Дарья Козырькова – В душу (страница 8)

— Если это такая незначительная роль, почему нельзя без нее обойтись? — я не верила ни единому слову парня. Вот так вот вербуют проституток.

— Леон продумывает все до мельчайших деталей. Я и так уже пару раз накосячил. Так что мне может влететь.

— Если вы не уйдете, то я сейчас закричу! — сказала я уверенным голосом, воинственно выпрямив плечи.

Парень совсем растерялся. Он начал безмолвно открывать и закрывать рот, видимо, пытаясь подобрать нужные слова. Тут он вытащил телефон, потыкал по экрану и продемонстрировал мне фотографию, на которой он был изображен рядом с парнем, очень походим на Леона. Видимо, по моему лицу незнакомец понял, что этого доказательства мне недостаточно, поэтому полез в другой карман и выудил из него паспорт и протянул мне.

— Можешь сфотографировать с номерами, пропиской и отправить всем близким, только прошу, помоги! Мне дали пять минут на поиски! — колени парня подгибались. Казалось, что он был готов ползать у меня в ногах и умолять выполнить его просьбу.

Я внимательно изучила его паспорт. Даже открыла страницы, где обычно указывается судимость. Документ был в порядке, но поверить такому удивительному стечению обстоятельств я была не в силах. Не могут мне, обычной девушке с улицы, предложить сниматься в клипе популярного певца, с которым я не менее удивительным образом столкнулась целых два раза! Такие фантастические стечения обстоятельств случаются только в фильмах. А паспорт легко подделать.

Я отдала документ обратно его владельцу.

— Ты поможешь? — с надеждой в глазах жалобно спросил парень.

— Нет.

Незнакомец стал беспокойно вертеть головой, видимо, подыскивая другую «жертву». Но под соседними крышами стояли только мужчины, мамы с детьми и одинокие женщины средних лет. Видимо, я была единственной кандидатурой на эту сомнительную авантюру.

Парень снова полез в телефон и показал мне страничку в социальной сети. Его звали Евгений Цветков. Над его фамилией стояла галочка, указывающая на официальное подтверждение странички. Евгений продемонстрировал, что фотографии в его профиле выкладываются с две тысячи пятнадцатого года, и на всех он запечатлен в разных возрастах. На последних фотографиях был изображен Леон на концерте и парочка селфи Евгения с ним и с еще какими-то людьми. Также в профиле было указано, что он является ассистентом менеджера Леона. Потом Евгений показал мне видео с камеры телефона, на котором Леон стоял рядом с какими-то мужчинами и объявлял, что они начинают снимать новый клип, и он выйдет грандиозным. Я начала верить Евгению, но теперь была в шоке от того, что меня зовут сняться в клипе звезды.

— Пойдем, пожалуйста, — еще раз жалобно попросил парень, прикоснувшись к моему запястью.

— Ладно, — смягчилась я, хотя все еще до конца не доверяла этому человеку.

Парень тут же схватил меня за руку и потянул за собой в кинопавильон. Внутри здания стояла охрана. Евгений показал им свой пропуск. Мы быстро прошли через металлоискатель и стали плутать по множеству длинных коридоров.

— Когда увидишь Леона и других знаменитостей, не спеши просить у них автограф. Это невежливо. Можешь сделать это во время перерыва, если артисты будут свободны. Но вряд ли тебя пустят к ним, — стал наставлять Евгений. Его тон стал более уверенным и спокойным. Теперь он больше походил на собранного ассистента менеджера.

Парень подвел меня к какой-то двери, открыл ее и мягко подтолкнул внутрь. Я оказалась в небольшой комнатке с длинным зеркалом со множеством лампочек, столом, удобными стульями и небольшим диванчиком.

— Давид! Принимай! — обратился Евгений к мужчине, сидящему на диване.

Мужчина посмотрел на меня оценивающим взглядом. Выглядел он довольно необычно. Редкие розовые прядки волос, выбивающиеся из русых прядей. Желтый пиджак с белой футболкой и обтягивающими джинсами. На шее — легкий голубой шарфик. На лице — яркий макияж: ресницы накрашены тушью, глаза обведены подводкой, на веки нанесены розовые и зеленые тени, губы блестят от бесцветного бальзама.

— Ой, какую ты милашечку привел, — заворковал Давид. У него был достаточно нежный, мягкий голос. Он грациозно поднялся с дивана и медленно, будто никуда не спешил, подошел ко мне.

Евгений попрощался и убежал.

— Как милашечку зовут? — поинтересовался Давид, внимательно оглядывая мое лицо.

— Рита, — тихо ответила я.

— Садись, Ритулечка. — Давид отодвинул стул и жестом указал на него.

Я неуверенно села. Все мое тело было напряжено. Я пока что не могла понять, что происходит. Вроде бы, мне удалось удостовериться в правдивости слов Евгения, но я не могла избавиться от мысли, что это какой-то розыгрыш.

Давид стал ловкими движениями делать мне макияж.

