Дарья Верескова – Вторая попытка для попаданки (страница 21)

В ответ я решила хотя бы чем-то ей насолить и теперь держала свой стол в идеальной чистоте. Для артефактора это немыслимо — наша магия заставляет нас постоянно копаться в камнях и металлах, и хаос на рабочих столах был нормой. Чистота скорее присуща целителям, поэтому, увидев мой кристально чистый стол в день, когда мы работали с артефактами в мастерских, Люсиль буквально потеряла дар речи.

— Айви, что с тобой? — спросила она, нервно улыбаясь, но в её глазах отражалось волнение.

— Не понимаю, о чём ты. Что-то не так? — наивно посмотрела я на неё в ответ.

— Твой стол… я никогда не видела его таким чистым. Как будто ты и не артефактор вовсе, — хмыкнула она.

— Я вчера прочитала брошюру о том, что чистота на рабочем месте ведет к организованности и успеху в жизни! — с умным видом сказала я и поспешила на вечерние занятия.

Сегодня профессор Леннокс был в плохом настроении. Я узнала из разговоров студентов, что ученик, которого он курировал в прошлом году, не смог получить лицензию на независимую работу артефактора. Комиссия отказала ему на основании того, что профессор Леннокс значился вторым создателем на множестве патентов ученика. Раньше это никогда не было причиной отказа — напротив, многие поддерживали друг друга и создавали артефакты совместно.

— Корпорации хотят, чтобы мы стали врагами друг другу, поверьте мне, — недовольно пробормотал профессор Леннокс, а затем вернулся к теме занятия.

За ужином я спокойно ела еду, пропитанную снотворным. Я уже знала, что в эти дни нужно пить настойку, нейтрализующую действие зелья. Наверняка мне стоило задуматься о том, какое влияние это оказывает на мой организм, но я была слишком занята попытками выбраться из ловушки.

Я ждала ночи, когда Люсиль вновь выйдет пообщаться со своим таинственным информатором. Помимо самого первого разговора, который я подслушала между Люсиль и её помощником, все остальные встречи проходили по одному и тому же сценарию. Люсиль сообщала, сколько резерва она влила и какие элементы вставила в свой артефакт, а её таинственный помощник, видимо, давал советы. Затем приходил мистер Марш и запускал её в мастерские.

— А сейчас ты не такая чистюля, Айви, — укоризненно покачала головой Люсиль, указывая на след от стакана, что вызвало вопросительный взгляд Марты, которая решила сегодня сесть с нами. — Представляешь, Марта, Айви каждый день убирает свое рабочее место. Так и не скажешь, что она артефактор, — её голос стал громче, а я тихонько кипела изнутри. Почему она всегда пытается выставить меня в плохом свете?

— Из вас двоих у тебя всегда была большая тяга к камням, Люсиль, ты всегда в мастерских, — пропела в ответ Марта. Не знаю, какое влияние имела Люсиль на Марту и что она ей говорила, но Марта совершенно не замечала очевидного. Даже их совместный провал на выставке не изменил её мнения.

— Мне кажется, у тебя проблемы с памятью, Марта. В прошлом году я провела в мастерских больше времени, чем все остальные студенты, мастер Мэдлин отдельно упомянул это в начале года.

Встав из-за стола, я отнесла незаконченный ужин на мойку и ушла в комнату. В коридоре меня догнала Люсиль и стала вести себя так, будто ничего не случилось. А после, поняв, что я реагирую очень холодно и взбешена, она начала говорить о том, как мы вместе пойдем в театр на новое представление.

— На её столе ничего нет, ничего! И она выглядела сегодня очень серьезной, как будто так и собирается убирать все до последней детали! — шипела Люсиль своему помощнику, пока я стояла в укрытии, не решаясь подойти ближе. Очень хотелось заснять их на фотоаппарат, а ещё мистера Марша, который явно нарушал свои обязанности, но вспышка привлекла бы слишком много внимания.

— Не говорите мне успокоиться! Как я могу быть уверена, что второй артефакт откликнется на неё? — вновь спросила Люсиль, а после тихого ответа собеседника удивленно продолжила: — Вы считаете, что я уже вложила туда достаточно компонентов? Вы уверены? Нет, я сама не трогала их магией, только для закрепления. — Голос Люсиль теперь стал гораздо веселее. — Конечно, если я увижу что-либо на её столе, я продолжу следовать вашим указаниям.

Как только Люсиль сказала это, у меня в голове возник план.

Да, я не могла сама открыть её ящик с артефактом, но мне и не нужно было это делать! Она сама добавляет туда всё, что находит на моем столе. Значит, нужно подготовить для неё подарок.

— Нет, вы по-прежнему должны приходить сюда каждую неделю, — вырвал меня из раздумий голос Люсиль. — Даже когда артефакт Айви будет готов, вы будете приходить сюда до самого диплома.

Мужчина что-то тихо ответил ей, а девушка внезапно рассмеялась.

