Дарья Сычева – Каменный город (страница 3)

Но почему про него вдруг вспомнил отец?

Дневник действительно удивлял. Айбл оказался прав, когда сказал, что ожидал от Марка Вернора большего.

За окном догорал закат, а Киана все сидела за столом, водя пальцем по рисунку с «солнцелунием», отдавая себя расстроенным чувствам. В какой-то момент она поймала себя на мысли, что лучше бы не читала дневник. Собственный отец начал видеться ей каким-то безумцем, фанатиком, чья страсть завела его в могилу. Весь дневник (а это почти сотня страниц!) был исписан словами о Каменном городе. Ни слова об аборигенах, об их историях, да даже никаких заметок из путешествия. Ничего. Только Каменный город.

Перечитывать этот дневник, как делала с другими, Киана не собиралась. Она вообще не хотела его больше открывать и гадала, куда бы спрятать, чтобы не найти. Но ей очень нравилась обложка, поэтому она решила оставить ее себе.

Начав осторожно снимать кожаную обложку, Киана заметила, что та отходит подозрительно легко. Нож пришлось отложить. Ловкими движениями пальцев она сработала быстрее. Увлекшись, Киана не сразу заметила выпавшую из-под обложки пожелтевшую бумажку.

«Неужели Айбл подсунул?» – к записке Киана отнеслась с недоверием.

Развернув ее, она узнала почерк отца – мелкий и будто бы сложенный из одних только прямых линий. Даже букву «О» отец писал почти как квадрат. Киана как-то пыталась научиться писать так же, но не получилось.

Уже с первых строк Киана поняла, что сильно поспешила с выводами и все не так просто, как кажется.

«Я не знаю, в чьи руки попадет эта маленькая записка, но очень прошу передать ее моей дочери, Киане Вернор. Это послание только для нее», – было написано на обороте бумажки.

Киана, глубоко вздохнув, перевернула листок.

«Киана, дорогая моя девочка, я надеюсь, что этот листочек под обложкой найдет тебя в добром здравии и ясном уме. Увы, я не успею сказать тебе все, что хотел бы, но попытаюсь донести самую суть. Меня разрывает изнутри от осознания, что я привел всех к гибели. Да, рассвет мы уже не увидим. Я это знаю. Я знал, что это путешествие будет для меня последним. Нас предупредили. И вот по моей вине погибнут хорошие люди. Думаешь, я так рвался на Пояс Осколков из-за каких-то аборигенов? Вовсе нет. Больше тебе скажу, никаких аборигенов тут и в помине нет. Остров полностью необитаем. Аборигены – это лишь предлог, чтобы создать иллюзию настоящей экспедиции. Я боялся за вас. Им нужны не вы, а я. Я подверг вас большой опасности, ввязавшись в эту историю, но я не мог остаться в стороне. Возможно, когда-нибудь ты поймешь.

Киана, что бы ни случилось, не иди по моим стопам. Не в этот раз. Уверен, ты станешь тем человеком, которым всегда мечтала быть. Только, прошу тебя, иди своей тропой, даже если придется протаптывать ее с нуля. Моя дорожка ведет к пропасти, в которую я вот-вот упаду и утащу за собой других. Я не желаю тебе подобной участи.

Люблю тебя и твою маму. Береги ее.

P.s. Прошу, не пейте то пиво, что пил я. Я знаю, что вы все его ненавидите».

Киана перечитала записку раз пять, но так и не избавилась от вопросов. Если отец не искал аборигенов, то зачем он отправился на остров? Что за опасность он имел в виду? Почему он исписал весь дневник мыслями о Каменном городе, а в записке ни разу о нем не упомянул? Почему он обманул других членов экспедиции и зачем? Он знал, что не выживет? Почему это письмо предназначалось только ей?

От вопросов заболела голова. Но где найти ответы на них? Уж явно не в дневнике! Где искать? У кого спросить?

– Айбл… – осенило Киану, и она ахнула. – Он же был в той экспедиции! Возможно, он что-то знает. Не случайно же он отдал этот дневник лично мне, хотя мог оставить его себе и никто бы об этом не узнал. Навещу его завтра.

Впервые Киана задумалась, кем же на самом деле был ее отец. Храбрый путешественник? Любящий родитель? Подлый обманщик? Или темная лошадка? Теперь ей казалось, что он сочетал все эти личности и умело перескакивал с одной на другую, ориентируясь по ситуации. Но не вел ли он свою игру за спиной у всех? Киана поняла лишь одно – отец что-то скрывал.

Глава 2

Нет ничего удивительного в том, что Киана встала не с той ноги. Казалось бы, выходной! Нет нудных занятий в школе, учителя не напоминают об экзаменах, никто не травит столовской едой. Целых два дня можно бездельничать и набираться сил перед очередной трудовой неделей. Но мысли Кианы были далеки от земных проблем обычной школьницы.

