Дарья Шаповалова – Сравнение двух академий (страница 6)

Оставшееся время до учёбы пролетело быстро. Мама даже четыре раза за две недели спустилась и куда-то уезжала. На нас с папой она ни разу не взглянула. Наверное, до сих пор злится из-за того, что я не учусь в Академии Зла и Разрушений. Всё-таки хоть мы официально и на стороне Добра, а мама считает, что Академия Зла и Разрушений лучше учиться.

Ох, что-то я снова начинаю волноваться. Сначала из-за поступления волновалась, теперь из-за учёбы волнуюсь. Так, вдох-выдох, Виилам. Теперь у тебя, по крайней мере, есть один знакомый человек в академии.

Вернее, даже два. Шекила Хэйс. Не принятая в Академию Зла и Разрушений известная злодейка.

«С ней надо держать ухо востро», – решила я.

Уж больно обиженной она выглядела, когда не смогла поступить в АЗиР. Вдруг она решит на мне сорвать свою злость, особенно, когда узнает, что я – из семьи «перебежцев»?

Мало ли на что направится её злоба, ведь подруг Шекилы (или уже бывших подруг?) рядом нет.

Так, не будем в первый день думать о неприятностях. Спокойно, Виилам, спокойно. Ты со всем справишься.

Когда я приехала в академию (за полчаса до начала торжественной церемонии, проходившей в том же зале, где мы подавали документы), там было уже немало людей.

Кстати, совсем забыла описать саму Академию Добра и Благоденствия. Само здание было белым и ничем не напоминало старинные замки, которым был тот же АЗиР, по слухам. Наоборот, современная постройка. Но немного необычная.

Во-первых, в академии было много окон и под ними были статуи крылатых пегасов (как я узнала позднее, поездка на них входит в нашу образовательную программу). Во-вторых, на крыше у академии была статуя лотоса, цветка мудрости, если мне не изменяет память. Зал же, в котором мы подавали документы, был квадратным, с белыми стенами, на которых сейчас весели картины. Рассматривать их я не стала, так как меня беспокоило, что уже сейчас много людей.

«А сколько ещё подойдут», – безрадостно подумала я.

Здесь же дышать станет нечем!

Но я ошиблась. Людей в дальнейшем пришло не настолько много, я бы даже сказала – слишком мало для такого учебного заведения, как Академия Добра и Благоденствия.

«Неужели все остальные поступили в другие учебные заведения?» – спросила я себя.

Этого не может быть! Академия Добра и Благоденствия лучшая в мире!

Но, видимо, так думали далеко не все.

– Папа заберёт меня отсюда, – услышала я чей-то шёпот.

Я посмотрела в ту сторону. Как я и думала, та самая брюнетка из компании злодеек, Шекила, сейчас выражала своё недовольство. На ней сегодня было надето жёлтое платье.

«В Академию Зла и Разрушений её всё-таки не взяли», – заключила я.

Нет, я совсем не рассчитывала, что её туда возьмут, просто надеялась. На всякий случай. Уж больно мне не хотелось с ней встречаться, хотя мы и не были знакомы. Слишком неприятное впечатление произвела на меня Шекила.

Ко мне же сзади кое-кто неожиданно подошёл.

– Привет, – сказал мне Эарлан.

Я аж вздрогнула. Ну кто так пугает людей?!

– Это ты? – спросила, повернувшись к нему.

Знаю, что глупый вопрос. Это действительно был Эарлан Маккарти, человек, разорённый по милости моего дяди. И как мне теперь с ним общаться?

– Да, это я. Не узнала?

И так мне парень дружелюбно улыбнулся, что меня это тронуло, хотя я и стараюсь в отношениях с людьми держать некую дистанцию. Привычка.

«А что он знает о дяде Кионе?» – вдруг всплыл в моей голове вопрос.

Вполне возможно, что моё нежданно-негаданное знакомство с Эарланом не такое уж и случайное. Вдруг Эарлан узнал что-то о семье дяди и специально со мной познакомился? Не знаю, как для добрых людей, а от злодеев вполне можно было ожидать такой подлости.

– И тебе привет, – несколько холодно ответила я.

Да, сознаюсь – подозрительна. Иной раз прям до ужаса.

– Нервничаешь? – спросил парень, по-другому истолковавший мою реакцию.

– Да, немного.

И отчасти это было действительно правдой. И касалось не только Эарлана, но и учебы. С белой магией в моей семье никто знаком не был. И даже тщательно прочитанные учебники не могли мне помочь с практикой.

– Ничего не бойся, всё будет хорошо, – успокаивающе пообещал Эарлан.

Я кивнула, принимая его поддержку. Как ни крути – а приятно, когда тебя подбадривают, даже твои враги (возможные).

«Надо всё ему рассказать», – решила я.

И по реакции Эарлана я узнаю, друг он мне или враг.

Да, возможно, это будет слишком сильным ударом для него. Но лучше ему сказать сейчас, чем потом избегать смотреть в глаза.

Вот только … Я сейчас не смогу. Смотрю в его глаза и понимаю – не могу. Да знаю, что всё не так просто и что во избежание недоразумений в дальнейшем надо ему сказать. А всё равно – не могу.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросил Эарлан.

Я не нашлась с ответом, только смогла машинально убрать прядь волос с лица.

– Прости, если мой вопрос оскорбил, но у тебя сейчас очень странное выражение лица.

И улыбнулся, подбадривая меня.

– Нет, всё нормально, просто задумалась.

И повернулась в сторону импровизированной сцены, которую уже успели соорудить посредине холла.

Смотрелась сцена, как ни странно, почти незаметно – такая же невзрачная, беломраморная, как и сам холл.

«Белая магия мало на что способна», – вспомнила я слова одной маминой знакомой.

– Приветствую Вас, юные студенты Академии Добра и Благоденствия, – начал свою речь неизвестно откуда появившийся низенький старичок в белой одежде и большой седой бородой.

– Это ректор академии, Бали Хили, – объяснил мне Эарлан.

– Гном? – уточнила я.

Гномов за всю свою жизнь я хоть и видела не так уж много, но помнила, что они обычно занимали нейтральную сторону в борьбе добра и зла.

– Вы там ерундой страдаете, а нам работать надо, – отвечали они неизменно на все попытки переманить их на одну из сторон.

– Да, гном, – ответил Эарлан. – Его семью когда-то уничтожили злодеи, поэтому он перешёл на сторону добра и стал бороться со злом, причём довольно успешно. Говорят, даже О’Доннелл его бояться!

Заставить тебя бояться О’Доннелл – это действительно круто! Я поневоле уже зауважала своего ректора. Тем временем, Хили продолжил свою речь:

– Я рад видеть в этой академии последователей добра, тех, кто захотел сделать наш мир лучше, тех, кто сделает очень много хорошего для других.

Ректор сделал паузу в своей речи и посмотрел на нас. Странный у него взгляд. Мудрый какой-то. Я таких ни у кого раньше не видела.

– Интересно, сколько ему лет? – задала себе я вопрос, но его услышали.

– Около пятисот, – ответил Эарлан.

Мне тут же стало неудобно стоять с ним рядом. Мои родственники причинили ему много зла, а он вместо мести помогает мне.

«Я должна ему рассказать!» – решила я.

Вот после линейки сразу расскажу. А сейчас не могу.

«Ни к чему человеку праздник портить», – решила я.

Да, завтра я всё и расскажу.

Линейка была интересной. Нам много рассказывали об академии, о том, чему нас будут обучать. Я безумно рада, что мне удалось сюда поступить.