Дарья Козырькова – Плыви, кораблик (страница 3)

– Давайте лучше завтра. Я возьму у дедушки удочку, чтобы сразу собрать улов. – Маша посмотрела на меня с хитринками в глазах.

Я рассмеялась.

– Я серьезно! Может, в одиннадцатом классе появились горячие новенькие, о которых мы не знаем? – Света достала из рюкзака учебник по английскому. Между страниц торчал зеленый уголок тетрадки.

– А чего тратить время? Присмотрим кого-нибудь из одноклассников. Например, Соколова – хороший умный парень. – Маша подмигнула мне.

Она явно, пыталась подбодрить меня и отвлечь от плохих мыслей, и у нее это получилось. Я расхохоталась, стуча рукой по столу девчонок.

– Я еще не настолько отчаялась, чтобы бросаться на этого придурка, – вытирая слезы веселья, ответила я.

– Если бы ты оказалась на необитаемом острове, то, кого бы выбрала: полено или Соколова? – ухмыльнулась Маша, ткнув меня носком кроссовка по ноге.

Мимо нашего кабинета прошли младшеклассники. Они громко и пискляво хохотали и толкали друг друга.

– Однозначно полено, – закивала я.

– Солидарна с тобой.

Света тяжело вздохнула.

– Да уж, у нас в классе не на кого смотреть. – Она взяла половинку сырка и откусила кусочек.

– Мама говорит, что девушки взрослеют раньше парней, – мудро изрекла я, играя пальцами с волосами. Я разглядела несколько секущихся кончиков. Нужно попросить маму записать меня к парикмахеру, а еще купить черную краску и подкрасить корни, а то у меня начал вылезать натуральный цвет.

– А представьте, если через лет пять наши мальчики станут серьезными, и мы начнем с ними встречаться? – Света сложила руки в замок и заговорщически улыбнулась.

Мы с Машей переглянулись.

– Вряд ли им хватит пять лет, чтобы повзрослеть, – я перекинула волосы через плечо.

Тут вдруг мы, как по команде, повернули головы ко Льву. Он молча сидел, подперев щеку рукой, и читал учебник по биологии. Было не похоже, что он подслушивал наш разговор. Мы часто без стеснения болтаем при нем, а он не подает признаков жизни, так что порой мы забываем о его присутствии.

Постепенно кабинет наполнился другими одноклассниками, и мы стали общаться тише. Мой живот призывно заурчал, и я все-таки доела свои булочки. Только когда в класс вошла Жанна Михайловна, мы с Машей вспомнили, что не выучили английский.

Я открыла тетрадь и начала в панике читать слова для диктанта. Жанна Михайловна попросила убрать все со стола. Я до последнего держала тетрадь в руках, мысленно повторяя слова и их перевод, а потом трясущимися, ледяными пальцами убрала ее в сумку.

– Я заметила, что у тех, кто сидит за одной партой, всегда одинаковые ошибки, так что теперь у нас будет четыре варианта, – объявила Жанна Михайловна, строго оглядев класс.

Послышались страдальческие стоны. Я обернулась к девочкам. Сердце тревожно заколотилось, а подмышки вспотели. У меня уже есть несколько плохих оценок по английскому. Если я продолжу их копить, то за четверть у меня выйдет как минимум тройка, и родители не купят мне планшет.

Я дотронулась кончиками пальцев до сумки. Интересно, смогу ли я незаметно вытащить тетрадку и подсматривать? Я прикусила нижнюю губу.

Жанна Михайловна попросила старосту раздать листочки. Таня бодро обошла ряды. Я медленно придвинула к себе листок и написала свое имя. Наверное, это будет единственная запись, которую я сегодня сделаю. Жанна Михайловна лично вручила каждой парте общий листок, на котором было написано два варианта слов. Мне попался четвертый вариант. Я быстро записала все слова, которые помнила и попыталась извлечь из памяти остальные десять, но безуспешно. В моей голове гуляло перекати-поле.

Я обернулась. Света быстро водила ручкой по листу, а Маша нервно кусала кончик колпачка и поглядывала в сторону Светы. Через пять долгих и мучительных минут девочки начали едва слышно перешептываться. Жанна Михайловна ходила по классу и останавливалась в разных местах, окидывая нас строгим, пристальным взглядом.

Тут вдруг Лев легонько толкнул меня локтем. Я подумала, что он случайно, поэтому не отреагировала на это. Он повторил свое действие. Я повернула голову и вскинула брови. Он указал кивком на свой листок. Я опустила глаза. Сначала я не поняла, что он от меня хотел, но потом до меня дошло, что он исписал свой листок словами из моего варианта. У меня не было времени удивляться – инстинкт выживания троечницы взял надо мной верх.

Я быстро переписала слова. Жанна Михайловна в этот момент усмиряла шумную компанию Соколова, так что мне очень повезло. Мои девчонки тоже зашушукались еще громче.

– Да-а-аш, – зашептала Света.

Я быстро показала ей «класс».

