Дарья Макарова – Царство пустоты (страница 10)

– Рад, что понравилось, – еще шире улыбнулся Бероев. – Мне редко удается провести время в приятном обществе. Но сегодняшний вечер – приятное исключение. Лесенька рассказывала, что познакомилась с тобой в отеле. На пляже, если не ошибаюсь?

В то, что Леся не пожелала посвящать дорогого папу в свои приключения, я вполне была готова поверить. Но рисковать все же не стоило. Оттого предпочла ответить обтекаемо:

– Мы познакомились почти сразу, как я приехала. Ваша дочь прекрасная, очень милая и общительная барышня, – найдя подходящий синоним слову «назойливая», заливалась я. – В незнакомом городе иногда не хватает общения, да и совет местных жителей бывает полезен. Ну, знаете, куда сходить, что посмотреть…

– Рад, что вы подружились, – кивнул Артем. – Лесе пойдет на пользу общество столь здравомыслящей девушки, как ты.

«Рада стараться, старичок», – фыркнул мой внутренний голос. Я же предпочла ответить вежливой улыбкой.

– Жаль только, что в нашем городе ты всего на две недели, – притворно пригорюнился он. И тут же впился в меня взглядом. – Или подумываешь задержаться?

– Еще не решила, если честно. Я несколько лет моталась по свету, меняла города и страны. И подустала от вечных разъездов. В родном городе меня никто не ждет. И ваш городок кажется мне очень симпатичным. Быть может, он тот самый, где стоит пустить корни.

– Вот как? – скрывая за улыбкой подозрение, произнес Артем. – Так значит, ты профессиональная путешественница?

– Вовсе нет, – потупила глазки я. – Стюардесса. Работала в частной авиации.

– Как интересно, – нараспев произнес Бероев, и глаза его стали маслеными.

По неведомой мне причине, частные самолеты ассоциировались у него с летающими борделями. А стюардессы с труженицами секс-индустрии. Откуда столь эротическая ассоциация судить не берусь. Возможно, сказывались просмотренные фильмы. Про жизнь богатых и знаменитых. Или что-то на немецком. А быть может, давало о себе знать отсутствие собственного опыта. Ведь обычно нашими клиентами были те, кто не моргнув и глазом оставляли на чай столько, сколько отель Бероева зарабатывал за год. И, как бы не льстил себе Артем, до планки завсегдатаев «птичек», на которых я летала, он не дотянул бы даже прыгнув с разбега.

Зато подобное восприятие собеседника значительно упрощало мою жизнь и текущий разговор. Ведь иногда несказанно выгодно казаться проще, чем пять копеек.

Так и сейчас Бероев заметно расслабился, и в голосе его появились повелительные нотки. Ему уже казалось, что он знает всю мою подноготную, может просчитать каждый мой шаг и использоваться с выгодой для себя.

– В какой авиакомпании ты трудилась? Возможно, мы летали вместе?

– «Флай».

– Это не та, что по весне разорилась? – вспоминая выпуски новостей, поинтересовался Бероев.

Я охотно закивала. Придумывая себе новую биографию, я решила отталкиваться от некоторых безобидных фактов настоящей, дабы не запутаться. А при необходимости выкрутиться из неудобной ситуации. Ведь это так удобно, объяснять пробелы в собственной жизни бесконечными перелетами и командировками.

– Она самая. Так что я теперь временно безработная. Зато при увольнении мне выплатили щедрые откупные. И пока я окончательно их не спустила, есть время подумать о будущем. Отдохнуть, конечно, тоже.

– С твоей внешностью трудностей с деньгами не будет никогда, – хмыкнул он. – Только свисни, и очередь из желающих решить все твои проблемы прямиком до Кремля выстроится.

– На Кремль я не претендую.

– И правильно, – засмеялся он. – Скромность украшает женщину. Как и молчаливость.

Ага, а еще послушание и навыки борщеварения. Своей жене бы впаривал, – хмыкнула я мысленно. А в ответ лишь улыбнулась пленительно.

Сальный взгляд Бероева заскользил по моему лицу, спустился ниже. Но старичку не повезло – за просторной толстовкой мало что можно было разглядеть. И все же похабная улыбка на его губах появилась. Но расцвести во всю красу не успела – он внезапно собрался, бросив взгляд за мою спину.

Неловко уронив салфетку, я наклонилась, чтобы ее поднять. Заодно и в сторону отеля посмотрела. Паренек, что привел меня на встречу, только что вернулся в ресторан.

Не знаю, что за тайный знак углядел Артем, но интерес к разговору разом растерял. Расслаблено откинувшись на спинку стула, сказал:

– Ладно, день был долгий, пора и прощаться. Ты, должно быть, тоже устала.

Желания задержаться в обществе Бероева я в себе не обнаружила, посему охотно кивнула. Лениво махнув рукой, Артем подозвал своего мальчика на побегушках. Тот сразу же нарисовался подле стола.

Протянув руку, Бероев бросил сухо:

– Билет.

