Дарья Лев – Тень Страха (страница 36)

Ласковая рука ужаса сжала сердце, прошлась мурашками по затылку. Я бы предпочла считать слова Вильгельма всего лишь попыткой задеть, напугать, но не могла. Что-то было в том, как он держался, говорил. Что-то слишком уверенное. Будто он знал больше, чем я, и это знание давало ему власть надо мной. Как и много лет назад.

– Что касается Ричарда – будь по-твоему, – бывший покровитель либо не заметил мой ступор, либо предпочел не обращать на это внимания. – Никто из моей свиты больше пальцем парнишку не тронет. Он все равно притащится вместе с тобой, так зачем напрягаться?

– Я никогда не вернусь, – решение, что делать дальше вдруг появилось само собой. Сумасбродное, нелогичное, но не хуже появления здесь. – И Ричарда на пушечный выстрел не подпущу к Высшей Ложе.

– Увидим, – благодушие Вильгельма хлестало через край. Старый козел царственно махнул рукой в сторону выхода. – Иди, Лина. Сегодня я добр. Тем более, что кое-кто из присутствующих действительно поставил меня в неловкое положение перед тобой.

А вот этим воистину щедрым предложением я разбрасываться не собиралась. Не став тратить время на прощание, круто развернулась на каблуках и пошла прочь из зала, изо всех сил замедляя шаг, чтобы не выглядеть сбежавшей.

Лишь оказавшись за пределами особняка я выдохнула. И только тогда поняла, что все это время практически не дышала.

*****

Меньше всего Гончий ожидал, что Лина ворвется в его комнату подобно урагану.

Пару часов он пытался выведать у демона, куда и каким ветром унесло алату, но тот только уворачивался от ответов, задавал встречные неудобные вопросы и нудел, что налаживание отношений между Линой и Десом не является предметом сделки. В конце концов, Десмонд сдался и оставил Асмодея в покое.

Он раз за разом прислушивался к звукам в коридоре, но алата все равно застала его врасплох.

– Поговорим, – чокнутая девица практически с ноги открыла дверь, настроенная решительно, как никогда.

– О манерах? – Гончий чертыхнулся сам на себя: от неожиданности он подскочил с кровати и остался стоять. Да еще и рубашку зачем-то поправил.

– В задницу твои манеры, – отмахнулась Лина.

– Вообще-то я имел в виду… – заметив на лице алаты крайнюю степень недоумения, изрядно приправленную скептицизмом, Дес осекся на полуслове. – Да, действительно, в задницу мои манеры.

– Вот и чудно. Я готова.

– А если чуть больше подробностей? – Гончий нахмурился. – К чему? Или на что?

– Сделка, – синекрылая закатила глаза. – Я согласна, но надо обсудить кое-какие детали. Можно начинать, или твой приступ тупости еще длится?

– Весь во внимании, – мужчина заставил себя изобразить покорную вежливость. О манерах им все же придется поговорить, но чуть позже. Тем более, что он рассмотрел кое-что более интересное: лоб алаты покрывала испарина, а руки едва заметно, но подрагивали. Похоже, вся эта бравада и наглость были не более, чем маской.

– Во-первых, как минимум на время действия нашего договора ты полностью избавишь меня от преследования со стороны Гильдии, – Лина прошлась по комнате, выстукивая каблуками мелодичную дробь. Гончий против воли проследил за ней со здравым недоумением: куда можно было мотаться вот в этих пыточных орудиях? – Во-вторых, не будешь лезть в мои дела.

– Но если…

– Не будешь лезть в мои дела, – невозмутимо повторила алата с нажимом, не дав возразить. – А если будешь – я расскажу твоим коллегам, что ты мог бы быть ангелом, но не срослось, хотя крылышки все же есть.

– Не посмеешь, – зло хмыкнул Десмонд. Как чувствовал, что этой паршивке не стоило раскрывать тайну.

– Сунь нос, куда не просят, и посмотрим, – многообещающе дернула бровью синекрылая, скрестив руки на груди. – И еще…

– Может, тебе стоит послушать мои условия? – терпение Гончего приказало долго жить. – Пока мы снова не дошли до единорога и сережек?

– Я полагала, что у тебя одно условие – вытащить друга из тюрьмы Вильгельма?

– Ситуация изменилась, – недобро ухмыльнулся Дес. – Теперь я хочу большего.

– И что бы это значило? – едва не поперхнулась Лина, уставившись на него с явным подозрением.

– Ты поможешь мне не просто вытащить моего товарища из тюрьмы, а вообще освободить его от свиты Вильгельма и обеспечить безопасность.

– Если он поделится со мной сведениями о нынешнем положении дел в свите Вильгельма, – я его даже чмокну на прощание, – заверила алата. – Информация – это мое третье условие.

Гончий попытался представить себе, чем обернется прощальный чмок и беседа между Линой и Роландом. Картинка выходила живая, реалистичная, но какая-то кровавая. Впрочем, до этого момента у него еще будет время, чтобы найти выход.

– Идет, – мужчина протянул Лине руку. – Достаточно уговора или скрепим кровью?

