Дарья Сойфер – Снимай меня полностью (страница 22)
Сбивчиво и торопливо Юна объяснила, наконец, что все это резиновое безумие – всего лишь шуточные подарки на девичник.
– Куда бы я это дела? – она умоляюще посмотрела сначала на Рому, потом на Вадика. – Отец бы мозги вынес за такое.
– Ага, и ты решила принести к нам, – подытожил Рома.
– Ну, на двоих это ведь не так много, – Юна неуклюже попыталась пошутить, но ни один из создателей «Кукушкиного гнезда» не засмеялся. – Да ладно, я просто прикалываюсь. В любом случае, мне это девать некуда. Если хотите – выбросьте.
– А что, так можно было?! – Рома ошарашенно округлил глаза. – Так давай сразу и вынесем!
– С ума сошел?! – вмешался Вадик, нагнулся, лихо покидал остатки стихийного бедствия в чемодан и захлопнул крышку. – Столько народу страдает, а ты – «вынесем»! В соседнем квартале открыли магазинчик. Загоню им за полцены. Некоторые еще и в упаковке! А не возьмут – в интернете продам. «Вынесем»! Скажешь тоже! – и, мотнув головой, точь-в-точь как Людмила Викторовна, пошел в студию, бережно придерживая драгоценную ношу.
Юна с Ромой поднялись следом молча. Трудно было подобрать правильные слова после случившегося, а потому оба старательно смотрели в разные стороны, как два незнакомца в одном лифте. И лишь в «Гнезде» Юна, наконец, решилась нарушить тишину:
– Я вообще-то по поводу конкурса. Я тут подумала… В общем, давайте меня оттуда снимем.
– Зачем?.. В смысле… С чего вдруг? – удивился Рома.
– Долгая история, – Юна вздохнула. – Игорь узнал… Ну, короче, это не та история, из-за которой стоит ссориться с женихом.
– Точно? Может, попробуешь ему объяснить?
– Пыталась, но… В общем, забей. Удали мою страницу – и забудем.
Рома в недоумении пожал плечами, но спорить не стал. Включил компьютер, зашел на сайт журнала…
– Кстати, а почему именно твоя фамилия? – Юна заглянула в монитор, склонившись над плечом Ромы и щекоча его пушистыми локонами.
– Ах, это… Да Вадик… – Кулешов заставил себя сосредоточиться на клавиатуре. – Первое, что ему в голову пришло… Так, ну-ка, глянем… Смотри! Это же ты!
– Ну да, ты ж сам меня добавил.
– Да нет, в первом туре! Ты прошла в первый тур! – Рома довольно побарабанил по столу. – Ну? Неужели все-таки сольешься?
Глава 14
Юна Лебедева
Юна не сразу открыла входную дверь в квартиру.
Какое-то время бубнила себе под нос, раз за разом разыгрывая разговор с Игорем в ролях. Пробовала разные интонации.
– А у меня отличные новости! Я прошла в первый тур! Можешь похвастаться в «Мегафите»! – и весело изображала, что стреляет из указательных пальцев, как американские комики.
Нет. Не пойдет.
– Гоша, ты меня любишь? – тут главное – очень жалобный взгляд. – Можешь сделать мне подарок? На свадьбу? Тебе это ничего не будет стоить…
Тоже плохо. Унизительно как-то, что ли.
– Слу-у-ушай, такое дело… Если прошел в первый тур, анкету нельзя удалить. Представляешь, до чего дошли? – здесь важно неподдельное возмущение. – Да клянусь, я уже собралась удалить, но не получается! Может, ну их? Пусть подавятся!
А вот это хорошо вышло! Вот только опасно: Игорь частенько говаривал про тех, кто ему не нравится, что засудить их надо к чертовой матери. Оно и понятно: полгода учебы в Штатах по обмену даром не прошли. Конечно, в суде его Юна ни разу не видела, но где гарантии, что он не претворит угрозу в жизнь именно сейчас? Ложь вскроется… Нет. Не вариант. А если так:
– И почему это мне нельзя участвовать? Ты что, считаешь меня некрасивой? Я толстая, да? Ты меня стыдишься?!
– Да нет… – озадаченный незнакомый голос заставил Юну вздрогнуть.
Она обернулась и увидела пожилого соседа с восьмого этажа.
– А, простите… Я не вам… – Юна сделала вид, что придерживает гарнитуру hands-free около уха.
Мужчина недоверчиво пожал плечами и двинулся вниз по лестнице, явно решив, что иметь дело с умалишенными – себе дороже. Ходить пешком, когда в доме три лифта и один из них – грузовой! Ну и кто тут после этого чокнутый?
Юна фыркнула, но репетицию свернула, поспешив зайти внутрь, пока на горизонте не нарисовался еще один идейный пешеход.
