Дарья Лобастова – «Полизлэйзия. 1.» (страница 11)

– Это ты во всем виноват! Ты убил его! – закричала она и накинулась на Далмана с копьем, но опытный охотник отразил удар. Девочка отлетела в сторону и с визгом упала на землю, ударившись головой. Из ее правой ноздри потекла тоненькая струйка крови.

– Никто не виноват! – прорычал Далман, стараясь казаться справедливым. – У меня не было выбора. Мне пришлось убить его, а иначе мы остались бы без добычи, и тогда бы Лайка не спустила нам это с рук в 14-ый раз! Я бы посмотрел на тебя, как бы ты себя повела на моем месте?

– Я бы не стала убивать его… – горестно пролепетала Дворняжка, лежа на том же месте, где и я несколько часов назад. – Никакой порядочный человек не поступил бы так, окажись он даже в безвыходной ситуации.

Боксу надоело тратить время впустую и слушать, как они препираются, поэтому он заявил:

– И что теперь делать? Возвращаться без него и идти обратно, на верную смерть?

– Вовсе нет. Никто не говорит, что мы обязаны делать это. – рассудительно заявил Далман. – У нас есть возможность покинуть страну и уйти в скитания, навсегда распрощавшись со своей службой у Лайки. Только так мы сможем остаться в живых.

– В таком случае, нам нельзя терять время. – согласился Бокс, и они вместе помогли Дворняжке встать.

– В таком случае, нам надо выдвигаться прямо сейчас, – сказали они хором и, взявшись за руки, отправились в путь-дорогу, задавшись целью как можно быстрее покинуть Злэйзию.

Спустя полчаса непрерывной ходьбы, им удалось навсегда покинуть Конурск; но они и не думали останавливаться и, сберегая силы, продолжали путь, не посмев ни разу повернуть голову в сторону дома.

В данный момент они шли мимо «Потустороннего рынка» – всемирно известной торговой губернии, граничащей с их столицей, из которой они только что вышли. В этой губернии обитали такие неоднозначные личности, как Шаман Василий, «Малышки – белые мышки» – танцевальная группа, участницы которой всегда занимали первые места, зачаровывая судей, а также другие не менее известные личности. Сейчас перед ребятами стояла задача не попасться на глаза не им, не Шаману и обходить всех посетителей рынка стороной. Кто знает, на что они способны? Вдруг они узнают их сквозь черные мантии и капюшоны и позовут охрану?

Внезапно что-то заставило Далмана резко остановиться.

– В чем дело? – сердито поинтересовался Бокс.

– Лайфоны… – проговорил Далман.

– Чего? – ни слова не поняла Дворняжка.

– Я говорю, есть у вас с собой лайфоны – рации то бишь?

– Конечно есть! – гордо пробормотал Бокс, хвалясь своим средством связи последней модели и в качестве доказательства вынул его из кармана.

Он думал, что сейчас все начнут его хвалить за то, что ему удалось украсть из магазина самый навороченный лайфон, но этого не произошло. Поведение Далмана было непредсказуемым. Он выхватил у него его гордость и, бросив на землю, яростно растоптал в пух и прах.

Взгляды покупателей сразу же привлекла эта странная троица в черных одеяниях.

– Что ты делаешь? – вскричал Бокс и потянулся за своей покалеченной рацией, но Далман ударил его по руке.

– Да что с тобой? – испугался Бокс, хватаясь за ушибленное место.

– Мы должны устранить все средства связи с нашего прошлого места работы. А иначе нас могут вычислить и запросто проследить за нами!

– Но… – прошептала Дворняжка, пряча за спиной телефон.

– Давай, тогда ее тоже ломай! И не забудь потом деньги вернуть нам обоим за нанесенный моральный и физический ущерб! – предъявил Бокс.

– Дворняжка… – проговорил Далман. – Отдай свою рацию мне! Так будет лучше для нас всех!

– Но ты же ее сломаешь! – промолвила Дворняжка, стискивая зубы, и еще крепче сжимая лайфон в руках.

– Что ты с ней церемонишься? Просто возьми и отбери его у нее! -прокричал Бокс и, не дожидаясь ответа, выхватил у Дворняжки телефон, сломав его с такой силой, что та взвизгнула от неожиданности.

– Ну зачем ты так? – встал Далман на защиту Дворняжки, но Бокс его прервал:

– Время – деньги! Чем меньше препираемся, тем дальше продвигаемся. Нужно продолжать дорогу!

И оставшиеся двое послушали его. Бокс и Далман шли впереди и увлеченно болтали о чем-то своем, а Дворняжка медленно плелась в самом хвосте. На ее лице сияла улыбка. Бокс и Далман не знали, что у нее в кармане юбки припрятан еще один запасной телефон…

***

А теперь чудесным образом давайте опять переместимся в Полицейзию. Солнце стояло уже высоко и радовало всех своим светом, но его лучи лишь слегка проникали в окна полицейского замка.

