Дарья Лобастова – «Полизлэйзия. 1.» (страница 12)

– Какие настольные игры ты предпочитаешь? – спросил он у меня, но я сидел и не мог сдвинуться с места.

Увидев, что со мной что-то не так, он тревожно начал трясти меня, пытаясь привести в сознание.

– Ково! Что с тобой? Ау! Ну очнись же…

«Лайка была права на его счет…» – пронеслось у меня в голове, и я ничего не мог сказать в ответ. Болезнь пересилила меня… да и, как оказалось впоследствии, слухи о короле Бубне сыграли свою роль…

– Отпусти меня! – закричал я и, оттолкнув, сильно ударил его по лицу. Он склонился над землей от боли и хотел схватить меня за одежду, но я вовремя увернулся и помчался отсюда прочь, как можно дальше от него и от этого злополучного места. Я слышал, как он кричал мне вслед:

– Стой, куда же ты? Не оставляй меня здесь одного!

Мне казалось, что он гонится за мной, и от этого у меня еще сильнее перехватывало дух. Я бежал по местам, по которым он вел меня, и еле удерживался, чтобы не упасть в обморок от волнения и шока. Спотыкаясь обо все, что не попадя и врезаясь в стены, мне все-таки удалось преодолеть ряд комнат, и чтобы выбраться отсюда, оставалось лишь пробежать через общежитие, никого не сбив, что у меня, конечно же, не получилось.

– Осторожно!

– Куда ты так несешься!?

– Аккуратнее! – доносились до меня голоса полицешек, прежде чем они исчезали у меня под ногами.

Я не желал никому из них зла, но сейчас у меня абсолютно не было времени на общение с ними, поэтому я, сбив человек пятнадцать, устремился прочь, слыша вдогонку сердитые возгласы.

– Ну что, Страшный? Как пообщался с Легавым? – орала Арка на повышенных тонах, но я ее не слышал.

У меня не было времени даже на то, чтобы навсегда распрощаться с Щенкой… Выбежав на улицу, я перелетел через порог и устремился бежать далеко – далеко, в поле, не оглядываясь. Мне было страшно от одной только мысли о том, что мне придется сюда возвращаться. И, запутавшись в высоких зарослях ковыля, поглощённых вечерним туманом, я разразился в слезах от безысходности, но даже сейчас не мог позволить себе передохнуть и продолжал бежать. Мой страх был напрасен – меня никто не преследовал. Вслед мне светила только бледная луна, недавно взошедшая на небо.

Бубен за меня очень сильно переживал, так как не знал, куда меня может привести подсознание и где меня искать? Его успокаивала единственная надежда, что я все же вернусь… Одного он не мог понять… до этого момента он был уверен в том, что я питаю к нему взаимную симпатию и задавался вопросом: что же со мной случилось?..

***

Далман, Бокс и Дворняжка успели преодолеть еще несколько городов и, проходя через торговый злэйзкий город Адеру, в ближайшие часы планировали покинуть Злэйзию. Вдали уже виднелись египетские пирамиды, а точнее, их копии с табличкой «Герциния». Это было название соседней южной страны. Табличка говорила о том, что граница близка, и путь, проделанный ими, был пройден не напрасно.

– Ура…Выход… – промямлил Бокс, и на его глазах проступили, пожалуй, первые в жизни слезинки, как вдруг, нежданно – негаданно в кармане кожаной куртки Дворняжки затрезвонил телефон и заиграла мелодия «А я иду такая вся…»

– Ой… – пробормотала она, поняв, что влипла по полной.

– Дворняжка, какого черта? – завопил Бокс, вздрагивая от неожиданности. – Ты же отдала нам свой телефон!

– А кто сказал, что у меня с собой нет еще одного? – с лукавой улыбкой спросила она и потянулась в карман за лайфоном, чтобы взять трубку.

– Ничего страшного! С кем не бывает! – весело усмехнулся Далман и вежливо потребовал: – Отдай рацию мне!

– Нет! – угрюмо замотала головой девушка и поднесла трубку к уху.

– Что значит нет? – нетерпеливо поинтересовался Далман и закричал уже в один голос с Боксом: – НЕТ! увидя, что она уже успела взять трубку.

Но было уже слишком поздно, – Дворни приняла вызов.

– Алло! Кто это? Лайка? – Бокс упал в обморок от страха за самого себя и других, а Дворняжка продолжала разговаривать. – Что Вам нужно? Разве Вы не хотите нас убить?

– Ну ты, Дворняжка, и бесстрашная… – раздался грубый голос Лайки по ту сторону трубки. – Я не знаю, где вы сейчас и почему не вернулись, но можете ничего не бояться. Я не таю на вас обиды и жду вас дома.

– А … как же Ково? – не смог удержаться и не задать этот вопрос Бокс.

– Да с ним все понятно… – разочарованно проговорила Лайка. – Я уже хотела «вешать» вас, пока не зашла в свой телефон и не узнала благодаря одному полезному приложению, что этот остолоп жив и здоров. Он зачем-то на два часа прилег отдохнуть на травку, а затем спас принцессу полицешек, пойманную вами, и смылся вместе с ней к ним в гости… Он до сих пор там, предатель несчастный…

– То есть… вы не будете нас убивать? – с надеждой спросил Далман.

