Дарья Кузнецова – Мои крылья — твои крылья (страница 6)

Связываться с дезертиром не хотелось по очень простой причине: это едва ли не самое страшное преступление для крылатого-воина, которое сородичи не оставят безнаказанным. Если бы они пришли его убивать, вряд ли пощадили бы случайно подвернувшуюся под руку демору.

Основываясь на имени, пришлось отбросить и ещё один вариант, который мог всё объяснить. Он точно не сын эмигрантов, потому что приставку эту надо было заработать честной службой в соответствии с кастовым предназначением, уж как минимум достойно выучиться, что можно было сделать только в Синем лепестке.

Нет, всё действительно так, как я подумала в первый момент. Взрослый венг-воин переехал в Сердцевину, вероятно один, и работает поваром-кондитером. Да ещё явно никого не боится и расстроенным своим положением не выглядит, насколько это вообще можно определить по его невозмутимой физиономии. То есть по ней вообще ничего нельзя определить, а вот по отношению к окружающим и манере держаться — вполне. Он не обозлён, не бежит от действительности и много ещё всяких «не», настраивающих на оптимистичный лад.

Фантазия отказывалась подкинуть хотя бы одно вменяемое объяснение, как это получилось, тем более готовил Исао действительно очень здорово, такому вдруг не научишься. От безумия этой ситуации и невозможности что-то прояснить у меня зудели рога — так хотелось побиться обо что-нибудь твёрдое.

Эля тоже не знала, когда и почему так сильно изменилась жизнь нашего хозяина, но совершенно не мучилась этим незнанием. Она вслед за Тирцей просто не понимала, что меня так завело: ну захотелось мужчине изменить свою жизнь, ну переехал, почему нет? Я честно пыталась объяснить почему, но мы друг друга не поняли.

Я даже поверила бы, что нам про извечного врага лгали или уж как минимум преувеличивали безумие их нравов, но местные школьные учебники по мироописанию говорили то же самое! Может, менее красочно и без душераздирающих подробностей, но про сложность смены касты и страшный позор, который навлекал на себя венг, если изменял предназначению, там точно было. В ответ на такую отсылку Эля легкомысленно пожала плечами и ответила, что у неё по этому предмету всегда была плохая оценка.

Я бы точно побилась головой об стену, но тут пришли покупатели и стало не до того.

— Добрый день, красавица. Новенькая, вместо Тирцы? — улыбнулся мне немолодой, судя по совсем белой коже, подтянутый амфир.

Невысокий, улыбчивый, франтоватый — лёгкий стильный костюм безупречно белого цвета, жабры подведены блеском, в обтянутых тонкими перчатками руках трость с серебряным набалдашником. Установившаяся жара плохо сказывалась на амфирах, и вот такая одежда вместе с блеском на жабрах не давали коже пересыхать и помогали не мучиться. Смотрел посетитель с любопытством и без сальности во взгляде, чем сразу расположил к себе. Судя по аккуратно собранным в длинную, ниже пояса, косу светло-зелёным волосам — женат давно и счастливо. У амфиров с причёсками всё довольно строго, но иначе, чем у венгов: мужчины, готовые вступить в брак, отращивают волосы до плеч, после женитьбы — собирают их в косу, а после развода — обязательно состригают.

Явился он в послеобеденное затишье, когда в кафе освободились последние столики. Эля как раз убирала с них и ушла с полным подносом грязной посуды в кухню.

— Здравствуйте! Да, я тут третий день работаю, — улыбнулась я в ответ очередному постоянному покупателю.

— Демора. Прекрасно, Итай оценит! — непонятно чему порадовался он, облокотился о прилавок и заговорил о деле: — А собери-ка мне…

Упаковав целых две коробки пирожных, я аккуратно сложила их в бумажный пакет с ручками, выставила на прилавок, как всегда делала Тирца, и застучала костяшками счётов. Но, видимо, недостаточно быстро.

— Спасибо, хорошего дня, — улыбнулся амфир, взял пакет и двинулся к выходу.

Я ошалело замерла на несколько мгновений, которых мужчине хватило на несколько шагов, а потом сообразила наконец, что нас цинично пытаются обокрасть, и выскочила из-за прилавка.

— Эй, вы! А деньги?!

Я приготовилась к погоне и борьбе, но мужчина неожиданно остановился, обернулся, и я смогла выхватить у него пакет.

— Тебя не предупредили, новенькая? — улыбнулся он. — Я Омер Левий.

— Да хоть наместник Творца! — насупилась я, несколько успокоенная тем, что ценный товар удалось отвоевать. — А за пирожные будьте добры заплатить!

Отреагировал на справедливую претензию он неожиданно: рассмеялся, чем здорово меня деморализовал, но в бегство не обратил.

— Позови хозяина, грозная огненная дева, — посоветовал он с улыбкой.

Идея имела право на жизнь, но Эля, как назло, не спешила возвращаться, а оставлять этого типа одного не хотелось. Полбеды если уйдёт, а вдруг он в прилавок залезет? А там вообще-то касса и деньги!

