Дарья Козырькова – Я с тобой. Часть 2 (страница 2)

Я нахмурилась и попыталась демонстративно отодвинуть Мишу от себя. Он не сдвинулся ни на сантиметр и, как зачарованный, смотрел на меня. Я видела в его глазах цунами чувств, и не понимала, зачем он растягивает время. Чего добивается? Подшучивает надо мной? Ждет, что я сама поцелую его? Я никогда не целовала Мишу первая. Если бы это произошло, он бы понял глубину моей привязанности к нему. А так я могла делать вид, будто позволяю прикасаться к себе, но не очень-то сильно в нем нуждаюсь.

Мы играли в гляделки, пока мне не надоело это. Я отвернулась и, кипя от возмущения, скрестила руки на груди и уставилась в экран ноутбука, не вглядываясь в стремительно меняющиеся на нем картинки.

После переписки со своей Мариночкой и целовать меня не собирается?

Помимо личных переживаний меня волновала Рина, оставшаяся наедине с Владом. Зачем она вообще решила помогать ему с готовкой? С чего это они так сдружились? Ей подружек что ли не хватает? Она ведь постоянно переписывается с девочками из нашей школы и ходит гулять с бывшими соседками по общаге.

Я прикусила нижнюю губу. Складка между бровей заболела из-за того, что я сильно их сдвигала. Внезапно Миша схватил меня за талию и наглейшим образом усадил к себе на колени. Я возмущенно фыркнула и забрыкалась. Миша коротко поцеловал меня в шею, а потом коснулся губами чувствительного местечка снова, но на этот раз задержался на нем, запуская полчище мурашек по моему телу своим горячим дыханием. Внизу живота стало очень жарко. Меня окутывал солоноватый запах его кожи с примесью древесного одеколона. Я тяжело задышала и через секунду поймала себя на том, что закатываю глаза.

Миша проделал дорожку из поцелуев до моего уха и прихватил губами мочку. Я не удержалась и глубоко вдохнула ртом, вцепившись в лежащие на моей талии сильные мужские руки. Беспокойство за Рину превратилось в исчезающее эхо.

– Котенок, – прошептал он, заставляя меня вздрогнуть и покрыться мурашками.

«Какой я тебе котенок?!» – рвалось из меня возмущение, но растекшееся, словно шоколадка, тепло подавляло все мои защитные реакции. Я уткнулась затылком Мише в плечо и прикрыла глаза. Он продолжал целовать мою шею и играть зубами с ухом. Мое тело начала сотрясать мелкая дрожь. Я почувствовала попой эрекцию Миши.

Не успела я обдумать эту информацию, как он уложил меня на кровать и навис сверху своим здоровым, широким телом. Миша тоже тяжело дышал и смотрел на меня расширенными зрачками. Кровь зашумела у меня в ушах. Я, не подумав, совершила опрометчивый поступок: схватила Мишу за толстовку и потянула на себя. Он легко поддался и примкнул к моим губам, сразу же проникнув горячим языком в рот. Возбуждение, удовольствие и страсть ударили по мне, как разбушевавшаяся волна. Я старалась выбраться из нее, но она не оставляла мне шансов и затягивала обратно в глубокое теплое море. Звуки нашего поцелуя опьяняли, путали мысли и усиливали сладкое ощущение внизу живота.

Глава 2.

Влад

Я разложил, купленные по списку Кати продукты на столешнице, помыл руки, прополоскал рот, чтобы придать дыханию свежесть э-э-э… коры дуба и экстракта пихты, вот! «Припудрить носик» в туалете я уже не успел, потому что пришла Катя. На этот раз на ней были серые легинсы и черная футболка с белыми полосками на рукавах. Я с удовлетворением отметил, что она опять не надела лифчик. Небрежно заплетенная косичка лежала на плече. Катя прикрыла дверь, и из-за образовавшегося порыва ветра выбивающиеся из ее прически прядки попали ей в рот. Она заправила их за ухо.

Я проводил ее на кухню и жестом указал на расставленные в почти идеально ровный ряд продукты. Катя быстро осмотрела их и удовлетворенно кивнула.

На большом перерыве в университете мы разговорились по пути в столовую насчет моего неудачно приготовленного Михе завтрака, и Катя предложила научить меня делать блинчики. Она сказала, что это не сложно и что с ее небольшими подсказками у меня все получится. Я воодушевился идеей сразить Мишу на повал моей готовкой и заставить его признать мои кулинарные таланты. Просто моей гениальности не хватает чьего-то толчка! Мишаня еще будет умолять меня накормить его моей шедевральной стряпней.

– Кстати, я обработал половину фотографий. Думаю, завтра пришлю тебе все, – сказал я, надевая Мишин фартук.

Катя просияла.

Наши вчерашние посиделки за домашкой неожиданно закончились фотосессией. Я слинял со скучной вечеринки и решил наведаться в гости к Кате, чтобы поболтать с ней и поднять себе настроение. Конечно, пришлось сказать, что на меня снизошло желание поучиться, иначе она бы ни за что не впустила меня к себе.

– Супер! Обновлю свои соцсети. Я рассказала подругам, и они просят поскорее показать им то, что у нас получилось.

Я провел рукой по волосам и повернулся боком, скрывая растянувшиеся в улыбке губы.

– А что ты им рассказала? – Пульс застучал у меня в висках.

