Дарья Шаповалова – Сравнение двух академий (страница 8)

У меня подобное поведение просто не укладывалось в голове.

– Да, – и виновато улыбнувшись (как будто он в чём-то был виноват), продолжил. – Я понимаю, мы мыслим немного по-разному, но надеюсь, потом ты поймёшь меня.

И больше ни слова не говоря, пошёл вперёд. Я некоторое время смотрела Эарлану вслед, потом, спохватившись, побежала его догонять. Мама не простила бы мне, если с сундуком её зелий что-нибудь произошло бы. Да и там есть опасные зелья, которые при неумелом обращении с ними могли принести бы много вреда, как ученикам, так и академии в целом.

Глава 3. Знакомство с попаданцами

На следующий день у нас начались занятия. Первым уроком была ботаника.

– Ботаника? – услышала я удивлённый и, даже сказала бы, возмущённый тон.

Я повернулась в ту строну и увидела русоволосую девушку невысокого роста, одетую в тёмный пиджак и юбку-шотландку. Такие юбки в чёрно-белом мире встречались нечасто, а потому девушка была …

– Попаданка, – шепнул мне на ухо Эарлан, стоящий рядом.

Я непонимающе посмотрела на него.

– Раньше их называли Избранными, – пояснил в ответ на мой невысказанный вопрос.

Ах, вот оно в чём дело. Избранными назывались люди не из чёрно-белого мира, которыеобучались в Академии Добра и Благоденствия и после её окончания боролись на стороне добра. Избранных злодеи не любили. Во-первых, у них, как и у эльфов, практически не было переходов на сторону зла, а, во-вторых, у Избранных начисто отсутствовало чувство меры.

Если они начинали бороться со злом, то боролись со злом масштабно, с размахом, причём добрякам тоже нередко попадало, чаще всего за их помощь злодеям. Хоть добро и враждовало со злом, а всё-таки такая преданность идеалам добра им не нравилась, поэтому в скором времени решили бороться со злом без участия Избранных.

– Но иногда случается, что люди узнают об Академии Добра и Благоденствия и поступают к нам, – объяснил Эарлан.

Борьбу со злом им больше не поручают, потому и называют теперь попаданками, от слова «попасть». Почему именно «попасть» я тогда не знала.

– Меня, кстати, Вероника зовут! – кричала попаданка.

Очевидно, она таким образом хотела познакомиться со всем коллективом. К счастью, мои сокурсники не отказывали себе в удовольствии поболтать с ней.

– У нас мир очень интересный! – говорила Вероника опять же на всю аудиторию, чтобы её все слышали.

«Неужели мы в их мире стали вести бы себя также?» – спросила я у себя.

Уж больно мне напоминало поведение попаданки поведение маленького ребёнка. Или я такая злая?

Я посмотрела на Эарлана. Он тоже слушал Веронику, но, поймав мой взгляд, ободряюще улыбнулся и шёпотом пояснил:

– Они считают, что мы ничего не знаем о них.

– А! Вот оно что! – сказала я.

Слишком громко. Попаданка и её слушатели повернулись ко мне.

– Тебе тоже хочется послушать про мой мир? – восторженно спросила Вероника.

Я кивнула, обижать девушку мне не хотелось.

На лице Вероники появилось виноватое выражение.

– Ой, я не знаю, хватит ли всем места …

Дело в том, что слушатели уже обступили попаданку тесным кругом.

– А давай я к тебе сяду! – предложила девушка.

Я согласилась.

