Дарья Козырькова – Я хочу узнать тебя. Часть 1 (страница 12)

– Наконец-то ты убрал этот блохастый мешок, – недовольно проворчал Влад, распрямляя пальцами спутавшиеся волосы. Я заметила на его белой футболке огромное красное пятно и дырку на рукаве. Какой ужас.

– У него больше нет блох, – позлорадствовала я спокойным голосом, стараясь не напрягать тело, чтобы не спугнуть Тортика. – Спасибо тебе за это.

– ЧЕГО-О-О?! У НЕГО ВСЕ-ТАКИ БЫЛИ БЛОХИ?! – завопил Влад и принялся активно трясти головой.

Я инстинктивно сжала Тортика в объятьях, но, к счастью, он не переполошился и с любопытством смотрел в сторону Влада. Его усики дрожали, а кончик языка вылез из пасти. Я невольно улыбнулась и почесала Тортика за ушком. Тортик довольно замурчал. Какой же он милый!

Я подняла глаза и наткнулась на внимательный взгляд Миши. Мрачные тени исчезли с его лица. Он выглядел спокойным и даже расслабленным. Мне показалось, что в его глазах промелькнуло любопытство. Я в недоумении приподняла бровь. Он продолжил молча таращиться на меня. Я нахмурилась. Чего уставился-то?

Тортик замяукал и потыкался в меня носиком. Может быть, захотел есть? Я проскочила мимо Миши и застывшей на входе в комнату Рины и побежала в нашу квартиру.

***

Тортик с удовольствием съел свой жидкий корм и полакал водичку, а потом забрался на мою кровать, свернулся пушистым клубком и уснул. Я присела на пол, положила локти на одеяло и начала с умилением наблюдать за ним. От моего медленного дыхания его шерстка забавно шевелилась, а усики подрагивали.

– Мой славный маленький пирожочек! Как я тебя уже люблю!

Я осторожно ткнулась головой в спинку Тортика. Губы заболели от широкой улыбки.

Рина сидела напротив нас на своей кровати и внимательно всматривалась в экран ноутбука. На ее коленях лежала тетрадка, в которую она периодически делала какие-то пометки. Нужно будет купить письменный стол, как у Миши, чтобы Рина не нагружала свой позвоночник.

Миша.

Я вспомнила, как он бережно взял Тортика своими большущими руками и отдал мне, а потом пялился на меня, как на музейный экспонат. Мне стало неловко из-за этого внезапного интереса, поэтому я даже не поблагодарила его за помощь, а ведь спасение моего любимого Тортика из лохматых косм монстра-придурка – это благороднейший поступок, достойный всех наград мира.

Кроме того, пару часов назад Миша вправил мозги этому монстру-придурку, чтобы он не издевался над моей сестрой. И накормил меня вкусными блинчиками, раз уж на то пошло. Это не делало его в моих глазах менее устрашающим, но заслуживало человеческого «спасибо».

Я тяжело вздохнула. На спинке Тортика показалась розовая кожа, а потом тут же закрылась вернувшейся на место шерстью.

Я привыкла видеть опасность во всем и сразу же агрессивно защищать свою продрогшую до мозга и костей беспомощную малышку-Яну, поэтому не могла быстро перестроиться и вести себя более дружелюбно. Наверное, поэтому у меня совсем не было друзей. Близко я общалась только с Риной. Остальные – просто знакомые, с которыми я могла переброситься парочкой фраз. Люди считают меня агрессивной и странной, и меня это устраивает. Мне не приходится подробно объяснять, почему у меня случаются эмоциональные срывы. Хотя иногда я чувствую одиночество и стыд… Вот, например, как сейчас.

Я осторожно погладила Тортика по спинке и принялась переодеваться в уличную одежду.

– Ты куда? – Рина оторвала глаза от ноутбука и вопросительно посмотрела на меня. Пропавшие продукты она нашла на лестнице, протерла тряпочкой и убрала в холодильник.

– Подышу свежим воздухом, – пролепетала я, нервно затягивая веревку от капюшона худи, хотя никогда не трогала ее до этого.

Рина кивнула, поправила очки и погрузилась обратно в учебу. Когда она делает задания, ее сложно куда-то вытащить. Рина будто переносится в параллельный мир и не замечает, как стремительно летит время. Мне даже приходится напоминать ей, что пора бы уже сделать перерыв и поесть.

Я выскочила на улицу и засеменила в ближайший магазин. Когда я вернулась в наш подъезд с шоколадкой в кармане, мне казалось, будто я занималась какими-то преступными делами: сердце бешено стучало от тревоги, руки вспотели, по голове пробежали мурашки, а тело сковало от неприятного смущения.

Я позвонила в дверь парней, надеясь, что они куда-то ушли и никого нет дома. К моему сожалению, дверь быстро открылась. Я выгнула шею, чтобы посмотреть Мише в глаза. В его взгляде читалось удивление.

– Э-эм… – замешкалась я, шурша шоколадкой.