Когда Жанна Петровна попросила Таню собрать листочки, я облегченно выдохнула и сглотнула, увлажняя пересохшее горло, и откинулась на спинку стула. Только сейчас я заметила, как сильно у меня заболела спина из-за скопившегося в ней напряжения. Мое сердце билось так, словно я только что пробежала без остановки от дома до школы.

Мы со Львом отдали листики Тане. Я не видела, чтобы Лев дал перевод словам из своего варианта. Зачем он вообще решил мой? Может быть, он неправильно понял задание? В любом случае, мне это было на руку. Если бы Лев зачеркнул мои слова и рядом написал свои, то Жанна Михайловна догадалась бы, что он помогал мне, и поставила нам двоим двойки. А так пострадает только Лев из-за своей невнимательности.

Жанна Михайловна попросила нас достать учебники и начала писать на доске тему.

– Спасибо, – прошептала я, заправив волосы за ухо.

Лев повернул ко мне голову и кивнул с серьезным видом. Ему как будто было все равно, что он помог мне.

Весь оставшийся урок Жанна Михайловна рассказывала новую тему. Иногда я переписывала с доски предложения, а в остальное время сидела в телефоне и шепталась с девочками. Один раз я повернулась и случайно столкнула на пол ручку Льва. Мы одновременно наклонились и столкнулись лбами. В нос ударил приятный запах мыла и ирисок. В отличие от некоторых одноклассников, от Льва всегда веяло чистотой, а не потом или тухлыми носками.

Лев резко выпрямился и уставился на доску, нахмурившись.

– Извини, – прошептала я, положив передо Львом его ручку.

Он провел рукой по короткому ежику волос и ничего не ответил.

Глава 2.

После школы мне позвонила мама и попросила забрать из садика малявку и отвести ее к нашему парикмахеру Наташе, чтобы ей постригли и уложили волосы к вечернему выступлению в детском театральном кружке. Маму не отпустили пораньше с работы, так что подготовка малявки легла на меня.

– Даша-а-а-а! – завопила она, как только я появилась в дверях ее группы.

Лиза подбежала ко мне и крепко обняла меня, прижавшись лицом к моему животу.

Она отстранилась, и на моей юбке остались розовые следы.

– Это что такое?! – завопила я. Эта юбка появилась у меня только недавно, и я очень долго ждала ее появления в интернет-магазине.

Лиза посмотрела на пятно в форме ее губ и захихикала.

– Нам на полдник дали блинчики с малиновым вареньем, – весело ответила она.

Я достала из сумки влажные салфетки и сунула ей в руки со словами:

– Оттирай теперь!

Лиза вытащила салфетку и начала неумело водить ею по моей юбке. Ее глаза смеялись. Она явно не сожалела из-за своего проступка. Через пару минут я не выдержала, отобрала у нее салфетку и начала сама удалять пятно. Варенье плотно въелось в ткань и не желало оттираться. Я раздраженно вздохнула и решила потерпеть до дома.

Лиза переоделась в кроссовки, накинула ветровку, взяла меня за руку, и мы вышли на улицу.

– Мне жарко, – сказала она капризным голосом. – Можно снять ветровку? – На ее спине висел рюкзак в виде Кроша. Его уши покачивались в такт нашим шагам.

– Нет, – ответила я из вредности, хотя мне самой было некомфортно в свитере. После обеда выглянуло солнце, и май стал похож на последний месяц весны, а не на сентябрь, попрощавшийся с бабьим летом.

– Ну пожа-а-а-алуйста! – заканючила она, повиснув на моей руке.

Я взглянула на пятно, выделяющееся еще больше из-за влажного следа, который оставили салфетки, и раздражение запылало во мне с новой силой.

– Закрой рот и иди молча, а то я оставлю тебя в садике. – Я сжала руку мелкой и начала разглядывать улицу.

В воздухе слабо пахло черемухой. Из густой травы прорывались желтые головки одуванчиков. Над ними кружили пчелы. Я заметила, что по траве начало перемещаться небольшое черное пятно. Вскоре показалась хитрая кошачья морда, следящая за прыгающими по асфальту маленькими птичками. Когда мы с Лизой прошли мимо них, они вспорхнули и приземлились на ветке дерева. Черный ушастый разбойник поднял голову и зашевелил усами. Я вспомнила, как Спица ходила по подоконнику и через стекло рассматривала сидящих на балконе птиц, а потом била по окну когтистой лапой. Мама запирала ее в моей комнате, и она успокаивалась.

– А я скину Владу фотографию, где ты выдергиваешь волосы из носа! – заявила она с самодовольным видом.

Мне захотелось оттаскать этого мелкого нахального жука за его длинные светлые косички. Я сжала свободную руку в кулак и рявкнула:

– Я в прошлый раз отдала тебе целую шоколадку, чтобы ты удалила эти фотки!

Лиза хмыкнула.

– Я удалила одну из копий. – Она напоминала чертика, потешающегося над глупым человеком.

Я шумно втянула носом воздух и поджала губы.

За что мне такое наказание?! Моя сестра постоянно врывается ко мне в комнату, следит за мной, берет мою косметику, надевает мою одежду и не оставляет попыток подобрать пароль от моего телефона.