Я ни с кем ещё не была знакома из моих сокурсников, кроме Эарлана, и произошло это не потому, что я «перебеженка» и со мной никто не захотел общаться, и у меня не было друзей. Нет, друзья у меня в школе были, но они почти все ушли либо в Академию Зла и Разрушений, либо в Лингвистический Институт (довольно элитное учреждение среди не магических вузов нашего мира, в котором учат, в том числе и магическим языкам). Конечно, есть и те, кто поступил в Академию Добра и Благоденствия, но они все почему-то старше меня и учатся на следующем курсе (а то и выше). И, волею судеб, никто из моих одноклассников не захотел поступать в Академию Добра и Благоденствия вместе со мной. Так что да, среди моих сокурсников знакомых не было. Не считая Эарлана, разумеется. И Шекилы, ворвавшейся сейчас в кабинет и удачно упавшей прямо под ноги попаданке.

– Ох, прости меня, – произнесла Шекила, отряхивая своё очередное платье (более соответствующее статусу студентки, слава тебе … А к кому тут обращаются силы добра?) и мило улыбаясь. Я почему-то сразу заподозрила, что упала Шекила специально.

– Ничего страшного, – улыбнулась в ответ Вероника. – Тебя, наверное, прокляли?

У Шекилы было непередаваемое выражение лица. Представительницу известной злодейской фамилии прокляли? Эх, знай Вероника, кто такие Хэйс, никогда не сказала бы такую ерунду.

– Нет, я просто споткнулась, – ответила, всё также мило улыбаясь, Шекила.

– Уверена? Может, прокляли?

Насмешила. Меня – так точно.

– Да! – раздражённо ответила Шекила. – Уверена!

По-моему, она больше не хотела дружить с Вероникой.

Хэйс отправилась прямо к первым рядам в компании пришедших вместе с ней девушек.

Для остальных это стало сигналом. Мы поспешили занять места.

– Мне кажется, что её всё же прокляли, – поделилась потом со мной своими выводами попаданка.

– Не думаю, – ответила я и тут же пояснила. – Понимаешь, Шекила сама кого хочешь проклянёт.

– Думаешь?

Теперь Вероника смотрела на Хэйс испуганно.

– Знаю. У Шекилы очень хорошая защита.

Пугать попаданку рассказом о том, кто такие Хэйс, не стала. Видимо, хоть Избранные и стали попаданками, их восприятие от этого мало изменилось.

К тому же началась пара. В кабинет вошла эльфийка. Как и положено их нации – блондинка, красавица, в зелёном платье и с необычными ушами.

– Здравствуйте, – поздоровалась она с нами.

Хоть голос у неё и был приятный, тон с которым была произнесена эта реплика, как и высокомерный взгляд, оставляли желать лучшего.

– Как она может с нами так разговаривать? – услышала я от Вероники.

Серые глаза той были сощурены, руки сжаты в кулаки … Она, что, серьёзно обиделась на эльфийку?! На ту, от которой другого поведения было трудно ожидать?

Кажется, да. Иначе ничем не объяснить, почему Вероника встала с места и заявила:

– Вы не имеете права с нами так разговаривать!

– Начинается, – услышала я справа от Эарлана.

Он сидел ссутулившись, положив голову на руки и разве что не бился о стол.

– Вы же эльфы! – продолжала Вероника, выйдя из-за парты (кабинет, кстати, был небольшим и похожим на школьные классы с той лишь разницей, что за столом теперь сидело шесть человек).

– Попаданка! – несчастно восклицал Эарлан.

У остальных присутствующих (кроме нас с Шекилой) было примерно такое же состояние. Эльфийка была удивлена.

– Мы вместе несём свет, а вы смотрите так, словно мы ниже вас!

Здесь у меня отвисла челюсть. Думаю, с Вероникой нужно будет срочно поговорить после окончания пар. Если будет с кем разговаривать.

Эльфы оскорбления в свой адрес не терпят и действительно относятся к людям, как ко второму сорту. И за подобные слова могут приговорить к смертной казни. В лучшем случае.

К счастью, эльфийка не спешила что-либо делать, только сохранять достоинство в возникшей ситуации.

– Попаданка? – скорее утвердительно спросила она.

– Мы с ней поговорим! – выкрикнул кто-то из моих новых сокурсников.