Дарья Верескова – Кость в горле 2. Первая невеста (страница 42)

Несмотря на то, что я прибыла строго к назначенному времени, обсуждение, похоже, шло уже давно, и здесь присутствовали все, кто мог: Феликс, Адриан, принц Лансель, Джоэл, советники короля, учёные, несколько членов совета лордов, а также командиры каждого из отрядов Валледа и империи, выбранных для завтрашнего дня. Беседа велась открыто, участники общались без особых церемоний и многие даже не замечали меня. Я решила не перебивать: они с жаром обсуждали распределение ответственности, маршрут и действия в случае различных непредвиденных обстоятельств. Были разработаны отдельные стратегии для сценариев, если тюрьма окажется под осадой кочевников, уже захвачена кочевниками, захвачена группой заключённых или в случае контроля валледскими солдатами и герцогом Тенбрайк. Лучшим вариантом для нас был последний.

С нами отправлялась большая группа медиков, и даже нескольких учёных, но все передвижение будет на рациканах — от использования элоранских “саней” было решено отказаться.

Принц Лансель стоял ко мне спиной, активно участвуя в разговоре и неоднократно корректируя маршрут, разработанный в предыдущих попытках добраться до тюрьмы. В какой-то момент, когда один из валледских командиров попытался добавить его людей к одному из заданий, принц строго возразил:

— Нет. У этой десятки отдельное задание, не включайте их на ваших назначениях.

— Но Ваше Высочество! Они будут очень полезны на западном направлении, — возразил Винсен Смит, один из командиров Феликса, а сам Феликс не сводил недовольного взгляда с принца.

— Это не подлежит обсуждению. Эта десятка будет искать и защищать одного из пленников, я не хочу, чтобы она пострадала в суматохе.

Она?

Я была единственной женщиной среди пленников, хотя вряд ли принц знал об этом — его держали вдали от остальных пленников.

Если бы он только знал, что я нахожусь прямо за его спиной в этот самый момент.

Для меня было удивительно, что принц не узнал о том, что баронесса Торнхар и Элли это одно лицо. Неужели он и его люди не читают газет? Вплоть до вчерашнего дня о моем исчезновении ничего не сообщалось, но с возвращением короля ситуация изменилась. Если бы он спросил кого-нибудь об “Элли из делегации”, те тут же указали бы на меня. С другой стороны, все работники дворца подписывали соглашение о неразглашении, а может принц и вовсе думал, что я назвала ему ложное имя. Нужно будет спросить его об этом, когда появится возможность.

Феликс бросил на меня нечитаемый взгляд и зло усмехнулся.

— Оставьте, Винсен. Принц Лансель предоставил куда больше солдат, чем было необходимо, значит, он имеет право дать этой десятке назначение вне плана. Главное чтобы они не мешали основной группе.

Обо мне вспомнили в первый раз только через полчаса, когда обсуждалось, где будут расположены медики.

— Медиков направим внутрь только в самом критическом случае. Солдаты должны будут на месте оценить, можно ли вынести раненого наружу, чтобы оказать ему помощь вне стен тюрьмы. Предлагаю придерживаться этого для планов «А», «Б» и «Г». Если будет выполняться план «В», всех можно запустить внутрь. Баронесса Торнхар... — Винсен Смит осмотрел комнату и только сейчас заметил меня, — о, вы уже здесь, отлично. Для миледи Торнхар и ее сопровождения предлагаю ту же стратегию.

Мужчина посмотрел на меня с ожиданием, и я кивнула, соглашаясь. Моё дело в этой поездке — подчиняться, они явно о тактике знают больше меня, я не хочу путаться ни у кого под ногами. Хочу, чтобы операция прошла быстро, бескровно, и мы сумели всех освободить.

— Нет. Баронесса не будет входить внутрь ни при каких обстоятельствах. Коридоры тюрьмы слишком узкие, мы не знаем, что может там случиться, — резко вмешался Феликс, бросив на меня встревоженный взгляд. Он явно вспомнил, что случилось с нами при побеге.

— Элли, без самодеятельности. Ты всегда как-то оказываешься в центре событий и подвергаешь свою жизнь опасности. Пожалуйста, в этот раз не пытайся помогать, не влезай туда, где тебя не просят, — устало произнес Адриан, вызвав волну моего возмущения. Я никогда осознанно не создавала себе и окружающим проблемы!

— Это приказ, — добавил Феликс.

— Буду вести себя наилучшим образом, подчиняться всем приказам, — сказала я, сдерживая свое возмущение. Я понимаю, что это обсуждение проходило в неформальной обстановке и что завтра утром план будет официально утверждён и подписан Феликсом. Однако это вовсе не означает, что меня нужно публично отчитывать, словно маленького ребенка.

— Элли? — я только сейчас поняла, что принц Лансель не сводил с меня расширенных глаз, наконец, обернувшись. — Элли, это правда ты?