— Мне кажется, вы забываете, что у вас нет выбора. У вас будут огромные проблемы, если вы откажетесь. Мы все пойдём ко дну: и я, и вы, и мистер Марш, и вы сами знаете кто.

Собеседник не отвечал, похоже, угрозы Люсиль действительно его беспокоили. А я дождалась, пока Люсиль ушла в мастерскую, и вернулась в нашу комнату, пытаясь понять, кто ещё мог быть втянут в это.

С утра я была совершенно разбита. Не могла уснуть, разрабатывая план для артефакта Люсиль и думая о том, кто ещё помогал моей соседке. Поэтому до купален я дошла последней, но сегодня мы работали с кураторами, и это было не страшно. Горячий душ — именно то, что мне нужно.

Внимание поклонниц Макса Фуллагара ко мне не ослабевало, но благодаря ликвидаторам — девяти другим студентам, которые часто сидели со мной на обедах, ужинах или на общих лекциях, мне стало проще его выдерживать. Мы не стали близкими друзьями, кроме разве что меня, Эммы и Билли, но чувство единства с ними меня успокаивало. Я больше не чувствовала себя изгоем. Конечно, были те, кто меня не любил, меня толкали в коридорах и ставили мне подножки. Но были и те, кто меня поддерживал. Многие студенты проходят через похожие.

Часто на обедах с нами оказывалась Люсиль, но это происходило все реже, так как ей не нравилось, что никто из моих новых знакомых не оказывал ей достаточного внимания.

Я была уверена, что Люсиль распускает про меня слухи за моей спиной, но они не закреплялись, потому что у меня теперь были знакомые, которые меня уважали. И очень ждала момента, когда наше инкогнито будет раскрыто после спасения принцессы Астурии. Конечно, это было мелочно — желать славы, но мне почему-то казалось, что как только мы станем известны на весь Ардон, никто в академии больше не станет меня толкать или унижать.

Закончив водные процедуры, я вернулась в маленькую прихожую-гардеробную купален и вздрогнула. В комнате не было моей одежды, даже полотенца. Даже мои очки пропали.

Я чувствовала себя совершенно беззащитной.

Сердце пропустило удар, когда я вспомнила, что подобное уже случалось со мной в прошлом. И как это кончилось. Травля тогда была очень сильной, это было уже после провала моего диплома. Мою одежду не просто украли — её изрезали, а старенькое, застиранное нижнее белье развесили на двери моей комнаты в общежитии, всем на потеху. Но это было не единственным, что тогда произошло…

Вздрогнув, я услышала, как открылась дверь, замок в которой был открыт, и в проёме появилась мужская фигура.

Мужчина вошёл внутрь и замер, не ожидая никого увидеть. Я в ответ смотрела на него с испугом.

Точно так же, как и в прошлой жизни.

Я сразу его узнала, даже несмотря на то, что перед глазами всё расплывалось.

Я прикрыла своё тело руками, насколько могла, особенно свою небольшую грудь и всё, что ниже живота. Стояла, скрестив ноги и взволнованно дыша, прижавшись к стене.

— Браун? Что ты здесь делаешь? — наконец спросил молодой мужчина, а я постаралась скрыть неуверенность и волнение.

Ведь именно этим я и привлекла его в прошлый раз.

— Кто-то украл мою одежду. Можешь принести мне что-либо, чтобы я могла укрыться?

Роберт всё так же не двигался, замерев в дверях. В прошлой жизни он рассказал, что ему и его другу кто-то сказал помочь с заклинившей дверью в женских купальнях, когда они проходили недалеко, но его друг задержался. Он сказал, что был потрясён мною, что тогда впервые меня разглядел, и я сразу же покорила его своей красотой и беззащитностью. Он спас меня, провёл в комнату под взглядом других учащихся, купил мне новые очки и впоследствии старался всегда быть рядом со мной, так как в его присутствии меня не травили.

Роберт говорил, что ему доставляло особое удовольствие то, что никто не знал, насколько я была красива, что никто не видел меня настоящей.

Вот только я прекрасно помнила, чем закончилась эта «история любви».

— Ты слышишь меня, Дюпри?

— Да… — наконец ответил он. — Что с тобой произошло?

— Ничего. Просто кто-то украл мою одежду и очки. Даже полотенце. Можешь принести полотенце, пожалуйста?

Я говорила себе, что это просто совпадение. Что нет судьбы, нет колеса времени, с событиями, которые обязаны произойти в жизни человека.

Роберт уже здесь, и этого не изменить. Нужно просто попросить его помочь мне дойти до комнаты, а затем отправиться в город за новыми очками.

И забыть про это. Никогда больше не общаться с Робертом, каким бы добрым и хорошим он мне не казался.

Мой будущий-бывший муж передал мне своё собственное полотенце, а у меня перед глазами всё плыло. Я быстро вытерлась и обернулась полотенцем, думая о том, что нужно будет купить ему новое. Полотенце едва закрывало мои бедра.