответила не сразу. Помолчала под любопытным взглядом коллеги, потом вздохнула.

— Можно сказать и так.

Хотя, на самом деле, если чудо кто и совершил, то это не Юся и не Балтазар.

— Какая у вас все-таки благодарная работа, дорогая Юсечка Ефимовна.

— А что, вам благодарные пациенты результатами ваших усилий не хвастаются?

После паузы Петр Федорович хохотнул.

— Как-то вот знаете, не балован. Может, в моем случае, и к лучшему. Кстати, есть у меня один собрат по профессии, уникальный человек. У него, между прочим, как и у вас, есть в некотором роде прозвище. Вам в которую сторону? — Бондаренко подхватил Юсю под локоток. — Я вам по дороге расскажу. Это в сам деле в некотором роде феномен.

— Давайте, вы завтра за обедом расскажите? — Юся аккуратно высвободила свой локоть из цепких пальцев профессионального уролога. — Мне надо заскочить в «Северную звезду», у меня там кое-какие дела.