Его дрогнувший голос вернул меня назад, в тюрьму, когда я познакомилась с Таласским наследником в самый уязвимый момент его жизни, после месяцев психологических и физических пыток.

— Здравствуйте, Ваше Высочество, — я присела перед принцем в реверансе.

Принц Лансель явно был шокирован моим присутствием здесь, и с трудом узнавал меня. Я же вспомнила, что сегодня особенно расстаралась с макияжем и даже несколько раз сменила наряд, наверняка я очень отличалась от того образа, что он помнил.

Сам принц теперь выглядел гораздо лучше: его волосы были аккуратно подстрижены и уложены, он набрал вес и больше не казался таким худым, юным и уязвимым.

— Ты… вы и есть баронесса Торнхар? Вы собираетесь отправить её обратно?! — талассец внезапно обернулся ко всем остальным и теперь выглядел по-настоящему сердито.

Король не сводил с принца Ланселя напряженного взгляда, явно считывая все его эмоции в этот момент.

— У нас нет выбора, Ваше Высочество. Осколки Валледа принадлежат баронессе Торнхар. Мы полностью осознаём риски, и у баронессы будет постоянная личная охрана, — отреагировал Винсен Смит. — Кроме того, миледи Торнхар — одна из самых опытных участниц операции.

— Нет, это совершенно неприемлемо. Ей нечего там делать. Я требую пересмотра плана операции, она никогда не должна возвращаться в пустошь и тем более в эту тюрьму.

— Я бы хотел напомнить вам, принц Лансель, что баронесса Торнхар является моей подданной, — внезапно высказался Феликс, особенно выделив слово “моей”. — Мы уважаем ваше мнение и ценим ваше участие, но Эллия Торнхар не будет следовать вашим указаниям.

10.3

После совещания принц Лансель отчаянно рвался поговорить со мной, я видела это по его взглядам, тому, как он искал меня глазами, и по его стремлению подойти ко мне, как только закончилась официальная часть встречи.

Однако ему даже не удалось приблизиться — Адриан отвлек его, уведя в сторону, и я не видела принца до самого утра.

А ночью ко мне вновь наведался Феликс.

— Можно? — он постучал с другой стороны. Удивительно, раньше такие условности, как "можно", его не волновали. Вчера я и вовсе обнаружила его на себе… во всех смыслах этого слова.

Я глубоко вздохнула, собираясь с силами. Я по прежнему испытывала боль даже от мысли о Феликсе и его планах, но убегать от разговора было бы глупо и трусливо. Мы взрослые люди, нужно решать проблемы в диалоге.

— Хорошо, — ответила я, присев в кресло.

Феликс вошёл в комнату, устроился в кресле напротив и долго смотрел на меня, не произнося ни слова.

Пытался читать мои эмоции? Конечно, я была взволнована его присутствием. Это человек, в которого я была влюблена, в первый раз в своей жизни. Сейчас мои чувства поостыли, рациональная часть меня не принимала его эгоизма, того, что он построил огромную многолетнюю схему, в которой он ничем не рисковал, в то время как я жертвовала всем, включая свою будущую семью и благополучие будущих детей.

— Ты ненавидишь меня? — наконец спросил Феликс после долгого молчания.

— Что? Нет, не ненавижу. Я просто… разочарована. Как будто все что я придумала о тебе оказалось неправдой, просто моей фантазией.

— Скажи мне что ты думала обо мне, — глухо попросил Феликс.

Я снова вздохнула, стараясь собраться с мыслями.

— Я думала что мы - команда. Что мы прислушиваемся друг к другу, что тебе есть дело до того что я думаю и говорю. Я видела тебя лидером, думала… что с тобой я могу быть слабее, отпустить контроль, хотя бы ненадолго… — говорить дальше мне стало слишком тяжело и я замолчала.

Нет. Я не буду дальше открывать свою душу.

— Я могу быть таким, Элли. Я могу и хочу быть твоей главной поддержкой, — сразу же с жаром ответил Феликс, но я только покачала головой.

— Нет. Я не могу тебе доверять. Я не знаю, строишь ли ты какие-то безумные планы в отношении меня в этот самый момент. Ты готов разрушить мою жизнь ради собственных желаний, при этом ты не планировал даже спросить меня, а после, для меня и моей семьи было бы слишком поздно.

Голос Феликса дрогнул от боли:

— Это не так. Я действительно не полностью оценил эту ситуацию с твоей стороны. Я верил, ты посчитаешь за честь стать моей фавориткой, потому что я знал, что ты хотела быть со мной. Когда я почувствовал твою боль вчера… я понимаю, что именно я сделал тебе больно, и это самое страшное для меня. Наша связь должна приносить тебе счастье, а не боль.

— Тогда откажись от этой идеи, Феликс. Давай вернёмся к обычным профессиональным отношениям, которые были у нас до тюрьмы. Будем обращаться друг к другу на вы, согласно титулам, и вернёмся к обычной, привычной жизни.