Кажется, нешуточная борьба отразилась на моём лице, потому что амфир, продолжая веселиться, предложил:

— Воспользуйся магией, если боишься оставить меня одного. Или давай я воспользуюсь?

— Да сейчас! — проворчала я недовольно, вызвав удивлённый взгляд странного посетителя, и всё-таки пошла в кухню, не выпуская из рук пакета. Бросила на ходу: — Стойте здесь! У меня хорошая память на лица!

— Стою-стою! — весело заверил он и выразительно поднял руки в жесте капитуляции.

— Исао! Нас пытались обокрасть!

Я влетела в кухню с пакетом в охапке в качестве главного доказательства и застала хозяина за подлинным священнодействием: с очень сосредоточенным видом он украшал треугольные шоколадные пирожные белым кремовым узором. От моего оклика рука мастера не дрогнула, зато дёрнулась и чуть не поперхнулась Эля, притулившаяся в уголке с тарелкой супа — она предпочитала здоровое питание.

— Пытались? — уточнил венг спокойно, не глядя в мою сторону. — То есть не обокрали?

— Ну он странный какой-то, — призналась я честно. Невозмутимость хозяина слегка притушила моё негодование. — Вы бы с ним сами разобрались, а?

Исао искоса бросил на меня непонятный взгляд и молча продолжил своё дело. Я нервно переступила с ноги на ногу, наблюдая за ним и не зная, как толковать такое поведение: то ли как намёк проваливать с глаз долой и не отвлекать занятого венга, то ли как обещание закончить тут и потом уже разбираться. Почти собралась уточнить, но хозяин так же молча и невозмутимо убрал конус с кремом в хранильник, туда же поставил блюдо с пирожными и двинулся к выходу, так что осталось только убраться с его дороги.

— Ну и что ты тут устроил? — почти без выражения спросил Исао у загадочного Омера.

То есть они как минимум знакомы. И, кажется, я только что села в лужу.

— У нас сегодня гости из числа заклятых друзей, Рони очень хотела утереть им нос, — с улыбкой ответил амфир и пожал руку хозяина.

Точно, наступила себе на хвост. Творец! Надо было у Тирцы про всех особых клиентов узнать. И чего он не пришёл вчера?!

Я вздохнула и перехватила пакет поудобнее. Мужчины обернулись на шорох, Исао поманил меня жестом. Подошла, а куда деваться!

— Держи. — Забрав у меня спасённую от грабителя продукцию, венг передал её посетителю. И добавил обычным своим ровным тоном без малейшего намёка на веселье: — Передавай Рори мой поклон и соболезнования, потому что её муж — снулый брабус.

— Вот последнего не понял. — Омер искренне удивился, но, кажется, не обиделся. — Это ты меня за что так?

— Ты прекрасно видел, что она здесь недавно, тебя не знает, и о тебе — тоже. Но вместо того, чтобы спокойно объяснить, заставил понервничать. Недостойно мужчины пользоваться неосведомлённостью ребёнка, — припечатал Исао.

Я ошарашенно хлопала глазами, пытаясь понять, стоит поблагодарить за заступничество или обидеться на ребёнка, а амфир тем временем высказал удивление вслух:

— Ну ничего себе ребёнок!

— Она на пять лет моложе твоего старшего внука, а Нафаля ты постоянно называешь мальчишкой, — пояснил венг. Мне сразу стало немного легче: это, значит, не он меня считает ребёнком, а с посетителем сравнивает. Ну да, если у него внуки старше меня, это справедливо.

Собеседник на мгновение растерянно замолк, а после опять рассмеялся. Он, кажется, вообще был смешливым типом с хорошим чувством юмора, и сердиться на него с такой располагающей улыбкой не получалось. Когда он не пытался с нею украсть пирожные, конечно.

— Ладно, уел, виноват, — признал Омер. Поймал прохладной рукой мою ладонь, поклонился, поцеловал пальцы. — Приношу свои извинения прекрасной огненной деве.

— Да ладно, что уж там, — растерянно промямлила я и на всякий случай спрятала руки за спину, когда меня отпустили. Жест-то красивый, но за свои огрубевшие лапы было стыдно. Нет, точно надо забежать в аптеку и раскошелиться на хорошее, качественное средство. — Приятного аппетита!

— Инцидент исчерпан? — с улыбкой обратился амфир к хозяину. — Я могу не расстраивать Рори печальными новостями о её почтенном супруге?

Ответить Исао не успел, звякнул дверной колокольчик, возвещая о новых покупателях. Ну а потом я уже не слышала, поспешила пройти на своё место. Говорили они после этого недолго, пару минут, но я хвостом чувствовала: обо мне. Во всяком случае, Омер поглядывал в мою сторону, а там кто знает, с него бы сталось ещё и так поиздеваться. Потом хозяин вернулся в кухню, а я только проводила взглядом белый костюм, ощущая, как растут масштабы моих страданий. То есть любопытства.