Дарья Котова – Лили (страница 10)

— Так как твое колесо? — упрямо, словно осел, повторил жрец. Сивила хмыкнула и уступила.

— Плохо. Кузнец у них паршивый.

Рэй поморщился.

— Сивила, ты же жрица.

— Могу то же сказать тебе, — огрызнулась женщина. — Иди уже к своей темной любовнице.

— Меня с ней ничего не связывает, не преувеличивай, — попросил Рэй и банально сбежал, пока Сивила не придумала очередную скандальную сплетню.

Лили тоже уже встала и даже оделась. Сверлящий взгляд Рэя прошел по наряду вампирши. На ней было платье точно такого же покроя, как и вчерашнее, только из ярко-голубой ткани под цвет глаз. Естественно, со столь же узкой юбкой и длинными разрезами по бокам. На ножках красовались новые кружевные чулки. О кружевах Рэй узнал благодаря разрезам на бедрах.

— И как ты в платье путешествовала? — задал очевидный вопрос жрец.

— У меня есть брюки, — смешно сморщила носик Лили. — Но они не такие красивые.

«Женщины», — мысленно вздохнул Рэй.

— Ладно, сегодня все равно никуда не едем. Но ты бы поосторожнее, в пути тебе могут повстречаться не только добрые жрецы.

Лили фыркнула, как бельчонок:

— Как будто я не знаю! Не переживай, меня никто не обидит. Тем более ты ведь рядом!

Рэй не стал сообщать вампирше, что он рядом лишь сейчас.

— Лучше пока не выходи из Храма, — предупредил он. — Я не знаю, как отреагирует местное население, они и так сейчас в ужасе от произошедшего в поместье.

Лили серьезно кивнула:

— Хорошо. Как скажешь. Только мне скучно, у тебя есть что почитать?

— А что ты любишь?

Она бросила на него игривый взгляд.

— То, что я люблю, у тебя точно нет, — хихикнула она. — Давай, что есть.

Рэй вернулся к себе и вытащил из сумки томик баллад с приключениями одного древнего героя. Когда Лили увидела книгу, то глаза ее расширились.

— Ого, а ты не безнадежен, хоть и жрец, — выдохнула она и прижала к себе "нескучную" книгу. Рэй мысленно задался вопросом, почему все женщины сегодня столь грубы с ним.

После Лили его ждала еще одна дама, разговор с которой был самым важным. Послушник заглянул к Рэю и сообщил, что графиня пришла в себя. Этого жрец ждал.

Женщина пока находилась в Храме, душа ее еще не до конца оправилась от ран. Рядом с ней, на кровати, сидел ее сын и что-то увлеченно рассказывал. Но стоило только Рэю появиться на пороге комнаты, как графиня отослала Ника вместе со слугой. Жрец прошел внутрь и крепко запер дверь. Женщина расположилась на кровати среди одеял и подушек. Она терялась на фоне белоснежных простыней — лицо ее было бледнее мела, а под глазами появились темные круги, настоящие провалы. Изможденный вид графини, однако, не лишил ее благородной красоты, которой ее наделила природа. Взгляд женщины отражал бурю эмоций, она внимательно следила за гостем, и Рэю подумалось, что графиня даже на смертном одре не потеряла своей стальной воли.

— Как вы себя чувствуете, госпожа Ростар? — спросил жрец, опускаясь на стул рядом с кроватью.

— Лучше. Благодаря вам, — тихо ответила женщина. Ее бледные изящные ручки лежали поверх толстого одеяла и казались слишком хрупкими, особенно запястья.

— Я сделал то, что должен.

Она не ответила, лишь прикрыла на миг глаза. Эта женщина взвешивала каждое слово, прежде чем произнести.

— Ко мне только что заходил жрец Мери, — тихо произнесла она. — Из его слов я поняла, что у вас уже сложилась полная картина произошедшего.

— Да. Я считаю, что это беглые вампиры, они случайно набрели на ваше поместье и решили поживиться свежей кровью. Вашему мужу, к сожалению, не повезло.

Она внимательно посмотрела на него, и в глазах ее отразилась тревога.

— Вы так считаете?

— Я решил поделиться таким мнением.

Она поняла намек, спрятанный в его словах.

— Мне следует благодарить вас дважды. Я не заслуживаю подобного снисхождения.