И тут же в его некрасивых крючковатых пальцах оказался небольшой бумажный прямоугольник, оказавший приглашением на ужин в казино.

– Завтра Катарина дает концентр в моем заведении. Приходи, ее стоит послушать. Для тебя, разумеется, все бесплатно.

Ожидалось, что при звучании магического «бесплатно», я растаю как сахарная вата. Подобного трюка я не знала, но выбрала из арсенала своих улыбок одну из глупейших и порадовала ей пристально наблюдавших за мной мужчин.

Оба остались ею довольны, а я и передать не могу как. Продолжая глупо улыбаться, я расплылась в благодарности и, прихватив приглашение, покинула ресторан.

Скрывшись в кабине лифта, я зажмурилась. Улыбка растаяла без следа и осталась только жгучая ярость, которой не было выхода.

Как все же хорошо, что никто не может видеть моего лица. Ведь владелец отеля безбожно экономил на безопасности, и все камеры, что были в здании и по периметру оказались болванками, рассчитанными на наивных туристов. Бероев понятия не имел, что творится в его заведении и не беспокоился об этом. Наивно считая, что так не только экономит деньги, но и надежно скрывает собственные грехи.

Единственно, что его расстраивало, так это то, что в казино этот трюк не удался. Алексей Мальцев, которому принадлежала вторая половина заведения, на охране не экономил никогда и за новинками в сфере безопасности следил не меньше (а может и больше), чем прожженная модница за новыми коллекциями кутюрье.

Приветливо пискнув, лифт распахнул двери на моем этаже. Чувствуя тысячелетнюю тяжесть за плечами, я покинула кабину. Но не сделав и шага в сторону к номеру, я налетела на девицу. Ту самую, что заприметила в день именин близнецов.

Резко вцепившись в мое запястье обеими руками, она зашептала на невероятной скорости:

– Вы должны быть осторожны! Бероевы очень опасны. Очень! Не водите с ними дружбу, они погубят вас! Слышите? Погубят!

Самым удивительным образом ее волнение передалось и мне. Чувствуя себя так, будто оказалась в центре шаровой молнии, я замерла на месте и лишь вращала глазами от удивления.

– Уезжайте пока не поздно! Спасайтесь!

Столь же резко, как и появилась, девчушка отпустила мою руку и отступила на шаг. И без того бледное личико, посинело от страха и волнения. Хвостик на макушке затрясся, а на глазах появились слезы. Она тут же смахнула их рукой, и на совсем детском ее запястье я увидела тоненький серебряный браслет с фигуркой ангела.

– Постой, – охнула я, как только девчушка сорвалась с места. – Подожди! Кто ты?

Девчушка толкнула дверь, ведущую на лестницу и скрылась за ней. Я поспешила следом. Но в этот момент двери второго лифта распахнулись, и явился Сеня собственной персоной.

При любой другой ситуации я послала бы его куда подальше и ринулась догонять девушку. Но не сейчас.

Интуиция подсказывала, а жизненный опыт ей громко вторил, что предупредить меня стоило незнакомке немалых трудов. Девчушка была запредельно запугана, но все же отважилась пойти на встречу со мной. Я понятия не имела кто она и отчего, и почему решила меня спасти. Но в том, что «светить» нашу встречу было нельзя не сомневалась нисколько.

Посему погоню пришлось закончить так и не начав. Развернувшись на пятках, я спросила без намека на любезность:

– Что надо?

– Злишься, – старательно пытаясь изобразить кота из «Шрека», спросил Сеня. Роль, кстати, давалась ему на редкость паршиво.

– Отнюдь, – с каждым шагом удаляясь от манившей меня лестницы, сказала я.

– Серьезно? – не веря, но и не заморачиваясь, спросил Сеня. И тут же завел привычную песню. – Это не я. Леська, дура, отцу позвонила. Все рассказала ему. Наврала, а потом испугалась. С ней так всегда. А я не виноват. Честно!

– Не виноват, – отрывая, свой номер кивнула я. – Это действительно не твоя вина, что природа отдохнула, создавая тебя. И теперь все, что ты можешь, так это глотать пыль от ботинок своего отца. Так будет всегда, ведь ты всего лишь слабый и никчемный придаток к нему, его деньгам и возможностям. Ты не виноват. Просто родился ни на что не способным слабаком и нюней.

Сеня побагровел. Но разговор мне был неинтересен, и я захлопнула дверь перед самым его носом. Включила телевизор погромче, чтобы не слушать доносящиеся из коридора вопли. Впрочем, концерт долгим и не был. Почти сразу в коридор вышел кто-то из разбуженных и очень недовольных постояльцев. И сенина храбрость приказала долго жить.

Окинув номер взглядом, я без всякого удивления отметила, что некоторые вещи лежат иначе. Живя в гостинце, наивно полагать, что на территорию твоего номера чужие не зайдут. Зайдут, причем как минимум один раз в день, чтобы прибраться. Но сейчас все было иначе.