— Риточка, какие у тебя глазки красивые. Прямо загляденье! — нахваливал меня Давид.

— Спасибо, мне многие так говорят. Значит, правда, — я улыбнулась уголками губ.

— Но, к сожалению, я не буду сильно подчеркивать их. Иначе ты затмишь главных актрис.

Я тихо рассмеялась и стала заворожено наблюдать за ловкими движениями мужчины. Он его пальцев пахло ароматными фруктовыми духами. Давид что-то бормотал себе под нос. Четко можно было разобрать только комплименты в сторону черт моего лица. Я расслабилась в его обществе. Мне было безумно приятно услышать похвалу от профессионала. Я прекрасно понимала, что не являюсь красавицей, но Давид не выставлял меня такой, а просто перечислял преимущества тех черт, о которых я раньше не задумывалась. Когда он отвлекался на поиски нужной косметики, я старалась зафиксировать его слова в телефоне, чтобы не забыть. Я вычитала у какого-то психолога, что нужно завести тетрадь самопомощи и записывать в ней все свои достижения и комплименты.

Давид заметил, что я пытаюсь урывками что-то записать и поинтересовался, нужно ли мне дать время решить какой-то важный вопрос. Я объяснила ему, что делаю.

— Ты ж моя хорошая, включи диктофон, я еще раз скажу, — прокомментировал он.

Я широко заулыбалась. Манерность Давида, на удивление, не выглядела наигранной, а естественно вплеталась в его эксцентричный образ. Я видела этого мужчину в первый раз, но мне уже хотелось поговорить с ним о многих личных вещах. Он похож на такого человека, который способен без осуждения выслушать собеседника и поддержать его.

Давид повторил свой комплимент и добавил в него еще много чего приятного. Например, «непосредственную, милую улыбку» и «маленькие розовые ручки». Я поделилась с ним впечатлениями от встречи с Евгением.

— Да-а, наш Лео придирчив к деталям, — прокомментировал мужчина.

Когда он завершил свою работу, я посмотрела в зеркало. Макияж оказался достаточно ненавязчивым. Глаза стали чуть ярче, на щеках появился легкий румянец, а губы порозовели.

Я попросила Давида сфотографировать меня. Он выполнил мою просьбу и протянул мне одежду, в которой нужно сниматься, и вышел за дверь. Я надела клетчатую серую рубашку, еле-еле застегнув ее на груди, а в узкие джинсы влезть уже не смогла. Они жали мне в ногах и не застегивались. Мне стало стыдно. Наверное, размер подготовили для модели, которую я заменяла. У меня, явно, не модельные параметры — широкие бедра и небольшой животик.

Я переоделась обратно в свои джинсы и вышла к Давиду.

— Извините, я не влезла в джинсы, — неловко сказала я.

Давид оглядел меня с ног до головы.

— Тогда, Риточка, иди так. Твои джинсы смотрятся даже лучше. Если ребятам не подойдет, думаю, мы придумаем что-то другое.

Давид взял косметичку и повел меня по лабиринту коридоров. Мы пришли, по всей видимости, на съемочную площадку. Она оказалась огромной. Повсюду стояло много людей, разбившихся на небольшие группы. Каждая группа что-то оживленно обсуждала. В противоположном конце помещения были расставлены декорации, воспроизводящие небольшой школьный класс: девять парт со стульями, доска и учительский стол. Они находились под прицелом нескольких больших камер и освещались яркими лучами света, отображаемого от множества прожекторов.

Давид подвел меня к невысокому мужчине, который что-то эмоционально объяснял группе людей. На вид они были примерно моего возраста. Он выглядел неопрятно: неухоженная щетина, мятая красная рубашка, застегнутая не на все пуговицы. Поверх нее — коричневая жилетка. Завершали образ синие джинсы с большим пятном на коленке. Похоже на след от кофе. В руках мужчина держал несколько листов и очень эмоционально тряс ими. Слушатели внимательно смотрели на него и кивали.

— Олег Петрович, опоздавшая актриса, — обратился к нему Давид.

Олег Петрович резко повернулся в мою сторону. Его глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию.

— Я уже объяснил весь сценарий! Как можно было прийти не вовремя! Опаздываете вы, а потом я виноват в том, что никто не может действовать по плану! — чуть ли не закричал он на меня.

Я напряглась и молча посмотрела на него. Что мне вообще отвечать? Меня подобрали с улицы.

Давид положил руки мне на плечи и прошептал:

— Съемки должны были закончиться вчера. Все очень злые и уставшие, так что просто соглашайся со всем. Я пойду.

Я кивнула и перевела взгляд на Олега Петровича. Видимо, это сценарист или какой-нибудь ассистент режиссера. Он пробурчал еще пару ругательств в мой адрес и быстро изложил, что от меня и стоящих рядом людей требуется. Нам надо было представить, что мы сидим на паре в университете и пытаемся слушать лекцию. Одна девушка должна задумчиво стучать карандашом по нижней губе и мечтательно заглядываться на Леона, выступающего в роли преподавателя.