– Разумеется, кровью, – повела плечом алата, но руку в ответ протягивать не торопилась. Вместо этого она только крепче стиснула их на груди. – Только есть еще одна деталь.

Десмонд досчитал до десяти, чтобы не сорваться. Мало ли, вдруг в ответ на раздражение синекрылая откажется от сделки?

– И какая? – преувеличенно доброжелательно осведомился он.

– Я хочу, чтобы ты дал слово, что убьешь меня.

Глава 12

– Ты от радости дар речи утратил? – алата раздраженно развернулась к Гончему всем корпусом, так и не услышав ответа.

– Жду, когда раздастся «ха-ха, я пошутила», – пожал плечами мужчина, усаживаясь на кровать. – Признаю, в этот раз у тебя получилось лучше.

Лина молча выгнула бровь. Она смотрела на него так неотрывно и прямо, что Десмонд вдруг ощутил себя неуютно от проскользивших вдоль позвоночника мурашек. Что б ее, с этой крылатой все летело к чертям. Сколько бы не просчитывал наперед ее действия, она все рушила.

Вот и сейчас – ни тени смеха, ни малейшего проблеска сомнения в холодных и словно бы потухших глазах.

– То есть, ты это серьезно? – изумленно выдохнул он.

– Собственная смерть – сомнительный повод для шуток, – алата криво усмехнулась и только теперь расцепила скрещенные намертво руки. Напряжение в мышцах было столь сильным, что она недоуменно потерла затекшие предплечья. – Так что скажешь?

– Чем обязан подобной чести? – вопреки ожиданиям Лины Гончий не ощущал восторга от ее предложения. Что настораживало его самого куда больше – почему так? Почему перспектива избавить всех от этой занозы в заднице столь радикальным, но действенным способом не кажется заманчивой? Даже напротив, словно вызывает отторжение.

– Правда хочешь знать, или вопрос формальный, для протокола? – синекрылая нахмурилась и прошлась по комнате, потерев лоб. С удивлением рассмотрев капли пота на пальцах, она мимолетно покосилась на Гончего и снова отвернулась. – Черт возьми, я делаю тебе подарок, который ждет вся Гильдия, а ты нос воротишь?

– Милочка, я, по-твоему, кто? – сам не до конца понимая, чем вызвана такая вспышка раздражения, Десмонд подорвался с места, в пару пружинистых шагов преодолел разделяющее их с Линой расстояние и вцепился в ее локоть, разворачивая к себе. На лице алаты отобразилась сложная смесь чувств, напоминающая сразу и страх, и злость.

– Я не имела в виду, что убивать нужно прямо сейчас, – она попыталась отодвинуться, но вывернуться из хватки не сумела.

– Оставь остроты тем, кто более терпим к тебе, – мужчина легонько встряхнул Лину, чтобы она перестала дергаться и потянул еще ближе. – Мне до зубовного скрежета надоело изображать из себя терпеливого и вежливого, поэтому я спрашиваю – ты отвечаешь. Ясно?

Вместо ответа алата только хмыкнула и сильнее уперлась каблуками в пол, не оставляя попыток вырваться.

– Будем считать, это «да», – невозмутимо заключил Десмонд, без видимых усилий удерживая злобно сопящую синекрылую. – Так за кого ты меня принимаешь, раз предлагаешь подобное?

– За манипулятивного козла, шантажиста и урода, – процедила Лина сквозь зубы. В конце концов, она не выдержала. – Да отпусти же ты, скотина, мне больно!

Гончий ощутил укол совести и моментально разжал пальцы. Алата чуть не шлепнулась назад, потеряв равновесие, лишь в последний момент все же удержалась на ногах. Схватившись за локоть, она посмотрела на мужчину с плохо скрываемой ненавистью. Синие глаза сверкнули уже знакомой Десу злостью.

Как ни странно, это вызвало у него странное удовлетворение. Разъяренная алата была как-то привычнее напуганной. С такой можно иметь дело.

– Впредь попридержи язык, – хмыкнул Десмонд. – Зачем тебе это условие?

– Вильгельм думает, что я вернусь на место его правой руки, – Лине понадобилось не менее минуты, чтобы ответить. Как будто сперва она хотела сказать что-то другое, но наконец-то поняла, что терпение мужчины в самом деле на исходе, и решила быть честной. – Я не хочу.

– Всего лишь? – разочарованно уточнил Гончий. – Не хочешь – не делай, в чем проблема? С чего ты вообще взяла, что ему нужно твое возвращение? Я думал, что он ищет тебя, чтобы снести голову.

– Как и я. До сегодняшней встречи.

– Ты таскалась к Вильгельму? – опешил мужчина. – У тебя с башкой все в порядке?!

– Нет, но второй пункт сделки – не лезть в мои дела, – мгновенно окрысилась Лина. – Не смей критиковать мои действия, если ни черта обо мне не знаешь.

– Так объясни, – развел руками Десмонд. Он отошёл от своей собеседницы и снова сел на край кровати. – Все равно придется это сделать, если действительно хочешь получить согласие убить тебя.