Дарья Коровина – Всё осталось в горах (страница 5)

Разряд я там закрыла, но после почти год думала, а надо ли мне всё это. Съездив в Крым, я поняла, что надо, и решила приехать сюда – в Ала-Арчу. Подруга из старших альпинистов говорила, что здесь прекрасно, если готов. И я готовилась всю осень: тренировалась и лазила на скалодроме, а потом начался аврал на работе и осталась только йога по вечерам. И вот сейчас вера в свои силы таяла так же стремительно, как мы подъезжали к ущелью.

Хотя это место стоило того, чтобы на него просто посмотреть. Но я очень хотела туда – выше. Как и все в этом автобусе.

Асфальтированная дорога закончилась рядом с большим треугольным домом, вокруг которого располагались курортные домики для отдыха. Мы вышли из автобуса в живописном снежном ущелье. Сразу подуло приятным морозцем. Пришлось застегнуть куртку, натянуть бафф на уши и найти перчатки в карманах.

– Разбираем рюкзаки! И идём туда! – услышала я командный голос.

– Куда туда? – переспросила, вставая в очередь к багажному отделу.

– Ну, туда, – усмехнулся Витя, махая куда-то в сторону гор, – куда …

– Вот девушки, зачем вам такие огромные рюкзаки? – спросил меня мужчина явно в клубе за сорок в чёрной куртке и шапке, подавая мне мой рюкзак и помогая его надеть. Это было очень галантно с его стороны.

– Да, брось ты, это же дамский ридикюльчик, – отмахнулась я, привычно присаживаясь под его весом и немного встряхивая. Рюкзак, казалось, стал ещё тяжелее.

– На 80 литров? – удивлённо переспросил кто-то из парней у меня за спиной.

– Ну, а куда по-твоему поместится фен? – вступилась Маша, которая так же вскидывала на себя рюкзак с помощью галантного мужчины. У неё, похоже, был на 65 литров.

– Зачем тебе фен?

– Что у вас там за фен? – раздался более удивлённый голос из очереди.

– Харе разглагольствовать! – тормознул очередную перепалку инструктор в очках, – пошли есть уже.

– Есть? Нас ведут кормить?

Эта новость значительно ускорила процесс, и, следуя за толпой, мы с Машей пошли к большому домику.

На крыльце курил мужчина в красной потрёпанной куртке и в чёрной шапке. Судя по манерам – главный лагеря:

– Так, строиться! – будничным тоном скомандовал он, неспешна затягиваясь, смотря, как мы пытаемся собрать «линейку». Не по росту и не совсем ровно, но выстроились. Альплагерь хоть и коммерческий, но хранил советские полувоенные традиции.

– Начспас? – уточнила я в полтона у соседа справа.

– Угу, – ответил мужчина, подтягиваясь.

Начальник спасательного отряда – самый главный человек в лагере. Буквально верховный главнокомандующий на время сборов. По одному его слову любого могут выпереть из горного района, и не важно, сколько денег он заплатил. Именно этот человек отвечает за безопасность всех участников, он даёт выпуск на восхождения, разворачивает с маршрута и отвечает, если что-то пойдёт не так. Поэтому приказы начспаса на время смены – закон. Именно от его отношения и манеры зависит дисциплина в лагере.

– Приветствую вас, спортсмены, на третьей зимней смене… – как-то по-военному и формально начал он свою речь, – сейчас отряхиваем ботинки на лесенке, проходим внутрь, у дивана скидываем рюкзаки, на столик слева ложим свои альпкнижки…

– Кладём, – не очень громко поправил какой-то смелый «учитель русского языка» из шеренги.

– … ложим, – громко и с насмешкой повторил начспас, – вы не в школе и не в России, если я сказал ложим, значит ложим альпкнижки и идём в столовую обедать. Надеюсь, среди вас нет веганов. – Он убрал окурок сигареты, – И тут все нормальные мужики, – потом посмотрела на нас с Машей и добавил, – и девчонки. Так что всем приятного аппетита. Заходите!

Махнул рукой на дверь.

«С дисциплиной в лагере будет всё окей», – поняла я, следуя распоряжению.

Домик, похоже, являлся гостиницей с шикарным интерьером, витражными видовыми окнами, хрустальными люстрами, паркетом и коврами на полу.

– А разуваться тут не надо? – сдавленно спросила я, неуверенно проходя, отдавая свою альпкнижку.

– Ну, ты же ботинки отряхнула, – съязвил инструктор в очках.