Она почти не спала этой ночью, задавая себе тысячу вопросов, на которые не могла ответить. Она знала слишком мало, а точнее, ничего. Киане всегда казалось, что она как никто другой близка к своему отцу и понимает его лучше, чем кто-либо, но этот дневник и записка под обложкой разрушили все ее убеждения. Настоящего Марка Вернора не знал никто, даже его собственная дочь.

Еще вчера вечером Киана решила, что наведается к Айблу и задаст пару вопросов. Мучить старика, которого и без того тяготило чувство вины, ей совсем не хотелось, но она должна хоть что-то узнать. Сидеть над этим дневником не было смысла, но Киана так и не решила, куда его можно спрятать, хотя бардак в комнате давал большой простор для фантазии. И она не придумала ничего лучше, чем взять его с собой. А ту записку Киана все же убрала куда подальше. Айблу она доверяла, как родному дедушке, но отец написал те строки только для нее.

Мама уже вовсю хлопотала на кухне. Она всегда вставала рано и успевала сделать всю работу по дому, из-за чего оставшуюся половину дня маялась от скуки или изводила себя бумагами из бухгалтерии. Брать работу на дом стало для нее привычкой, причем весьма дурной.

– Доброе утро, мам.

– Опять засиделась? – вздохнула мама. Она считала, что дочь всю ночь провела за учебниками, и Киана решила подыграть этой версии, чтобы избежать конфликта. Маме не нравилось, что ее дочь читает дневники отца и все больше проникается идеей отправиться в кругосветное путешествие. – Не загоняй себя так. Отдохни сегодня как следует.

– Пожалуй, ты права, – Киана нещадно ковыряла вилкой яичницу.

Киана не видела смысла засиживаться, поэтому быстро расправилась с завтраком, переоделась и ушла. Погода стояла по-настоящему летняя, хотя на дворе еще только месяц Пробуждения. Днем довольно тепло, но вечера были холодными и ветреными, поэтому, отправляясь на длительную прогулку, лучше взять с собой плащ.

Айбл жил не так далеко от Кианы, в отличие от других друзей отца. До братьев Морган, к примеру, без повозки добраться крайне проблематично. До Бивиса тоже, но тот никогда не звал к себе в гости, предпочитая своему столу чужой. Впрочем, никто особо и не рвался в гости к магу. Зато у Айбла побывали все, кому не лень. Карперы всегда любили гостей.

Несмотря на то, что Киана была у Айбла в гостях еще при живом отце, она прекрасно помнила дорогу. В том районе Бриары всегда интересно гулять и рассматривать пестрые дома. Еще три века назад жильцы придумали забавную традицию перекрашивать фасады каждый раз, когда в район переезжал кто-то новый. Неизвестно, кому принадлежала эта идея, но ее придерживались и по сей день.

Киана помнила чудесный маленький парк, по которому они с отцом и Айблом часто гуляли вечером, когда возвращались от Карперов домой. Он ничуть не изменился с тех пор. Высокие деревья с пышными кронами создавали защитную тень, что служила спасением в знойную пору. В пруду плавали утки и квакали лягушки, а на мостике миловались влюбленные. Единственное, что поменялось, это скамейки – их заменили на новые. В целом же парк остался все тем же. И это грело Киане душу. На какое-то время она вновь стала той маленькой девочкой, что бегала по аллее и шугала голубей.

Решив, что еще успеет погулять тут подольше вечером, Киана направилась к Айблу, надеясь, что он никуда не ушел. Хоть возраст и давал о себе знать, Айбл никогда не мог усидеть на месте.

Его дом остался все таким же приветливым и скромным, как и его жильцы. Нежно-голубой фасад и белоснежные оконные рамы выделяли его среди других домов. Под подоконниками второго этажа висели кашпо с яркими цветами. Ручка-кольцо, с которой слезала позолота, всегда казалась Киане слишком тяжелой, так как в детстве она никак не могла ее поднять. Постучав три раза, Киана отступила на шаг назад. Расправив юбку, она принялась ждать, когда ей откроют, но за дверью царила тишина. Киана испугалась, что дома никого нет. Пришлось постучать еще раз, более настойчиво.

Послышались тяжелые шаги – это миссис Карпер, жена Айбла. Она всегда была полноватой и грузной женщиной, даже в молодости не могла похвастать красивой фигурой, но Айбл не раз говорил, что полюбил ее не за внешнюю красоту.

Миссис Карпер не ждала гостей, да и Киана не предупреждала о визите. Хозяйка была удивлена юной мисс Вернор на пороге своего дома. При виде Кианы старушка расцвела. Морщины на ее лице слегка разгладились, а тонкие губы вытянулись в улыбке.

– Киана! – воскликнула миссис Карпер, заключив гостью в свои объятия. – Как я рада тебя видеть! Ты так выросла с нашей последней встречи, что я едва тебя узнала!

В отличие от Айбла, его жена нечасто виделась с Кианой.

– Здравствуйте, миссис Карпер, – улыбнулась Киана, проходя в дом. – Как ваши дела?