– Ну, слава богу! – встретила ее мама. – Организаторша звонила, говорит, наши музыканты дали задний ход! И предлагает либо струнный квартет, либо музыку в записи! Ни тебя, ни Игоря… И что я должна делать?
– Духовые оркестры закончились? – Юна скинула кроссовки: для человека с неспортивной внешностью она слишком часто носила спортивную обувь.
– А тебе все шуточки! – рассердилась мама. – Я ей сказала, что мы найдем другого организатора, но проблема в другом: все заняты! Не могла выйти замуж зимой? Ужас, вся свадьба коту под хвост…
– Да пусть будет в записи, – вздохнула Юна.
– Чтобы все решили, что мы нищеброды, да?
– По фигу! Только не струнный квартет! У меня от скрипки зубы болят. А Игорь давно ушел?
– Вспомнила! – Елена Геннадьевна хмыкнула. – Конечно, давно! Поехал утверждать ледяные скульптуры. Вы вместе должны были, но я смотрю, ты так к этому относишься, как будто по залету замуж собралась!
– Кто залетел?! – прогремел из кухни отец и тут же показался в дверях. – Юна, ты что, беременна?
– Господи, нет!
– Имей в виду, если до родов после свадьбы пройдет мало времени, пресса от меня не отцепится! А мне на новый срок баллотироваться в октябре!
Юна медленно выдохнула и, прикрыв глаза, напомнила себе, что через три недели съедет из этого дома. И родителей будет видеть по выходным… Нет, по праздникам. По большим праздникам. Годовщина свадьбы – в самый раз.
– Я. Вас. Всех. Обожаю, – максимально терпеливо произнесла она и, перепрыгивая через ступеньки, поспешила наверх, в свой личный спасительный островок.
– Хамка! – донесся ей вслед голос матери.
Юна жалела о том, что росла слишком приличным подростком. Другие отпрыски папиных коллег и маминых подружек отжигали по полной: пирсинг, татушки, попойки в Европе, суды за дебош, исправительные работы. О наркотиках и упоминать не стоит: тех из золотой молодежи, кто к совершеннолетию ни разу не попробовал дури, можно было смело заносить в рейтинг неудачников. А Юна? Юна еще не разбила ни одной машины, не обматерила ни одного журналиста. И ни одна фотография из домашнего архива, – не в смысле «мы с бабушкой лепим куличики», а в том самом превратном значении, – не попала в сеть. Был бы еще этот архив!
Может, если бы Юна встретила взросление с размахом, то сейчас бы ее родители просто перекрестились, что она появилась дома трезвая. И вообще замуж выходит. И не шпыняли за каждую фразу, брошенную в сердцах. Но нет никакой справедливости: чем послушнее ты себя ведешь, тем сильнее к тебе придираются. Машу Ртищеву, которая к двадцати трем обзавелась скандальной славой и двумя судимостями за дебош, не ругали в принципе. А уж если она провела каникулы без мелькания в желтой прессе, то и вовсе носили на руках. Да, пожалуй, надо было взять у нее пару уроков, как держать родителей в тонусе.
Что ж, если с воспитанием родителей Юна явно опоздала, то расставить все точки над i с будущим мужем было самое время. Сказать все честно – вот единственный выход. И отстоять свое право на конкурс. Да, разговор предстоял не из приятных, но если не сейчас, то когда? А переселиться из одной клетки в другую… В чем тогда смысл брака?
Юна собралась с духом, взяла телефон в руки, но не успела ткнуть в имя Игоря, как гаджет сам разразился звонком, заставив хозяйку вздрогнуть от неожиданности. В последнюю секунду Гоша нанес предупредительный удар. Говорят ведь иногда, что между влюбленными есть особая связь? Вне пространства и времени? Так вот, Юну это скорее испугало, чем обрадовало. Еще и видеозвонок! Как специально, чтобы она чувствовала себя виноватой от осуждающего взгляда. Юна выдохнула и тряхнула плечами, как боксер перед боем. Игра в гляделки, значит? Кто кого переглядит? Окей. Если от этого зависит весь ее брак, Юна позволит глазным яблокам иссохнуть и потрескаться, но ни за что, ни за какие коврижки не моргнет и не опустит взгляд виновато.
– Да? – ответила она, наконец, глядя в камеру и предварительно хорошенько поморгав наперед.
– Уже дома? – Игорь звучал как-то отстраненно. – И чего не звонишь?
– Да вот только собиралась… Как дела?
– Еще, может, о погоде поговорим? – нахмурился Игорь, отчего его лицо пошло квадратами.
– Черт, вай-фай забыла подключить, – Юна подошла к окну. – Так что ты там про погоду?..
– Юна, хватит юлить. Ты снялась с конкурса?
– Нет.
– Угу. То есть вот так просто: нет – и все. Не пояснишь? – он говорил тихо, но Юна чувствовала, как его голос вибрирует от напряжения и гнева.