– Ну, конечно! Зачем мне это делать? Идите домой, там вас ждет вкусный ужин! – сказала Лайка и бросила трубку.

И как только она это сделала, Бокс и Далман с облегчением вздохнули, а Дворняжка закричала:

– Вот видите! Что бы было, если бы я не взяла трубку? Мы бы так и шли, куда ноги поведут, пока не упали бы от изнеможения!

– И что нам теперь делать? – прервал ее Бокс. – Идти ровно столько же миль обратно?

– А что ты еще предлагаешь? – прервал его поток негодования Далман. – Ослушаться и заработать порцию звездюлей от Лайки?

Бокс обреченно вздохнул: – Пошли…

– Чем быстрее придем, тем быстрее сможем нормально поесть, – завершил свою рассудительную речь Далман и повлек за собой остальных.

Бокс сматерился про себя по-испански, чтобы уж точно никто не услышал, но все же пошел. А радостная Дворняжка вприпрыжку бежала за Далманом, напевая своим тоненьким голоском:

– Сейчас меня покормят… сейчас я буду кушать!

Правила и меры предосторожности, конечно, надо соблюдать, но иногда можно от них отойти, предполагая, что так будет лучше, – как это сделала Дворняжка. И тогда удача посетит вас.

***

На улице стемнело, и погода испортилась словно по мановению волшебной палочки. Я бежал через ту самую полянку, на которой мы с Щенкой гуляли несколько часов назад, с грустной улыбкой вспоминая те счастливые моменты, которые мы провели вместе. Только я, Щенка и ярко светящее солнце, – ничего больше. Сейчас же небо заволокли серые, как пыль тучи и начали поливать дождем все, что видели на своем пути, простужая мои слабые легкие.

Дождь мчался за мной, как гепард за учуянной добычей, и вот уже почти нагнал меня, когда я сам развернулся к нему, и он ударил мне прямо в лицо. Я готов был отдать все, что у меня есть, только бы вернуть те беззаботные времена, когда мы были с Щенкой вместе. Слыша, как ударяет гром, и видя, как сверкает молния, я с ужасом смотрел на разгул стихии, и меня не покидала одна лишь мысль – «Зачем я вообще пошел к полицешкам?»

Но ответ на вопрос пришел ко мне сам. «Кто поможет им наладить отношения между странами? Кто, если не я?» Сверкнула молния, расколов своим ударом дерево, сжигая его дотла, прямо у меня на глазах, и я почувствовал, как мной снова овладевает страх. Сверкнув красными, запавшими от слез глазами, я продолжил бежать, думая, что навсегда покидаю Полицейзию и, зная, что спасение только одно – вернуться домой и попить горячего чая, чтобы успокоиться и забыть про все невзгоды.

Конец моих страданий был близок. По крайней мере, я так думал. Подходя к дому, я вытер слезы рукавом и прищурился, чтобы убедиться, в правильном ли направлении я иду. И, о да! Мне повезло. Он предстал передо мной во всей своей красе – каменный, средневековый замок. Высотой в несколько сотен метров, мелкие башенки которого упирались в бушующее небо и не были видны невооруженному глазу. Это зловещее место и было Злэйзким замком. Но для меня оно называлось по – другому. Просто и понятно – дом.

Подбежав ко входу, я хотел быстро и незаметно проникнуть внутрь, но неожиданно дорогу мне загородили два великана – охранника, скрещивая передо мной алебарды. Рост их был настолько велик, что превышал несколько метров, а головы и вовсе не были видны, как и башни замка. Я хотел попросить их освободить дорогу. Но они первыми заговорили со мной и пробасили: «Несчастным предателям и неудачникам вход воспрещен!»

Их слова навсегда отпечатались в моем разуме, так как я уже не раз слышал их из уст Лайки, и мое сердце дрогнуло.

– Что? – тихо прошептал я и, не услышав ответа, понял, что спасения в виде родного дома и верных друзей мне не видать. За мной навеки закрепилась репутация предателя в родной стране. На мои глаза снова навернулись слезы. Один из охранников все же сжалился надо мной и, склонившись ко мне, произнес:

– Извините, господин, но Вам здесь не рады! Ваша мать строго наказала нам не пускать именно Вас и пригрозила нам смертной казнью!

– Угу. – в качестве подтверждения кивнул головой второй охранник.

Он был не особо разговорчивый.

– Ладно… – смирился я со своей плачевной участью и, поблагодарив их, сказал: – Спасибо и на том, что уделили мне внимание. Рад, что это сделал хотя бы кто-то.

И я побрел, куда глаза глядят, как можно дальше от бывшего места жительства.

На этот раз идти мне было некуда. Я был чужим не только у врагов, но и у своих тоже, что было для меня крайне непривычно и сводило с ума. Дождь все еще поливал как из ведра, когда я, не ведая, куда иду, забрел на детскую площадку, находившуюся на территории неизвестно какой страны. Сначала она не вызывала у меня никаких эмоций и не давала мне подсказок, пока я не увидел поломанную карусель.