Ощущение большого мягкого ворса под тяжёлыми ботинками было очень странным, и мне было как-то стыдно, тут же можно босиком ходить. Но другие участники не задавались таким вопросам, проходя в ботинках в шикарную столовую с резными столиками, скидывая куртки на диван в углу и рассаживаясь по местам.

– Даша! – позвала меня Маша, заняв место за столиком рядом с пермяками.

– Что-то я в шоке, – призналась я, присаживаясь.

– Я тоже, – поддержала девушка, – Ты видела ковёр на полу?

– Я его сквозь ботинки чувствовала…

– Господи… женщины, – прокомментировал наше обсуждение парень с бородкой за соседним столом.

Все разговоры закончились, когда стали подавать блюда и столовая наполнилась звоном ложек и чавканьем. Передо мной поставили суп, а на столе стояли большие тарелки с салатами. От запаха горячей еды я резко осознала, что очень голодная, и накинулась на еду.

– А что там с веганами-то? – раздался вопрос с другой стороны зала.

– Их съедят, – ответил ему мужской голос с другого конца.

– Первыми, – я не удержала язык за зубами.

– Так у нас же нормально с провизией, – возмутился кто-то из девчонок.

– Ну, теперь точно нормально, – усмехнулся Витя, если я правильно узнала его голос.

Едкие смешки пошли по столам.

– Так? – зашёл в столовую начспас, – какие-то есть вопросы по веганам?

Все притихли. Я даже не поняла были ли вопросы или народ решил пошутить, но все молча, продолжали активно бренчать ложками. Кормили и правда очень вкусно.

– Походу, его прям сейчас и съедят, – усмехнулся Лёша, не поднимая головы.

– Как-то это не очень, – так же тихо возмутилась Маша, – это что получается, если человек не ест мясо, он голодный останется?

– Пускай салат жуёт с картошкой, – ответила я, принимаясь за свою картошку с мясом в тарелке. Салатик я уже доела. Если так дальше дело пойдёт, то меня можно будет отсюда выкатывать.

– Просто само отношение…

– Да ладно, его же не послали, – ответил Сергей.

– И даже не избили, – поддержал Лёша.

– Пока, – саркастично ответила я, поддерживая товарищей с Урала. Суровость у нас была явно региональная.

– А этого мы не знаем, – поддакнул Витя из-за соседнего столика.

– С вами невозможно, – тихо хихикая, заметила Маша.

После обеда мы снова попытались выстроиться в шеренгу в зале. Места не хватило, пришлось встать в два ряда.

– Так, «страшноразрядники» на заселение, – скомандовал начспас, – остальные к Юре на распределение.

Наши ряды поредели. Парни и пара девчонок пошли забирать свои рюкзаки и толпиться на выход. Большая часть осталась. Страшноразрядниками называли тех, кто имел закрытый второй разряд и выше. Те, кто имел право ходить без инструктора. Мне бы ещё пару «троек» и одно руководство группой на «двойке» и я тоже буду такой. Симпатичный парень в красном, балагурный парень Влад и ещё пара примелькавшихся мне ребят ушли. В ряду остались мы с Машей, пермяки, Витя, девчонки, которых я обещала заплести и ещё с десяток малознакомых мне лиц.

За столом сидел инструктор в очках, кажется, его зовут Юра, напротив него – несколько стопок альпнижек. Рядом стоял Рома из автобуса и незнакомые мне трое: невысокая девушка худощавого строения с острыми чертами лица и двое мужчин.

Юра называл фамилии и направлял к инструкторам. Внимательно слушая, я ожидала свою, переглядываясь с Машей.

– Если что, можем попроситься в одно отделение, – предложила я ей.

– Ну, если не распределят, то спросим, – кивнула она.

Витю и пермяков распределили вместе под руководство Ромы, а мы с Машей попали к Юре.

***

Собравшись в небольшой комнатке, мы начали знакомиться. Нас было пятеро: мы с Машей, возрастной мужчина по имени Костя, почти его ровесник Дима и достаточно молодой, молчаливый парень Вова.

– У вас у всех закрытый «третий», но какой-то «винегрет» в книжках, – сказал Юра, присаживаясь на стол, – так что давайте познакомимся и всё-таки решим, что хотим ходить и что реально можем. Даша? – крутил он мою голубую книжку в руках.

– Мне нужны «тройки» для разряда, – пожала я плечами, – но я с декабря не лазала, понимаю, что начнём с «единичек» и «двоек», а там чем больше схожу, тем лучше.

– У тебя большие перерывы, – листал Юра мою книжку, – и в Туюк-су мало сходила…