— Я думаю иначе.

— Вы очень добры, жрец Рэймонд.

— Я не считаю нужным губить души, которые уже познали раскаяние, — с грустью произнес он, глядя прямо в глаза женщины, чей роман с вампиром привел к столь трагичным событиям. — У вас остался сын, он нуждается в вас. Сделайте для него все, что сможете.

— Этим я смогу искупить свои грехи? — тихо спросила женщина, бросая на него взгляды из-под густых ресниц.

— Вы совершили ошибку и уже заплатили за нее. Ваша душа изранена, но любовь и служение другим помогает исцелиться. Вас любят здесь, ваш муж многое сделал для горожан, они поддержат вас, а вы — их. Живите, — посоветовал Рэй.

Графиня внимательно выслушала его, и ее губы чуть дрогнули.

— Благодарю. После ваших слов почему-то стало легче.

— Это мой долг, — со слабой улыбкой ответил Рэй. — Я хотел бы задать вам всего один вопрос и попрошу, чтобы вы никому о нем не рассказывали. Это очень важно.

Графиня едва заметно кивнула. Выглядела она неважно, но держалась стойко.

— Прошу простить, что мучаю вас. Всего две минуты, — поклялся Рэй и достал из-за пазухи тонкую шкатулку-книжицу, в которой находилась реликвия Безликого. Недавно жрец обнаружил интересную особенность этого с виду простого хранилища: раскрытым оно позволяло чувствовать эманации древнего артефакта — видимо, тот долго пролежал внутри и оставил свой отпечаток, — но стоило закрыть крышку, как ощущения исчезали. Рэю доводилось слышать о шкатулках, которые прятали мощь реликвий, но видел подобное впервые.

— Что здесь хранилось? — спросил жрец, показывая крышку шкатулки.

В глазах графини промелькнуло удивление.

— Бабушкина подвеска. Мне она никогда не нравилась, я хранила ее только как память о предках.

— Это подвеска досталась вам от вашей бабушки?

— Да, она хранилась в моей семье несколько столетий. Стоила немало, однако выполнена была уж очень в старом стиле. Я была последней представительницей своего рода, давно утратившего и богатство, и положение. Подвеска — последняя память о прошлом. Я забрала ее с собой, когда вышла замуж. — Графиня умолкла, явно о чем-то размышляя. Спустя несколько минут она осторожно спросила: — Из-за этой подвески вампиры пришли ко мне?

Рэй не стал врать, полагаясь на благоразумие графини, в котором уже успел убедиться.

— Подозреваю, что да. Подвеска исчезла, и вам лучше забыть о ней. Слишком опасно помнить, — осторожно ответил жрец, надеясь, что намек будет понят.

— Я не собираюсь цепляться за прошлое, — многозначительно произнесла графиня. — Еще раз благодарю вас, жрец Рэймонд.

Вместо ответа Рэй лишь ободряюще улыбнулся.

— Берегите себя и Ника, госпожа Ростар. Прошлое пусть останься в прошлом.

Он покинул графиню, думая о том, что в этот раз реликвия Безликого обошлась людям малой кровью. Обычно вокруг таких вещей была гора трупов и много поломанных жизней.

«Впрочем, может быть, все еще впереди», — мрачно подумал Рэй.

***

В дверь тихо постучались — так тихо, что Лили едва услышала.

— Войдите, — крикнула девушка, с интересом ожидая, когда неожиданный посетитель зайдет. Дверь тихо отворилась, и из-за нее появилась личико милого мальчика со светлыми волосами. Ник очень походил на мать, неудивительно, что его все любили. Милый малыш.

— Привет, — улыбнулась Лили, даже не думая слезть с кровати и принять более чинный вид. Пусть этим занимается душечка Рэй. — Заходи, поболтаем.

Ник осторожно вошел и приблизился к девушке.

— А что ты читаешь? — заинтересовался мальчик.

— Историю об одном храбром юноше, который стал настоящим героем, — объяснила Лили. Ей нравились дети, в них еще был свет, который из взрослых жизнь успешно выжигала.

— Хочешь, почитаю тебе? Тут как раз будет битва с огромным чудовищем, — хитро произнесла Лили, наблюдая за тем, как удивленно распахиваются глазки ребенка.