– Что меня снимал одногруппник, который умеет очень красиво фотографировать. – Катя подошла к настенному шкафу и подняла голову. – Нам нужна глубокая миска и блендер.

Я с трудом нашел все необходимое и отдал Кате. Она прополоскала миску и подключила миксер к розетке.

– Ну-у, не так уж прям красиво, – я смущенно поводил пальчиком по столешнице. Радостный писк пытался вырваться из моего горла, но я старательно сдерживал его.

– Ладно тебе, не скромничай! – Катя обернулась, положила мне руку на плечо и улыбнулась.

Я застыл, не в силах пошевелиться. Впервые за долгое время кто-то похвалил мои фотографии. Я редко рассказывал знакомым о своем увлечении, так как считал свои работы посредственными. Миша всегда говорил, что у меня талант, но мне казалось, будто он жалел меня, поэтому я не доверял его словам. Кате я сознался во всем совершенно случайно. Сфотографировал ее ради шутки и уже был готов защищаться от ее возмущенного писка, как вдруг она начала восторгаться снимком. Тогда я просто не смог удержать рот на замке и под влиянием чувств не только проговорился о своем маленьком хобби, но еще и предложил пофотографировать Катю. Должно быть в тот момент пиво еще не выветрилось из моей крови или я повредился рассудком.

– Сначала нам нужно взбить яйца с сахаром, ванилью и щепоткой соли, – скомандовала Катя, откидывая косичку за спину.

Она помыла яйца и протянула мне одно. Я со всей силы разбил его о столешницу. Липкая, тягучая масса растеклась по моей руке и желтой соплей спустилась на пол. Упс. Я соскреб остатки яйца со своей ладони в миску.

Катя успокаивающе выставила руки перед собой.

– Ничего страшного. Мы учимся, – мягким голосом сказала она и потянулась за тряпкой.

Катя протерла пол, а я отправил скорлупки в совок. Они хрустнули под ворсинками метлы. Я взял второе яйцо, и Катя показала, как можно аккуратно разбить его тупой стороной ножа. Я боязливо стукнул по скорлупе, медленно раздвинул ее и вылил содержимое в миску.

– Молодец! – похвалила Катя, показав мне «класс».

Я улыбнулся, чувствуя себя настоящим героем.

Разобравшись с яйцами, я сходил за телефоном и сфотографировал себя на фоне миски с плавающими в ней тремя желтыми «глазами». Катя захихикала.

– Это для шоу «Готовим с Владом». Потом Мише покажу, – пояснил я, сильно волнуясь.

Катя продолжила с нежной улыбкой смотреть на меня. Я уставился на ее соски. Задышал ртом. Нервно облизнулся. Член шевельнулся в штанах, а воздух вокруг показался удушающим.

Черт, друг, мы же с тобой вчера дрочили! Чего тебе все неймется? Это твоя одногруппница-ботан, которая ходит в скучных водолазках, огромных в очках и вместо мозга имеет огромную библиотеку с тысячей книг! Очнись и дай мне сосредоточиться на готовке!

Пока я вел мысленный диалог со своим членом, Катя пыталась мне что-то объяснить. Пришлось переспрашивать. Она протянула мне ложку и попросила зачерпнуть сахар и отправить его к яйцам. Мне потребовалось время, чтобы понять, о чьих яйцах шла речь. Не о моих.

Я почесал затылок, позабыв, что не успел помыть руки, и выругался. Катя, соблазнительно посмеиваясь, взяла полотенце, встала на цыпочки и протерла мои волосы. Я поглубже втянул кокосовый запах ее шампуня, сдерживая порыв схватить Катю за руку, прижать к своей груди и понаблюдать, как она отреагирует на такой выпад.

– Чего ты так растерялся? – мягко поинтересовалась она. – У тебя все отлично получается, Влад. – Катя вдруг взяла мои руки и провела по ним мягким полотенцем.

Я вздрогнул от ощущения ее бархатистой ладошки на моей коже. Наивная Катя решила, будто я переживал из-за готовки, и это только подогревало мою кровь. Спина и подмышки вспотели. Я выдернул полотенце из рук Кати и обмахнулся им. Она вложила мне в другую руку прохладную ложку. Мое сердце забилось, как ненормальное, губы приоткрылись, а грудная клетка тяжело поднялась. Я, не отдавая отчета в своих действиях, схватил Катю за запястье.

Рина

Я посмотрела на Влада, недоумевая из-за его поведения. Рука заболела оттого, как сильно он ее сжимал.

– У тебя очки грязные, – сказал он сдавленным голосом и тут же отпустил меня.

Я сняла очки и осмотрела их под светом лампы. Они были чистыми, за исключением пары микроскопических пылинок, прилипших к стеклам. Я на всякий случай протерла их краем футболки.

Мы продолжили готовку. Влад просыпал на столешницу сахар, уронил коробочку с солью, споткнулся на ровном месте, ударился о настенный шкаф и в довершение всего начал икать. Я старалась больше хвалить его, чтобы придать ему уверенности. Его смущенный вид растрогал меня. Когда Яна критиковала его готовку в машине, Влад вдруг показался мне уязвленным. Он надулся, сцепил руки в замок и вжался в уголок салона. В тот момент я убедилась в его безобидности и поняла, насколько он чувствительный и ранимый. Он старается заботиться о своем лучшем друге, но у него не получается правильно это делать. Я воодушевилась идеей поддержать его и направить в нужную сторону.