Дарья Макарова – Семь ключей от старой тайны (страница 12)

Рассказать Роме о случившемся уже не казалось хорошей идеей – он теперь не отступит, а значит, будет под угрозой, пока это не кончится. Я зябко передернула плечами.

Нервно пройдясь по кухне, я замерла у окна. Понаблюдав за мной, Рома встал рядом. Скорчив забавную рожицу, дурашливо сказал:

– Ну, чего скисла? Выведем злыдня этого на чистую воду. Тоже мне, проблема. Только надо хорошо подумать, как это сделать.

– В этом-то и сложность, – потерев лицо руками, устало сказала я. – Ни одной идеи.

– Идея – вопрос времени, – отмахнулся он. – Начнем с малого.

– С чего же?

– Найдем связь между ключами.

– Напрашивается само собой – я.

– Должно быть что-то еще.

– А если все эти люди выбраны случайно?!

– Ну, не все точно.

– Может, ему повезло, что ты…

– Случайно оказался тебе братом, – фыркнул Ромка. – Не вредничай. Связь есть, просто мы пока ее не видим. Да и не похоже, что злыдень наобум действует. И тайна эта… Что он имел в виду?

– Есть версия? – с надеждой спросила я.

– Пока нет, – не слишком расстроившись, сказал Рома. – Но будет. Вот прям завтра с утра и начнем генерировать. А сегодня…

– Займемся милой барышней, – завершила я фразу, услышав, как гостья вышла из ванной.

Убрав каштановые волосы в тюрбан из полотенца и облачившись в уютное домашнее платье, она радовала глаз румянцем и смущенной улыбкой. Ни дать ни взять школьница-отличница.

– Привет, – хором поприветствовали мы. Она улыбнулась и робко сказала:

– Здравствуйте.

– Я Марина, – вновь представилась я. – Это мой брат Рома. А ты?

– Ася.

– Очень приятно.

– И мне.

– Как тебя в парк посреди ночи занесло? – решив, что разговоров ни о чем на сегодня хватит, с нажимом спросил Рома.

Ася тут же в лице переменилась. В начале побледнела, затем покраснела, потом и вовсе собралась зареветь. Но то ли собравшись с духом, то ли поняв, что сочувствующая публика отсутствует, передумала.

Тяжко вздохнув, сказала:

– Я в клубе была. «Пеликан». Он на соседней улице. Знаете?

– Знаем, – кивнул Рома. – Те, что в парке были, тоже из клуба?

– Не знаю, – всхлипнула она и затряслась. – Я их никогда не видела. Но там всегда очень много народа.

– Ты присядь, Ася, – насколько могла ласково предложила я. – Расскажи нам все по порядку, не бойся.

Усадив Асю в кресло, я заварила душистый чай, пополнила вазочку печеньем и смастерила целую гору бутербродов на радость Роме.

Ко второй чашке чая Ася заметно успокоилась. Надежда на то, что истерик и горьких слез больше не будет, ко мне вернулась. И я вновь попросила ее рассказать, что произошло. Просьбу мою она исполнила, но ничего ценного из ее рассказа я не почерпнула.

Этот вечер Ася провела в клубе в компании друзей. Кто-то из разудалой молодежи вылил на нее шампанское. Расстроившись из-за испорченного наряда, она собралась домой. Хотела было вызвать такси, но ждать было долго, и она отправилась пешком – идти всего пару кварталов.

В парке на нее напали два амбала. Она даже не успела понять, откуда они появились. Разглядеть их тоже не успела – все произошло слишком быстро, да и выпитые коктейли дали о себе знать.

К концу сей незатейливой истории Ася горько плакала на моем плече. Я смирилась с тем, что футболка промокла насквозь и растерянно гладила ее по голове. Умных, как в прочем и глупых, мыслей в голове не наблюдалось – все разбежались кто куда.

Видимо, не у меня одной. Ромка зевнул и заявил:

– Пошли-ка спать, девицы-красавицы. Хватит сырость разводить. На дворе уже утро, а я еще с подушкой так и не свиделся.

– Останетесь у меня? – вспомнив о роли хозяйки, спросила я. Ромка и Ася синхронно кивнули.

Каждому гостю досталось по комнате. Ромка был отправлен в гостиную, Ася – в комнату для гостей. Но оба, едва переступив порог, так и замерли на месте.

Их поведение объяснялось просто. Все помещения квартиры (за исключением кухни) были заставлены цветами. Все свободное пространство, включая пол, было занято какой-нибудь вазой или корзиной. Некоторые букеты были столь велики, что с большим трудом помещались в дверной проем.

Разведя руками, я сказала:

– Люблю, знаете ли, цветочки. Ничего с собой поделать не могу.

Рома хитро посмотрел на меня, но от комментариев воздержался. Все слишком устали, чтобы обсуждать что-либо еще. Я, признаться, была этому рада.

Напоследок проверив почту, я смогла убедиться, что писем от Злодея нет. Привычно пожелав ему провалиться ко всем чертям, отправилась спать.

Следующим утром, вернее днем, когда мы завтракали, вернее обедали, вновь вернулись к ночным событиям. Но ничего нового или более-менее ценного узнать не удалось.

Страх прошел, теперь Асю переполняло возмущение и желание поквитаться. Она грозила обидчикам карой небесной и сулила всевозможные беды. Когда длинный перечень напастей, что должны были обрушиться на их головы, подошел к концу, она, надув губки, заявила:

– Я все папе расскажу!

– А папа у нас кто? – поинтересовался Ромка.

– Бизнесмен, – гордо заявила девушка.

– Нефтью торгует?

– Почему нефтью? – удивилась Ася.

– А-а-а, – протянул брат. – Алмазы добывает?

– Нет, – засмеялась она. – У нас пароходство и… еще чего-то… Я не очень знаю.

– Как называется ваше пароходство? – чувствуя, как разом заныли все зубы, спросила я.

– «Акат», – поставив чайник, весело пояснила Ася. – Слышали о таком?

Понимая, что зубы ныли не зря, я лишь кивнула. Ася продолжала что-то щебетать, попивая чай и уплетая печенье. Но ни я, ни Ромка ее уже не слушали. В голове будто фейерверк взорвался. Одновременно столько мыслей и эмоций. Обоим до судорог требовалось поговорить, но для начала следовало проводить Асю. Вернее, выпроводить.

– Не пора ли по домам? – взял быка за рога Ромка. – Тебя подбросить?

– Да, пожалуйста, – тихо отозвалась Ася и вся как-то сжалась.

Вдруг стало ее очень жалко. За образом красивой и озорной девчонки мне виделась маленькая потерявшаяся девочка, похожая на воробушка.

Повинуясь внезапному порыву, я сказала:

– Если хочешь, приходи вечером или завтра…

– Правда? – даже не дослушав до конца, спросила она и вся словно засветилась изнутри.

– Конечно, – кивнула я.

После я часто мысленно возвращалась в это утро. Понимая, что ничего уже невозможно исправить, я все равно вновь и вновь прокручивала в голове наш с ней разговор.

Если бы я не позволила ей остаться? Спасло бы это нас? Или был бы иной путь к трагедии, которую никто не в силах предотвратить и искупить?