Под моими теплыми пальцами на ней образовались маленькие ямки. Я почувствовала себя еще более неловко и резко вытащила свой скромный презент. Миша тут же проследил за моим движением. Я протянула ему шоколадку и выпалила на одном дыхании, нервно вглядываясь в дятла Вуди, изображенного на его футболке:

– Извини за произошедшее. И спасибо.

Он озадаченно принял из моих рук шоколадку. Будет здорово, если Миша не заметит маленькие ямки от моих пальцев, иначе я сгорю от стыда.

Мы какое-то время молча топтались в подъезде.

– Зайдешь на чай? – неожиданно предложил Миша, отойдя от двери и указав жестом на свою квартиру.

– Н-ну-у, можно, – брякнула я и тут же пожалела об этом. И кто меня за язык-то тянул?! Я даже и представить не могла, что он позовет меня в гости. Тем более, после того, как я недавно ворвалась в его квартиру и устроила там сцену.

– Влада нет, если что, – добавил Миша.

– Это хорошо, – отозвалась я, хотя в действительности мне было всё равно – чувство неловкости завладело всем моим существом.

Я прошла в квартиру, вжав голову в плечи. Миша проводил меня на кухню и включил чайник. Я нерешительно опустилась на краешек стула и подогнула пальцы на ногах.

– Как там твой котенок? – поинтересовался Миша, поставив передо мной кружку с кошачьими лапками, из которой я пила сегодня.

– Тортик уснул. Но перед этим покусал мои пальцы, разбросал по всему коридору содержимое лотка и украл сосиску со стола, – я тихо рассмеялась. Выходки этого маленького хулигана вызывали во мне не раздражение, а умиление. Рина же не разделяла моих восторгов и вспомнила весь свой ограниченный запас ругательств, когда ей в ноги впились деревяшки из кошачьего туалета.

Миша улыбнулся.

– А почему вы назвали его Тортик? – Он положил в мою и в свою чашку по пакетику с чаем. Я уловила запах черной смородины.

– Когда я пришла его забирать, он пробрался на кухню своей бывшей хозяйки, залез в холодильник – она забыла его закрыть – прогрыз веревки от торта, открыл лапой крышку и начал его поедать. Хорошо, мы вовремя подоспели, и он не успел съесть много! – меня пробрал смех, когда я вспомнила перепачканную в креме смешную мордочку Тортика. Вот же шкодливый чудик!

Миша по-доброму усмехнулся. Всё это время он не отводил от меня глаз, как будто хотел проделать дырку в моей голове. Я начала нервно теребить веревочку от чайного пакетика.

– Получается, вы забирали его из дома, а не из приюта? – продолжил задавать вопросы Миша.

Мне даже стал приятен его интерес к Тортику. Одной Рины не хватало, чтобы выразить всё мое счастье от появления этого милейшего пухового комочка. Хотелось поделиться эмоциями с кем-то еще! К тому же, Миша недавно защитил Тортика и поэтому имел право немного узнать о моем пушистике.

– Да. Я подписана на его бывшую хозяйку в телеграме. Она рассказывала, как нашла кошку в мусорном контейнере и потихоньку возвращала ее к жизни. Кошка, к тому же, была беременна, и вскоре родилось несколько котят. Из-за общаги я не могла их взять. Потом все-таки нам удалось переехать, и один котеночек остался. Как будто меня ждал! – я уж слишком расчувствовалась и последние слова произнесла на повышенных тонах.

Кровь стучала в ушах, а губы предательски изгибались в улыбке. Кажется, я первый раз за все три года обучения сказала своему одногруппнику так много слов за одну реплику.

– Тортик мне очень сильно понравился: рыженький с бледными коричневыми полосками по всему телу, белым пузом, большими желтыми глазами и хитрым взглядом. Он похож тигренка!

– Ой, ты мне напомнила, как мои сестры пару лет назад подобрали кошку, и она через несколько недель окотилась. – Чайник закипел, поэтому Миша встал. Я с интересом посмотрела на него, ожидая продолжения истории. – Как же они тогда умоляли родителей оставить котят, но, конечно же, мы не могли этого сделать. Пришлось раздавать. Правда, двух котят я всё же уговорил родителей оставить. – Миша налил кипяток в наши кружки.

Парочка раскаленных капель попала на мою руку. Я поморщилась и одернула ее.

– Извини, – тут же отреагировал Миша. – Больно?

Как он только всё замечал? Мне опять стало не по себе в его присутствии, как тогда, когда я только ступила на порог этой квартиры сегодня днем. Это произошло несколько часов назад, но казалось, что с того момента утекло гораздо больше времени. На улице уже потемнело, и иссиня-черное небо скрыло разноцветные краски осени. Я пока не могла привыкнуть к тому, что солнце скрывалось быстрее, чем летом, поэтому мне казалось, что уже наступила ночь, хотя часы показывали восемь вечера.

Я покачала головой и придвинула к себе кружку. Миша раскрыл шоколадку и поставил ее в центр стола. Я тут же схватила испорченный моими горячими пальцами кусочек и сунула его в рот.

Мы продолжили разговаривать про кошек. Постепенно я немного расслабилась и даже попросила Мишу показать фотографии с его ушастыми красавицами.