Бубен привел меня в странную комнату, площадь которой на вид не превышала 20-ти квадратов и поставил перед собой на вязаный бабушкин ковер, а сам сел на диван.

– Вы уверены, что это подходящее место для решения политических проблем? – испуганно спросил я, чувствуя себя не совсем удобно.

На его лице проступила улыбка. Он приподнял спинку дивана рядом с собой и вытащил из – под нее пожелтевший лист бумаги, на котором что-то было написано на английском – универсальном для обеих стран языке и пояснил:

– В нашем мире не все так просто. Если ты хочешь, чтобы тебе помогли, то ты сам должен помочь этому человеку.

Я ничего не понял и вопросительно посмотрел на него.

– Это – договор. В нем ты должен поставить свое имя и подпись, в нужных местах, отведенных для этого.

– Можно… ознакомиться с условиями сделки? – задал я вопрос самыми умными словами, которые только знал.

– Тебя что, в детстве мать читать не учила?

– Не учила… – тихо прошептал я и опустил голову.

– Ах она, негодница! Дай сюда! – он неохотно выхватил у меня листок и зачитал вслух то, что там было написано. – Я (тут впишешь свое имя) даю клятву перед Группой, что на пожизненный срок продаю свою душу и тело Бубну Фуражкину и клянусь, что буду беспрекословно во всем его слушаться взамен на то, что он поможет мне совместным трудом закончить войну и объединить страны. Услуга за услугу!

– Что это значит? – не понял я смысла некоторых слов. – Продаю свои душу и тело? Это никак не связано со вступлением на сторону сил зла, которыми заправляет Дьявол?

Он глубоко вздохнул и пояснил:

– При чем здесь Дьявол, объясни мне на милость?

Поняв, что дьявол здесь не при чем, я немного успокоился, и это позволило мне начать понимать суть договора.

– Что непонятного? Один час совместного времяпровождения – один совет от меня и один шаг к объединению.

Я жалостливо посмотрел на него.

– До сих пор не понял? – упавшим голосом спросил он, устав со мной возиться.

Я грустно кивнул головой.

– Ну, тогда сам сейчас все поймешь! Перед этим не забудь написать в пробеле свои фамилию и имя и снизу поставить свою подпись!

– Но у меня нет чернил… – испуганно прошептал я.

Он достал из кармана лезвие и слегка порезал мне палец на левой руке со словами:

– Вот тебе и чернила!

Я вздрогнул от боли, но все же сделал то, что он просил и написал свои инициалы, а внизу поставил маленький красный крестик. Это была моя подпись.

– Вот и молодец!

Я и не заметил, как договор сам по себе исчез.

– Все будет хорошо! – пообещал он мне и, усадив меня рядом с собой на диван, заварил нам чай и начал доставать из комода настольные игры.

***

Вы устали? Отвлечемся на секунду. Настала пора рассказать вам, почему же меня все-таки считали странным жители моей же страны и что конкретно со мной было не так. Да, конечно, это связано с постоянными сменами настроения и непредсказуемым поведением, но сейчас речь пойдет не об этом.

В тот день, когда я появился на свет, врачи взяли меня на руки, чтобы посмотреть, все ли со мной в порядке, и ужаснулись… из моей головы торчал мелкий кусочек Камнезлэйзкого ромба. Получается, я все-таки врал вам, читатели… Сам камень можно победить не только Солнечным амулетом… но и частичкой самого камня, если она есть в вас самих. Жаль, что я не знал об этом… Если бы эту информацию от меня не утаили, я бы уже давно смог обезопасить своих сокомандников от влияния проклятого камня…

Заботливые доктора постарались скрыть этот изъян от глаз Лайки и вдавили кусочек Камнезлэйзкого ромба мне в голову, но это только усугубило положение… он въелся мне в мозг и начал пожирать меня изнутри. И хотя он отталкивал от меня волны злобы и жестокости самого ромба, мой мозг был уже порабощён им самим, и в итоге, мне досталась одна отличительная отрицательная черта характера – я везде искал подвох, и даже там, где его нет, я все равно его видел. Вот он – мой главный минус… я до смерти боялся незнакомых мне людей, и не мог нормально с ними контактировать, пока они не докажут мне, что я им действительно дорог. В словах и поведении короля Бубна я также почувствовал подвох.

А между тем, встретив меня и услышав мои красноречивые душеизлияния, Бубен впервые за всю свою жизнь смог почувствовать себя «живым» и погрузиться в детство, которого у него не было. В моем образе он увидел самого себя в детстве. И этот мой образ заставил его не потерять веру в человечество, и он вынудил меня подписать договор, чтобы почаще проводить со мной время и помочь мне, потому что не умел словесно договариваться, без всяких условий… А я воспринял все это совершенно по-другому. Может быть потому, что он порезал мне палец? Мне казалось, что сейчас он схватит меня и начнёт делать со мной что-то ужасное, и я застыл на месте от нескольких резких волн страха, прокатившихся по моему телу.