Дарья Кочерова – Тени заезжего балагана (страница 54)

– Вижу, новые покои пришлись вам не по вкусу, ваше высочество наследный принц?

Тэцудзи почувствовал, как у него упало сердце. Этот человек, кем бы он на самом деле ни был, и впрямь прекрасно знал, что творил!

– У тебя хватает наглости так со мной обращаться, даже зная, кто я такой? – процедил принц. – За твоей казнью я буду наблюдать лично, паршивый пёс.

Араки расхохотался, словно понял всё то, что сказал ему принц.

– Я себе и не такое позволю, если не будешь слушаться и делать то, что велят, – тон его стал грубее, и на лице Араки не осталось ни следа недавнего веселья.

Демоны его раздери, Араки и правда понял каждое сказанное принцем слово! И почему из всех людей в империи речь Тэцудзи в мартышечьем теле понимал только этот самодовольный ублюдок?

Тэцудзи чувствовал, как при виде виновника всех его злоключений в нём начала подниматься волна гнева. Ему стоило немалых усилий сдержать её. Нельзя поддаваться бессмысленной ярости, пока он не разузнает как можно больше о своём противнике.

– Кто ты такой и зачем я тебе нужен? – Принц горделиво вздёрнул залитый кровью подбородок – пусть этот гад увидит, что его так просто не сломить!

– Ах, как невежливо с моей стороны, – в притворном изумлении всплеснул руками похититель и отвесил глумливый поклон. – Рюити Араки к вашим услугам.

Принц не оценил его чувство юмора, но Араки это, похоже, ничуть не обескуражило.

– А вот о целях вашего пребывания здесь я сказать не могу. – Он игриво подмигнул Тэцудзи. – Это большая тайна, маленький обезьяний принц, так что рот на замок!

– Ещё раз так назовёшь меня, ты!.. – Тэцудзи бросился на прутья клетки, и они отозвались нестройным звоном.

Рюити Араки расхохотался.

– И что ты мне сделаешь? – Он так близко наклонился к решётке, что в глубине его глаз Тэцудзи увидел клубившийся там мрак. – Попытаешься откусить мне палец?

Принц заходился бессильным гневом, но умом сознавал, что и впрямь не сможет достать Араки, пока не выберется из клетки. Поэтому ему только и оставалось, что смерить противника грозным взглядом.

– Расскажи хотя бы, что это за место, – это не была просьба – принцу лишь хотелось вытянуть из своего похитителя как можно больше сведений, которые могли бы пригодиться позднее.

На этот раз Араки ответил без глумливой улыбочки:

– Это балаган госпожи Тё.

– Кто она такая?

– Хозяйка этого места, – теперь Араки откровенно измывался над ним, но принц старался больше не вестись на его уловки.

– А ты тогда кто? Мальчик на побегушках?

Губы Араки растянулись ещё шире, и принца пробрала ощутимая дрожь – такая в ухмылке колдуна читалась неприкрытая угроза.

– Не советую тебе злить меня, маленький обезьяний принц. Госпожа Тё велела не причинять тебе вред. Но я всегда могу сказать, что наказал тебя за плохое поведение… и немного увлёкся.

Тэцудзи заскрежетал зубами от злости, но и на этот раз не стал нарываться на ответную грубость. На лице Араки читалось превосходство, и оттого принцу лишь сильнее хотелось врезать ему.

Но вместо этого он спросил:

– Почему ты можешь понимать меня?

Такого вопроса Араки, похоже, не ожидал, потому что на его лице промелькнуло удивление.

– Тебя могут понимать все, кто владеет силой.

– Какой ещё силой? – нахмурился Тэцудзи. Речь шла явно не о телесной силе, иначе все крепыши-матросы на «Гордости империи» смогли бы понимать каждое его слово, а не слышать вместо них череду обезьяньих воплей.

– Видимо, в твоём недолгом путешествии тебе не встретился ни один колдун, – усмехнулся Араки.

– Вот оно что, – протянул Тэцудзи. – А твой прихвостень в соломенной шляпе, выходит, тоже колдовское отродье, как ты и твоя хозяйка? Как там её… госпожа Тё?

Араки ничего не ответил: лишь тень набежала на его лицо. Но принц всё не унимался. Колдун сказал, что пока убивать его не станет. Значит, можно постараться довести его, чтобы он разболтал ещё что-нибудь полезное.

– И зачем беглым колдунам, которые скрываются от тайной полиции в каждой щели, как грязные крысы, вдруг понадобился Фусецу? – продолжал допытываться принц. – Твой дружок в соломенной шляпе так невежливо потревожил меня и всё пытался выведать, где отец держит меч. Да только, вот незадача, даже наследный принц не знает, где хранятся императорские регалии, ха-ха-ха!

На самом деле принцу было совсем невесело. А уж от взгляда, которым наградил его Араки, у него сердце ушло в пятки, но остановиться он уже не мог. Терять Тэцудзи всё равно было нечего, так что следовало «дожать» этого колдуна до конца.

– Думаешь, ваших колдовских силёнок хватит, чтобы свергнуть моего отца? Хотите устроить новую смуту, как когда-то клан Мейга?

– Берегись, маленький обезьяний принц. – Араки нехорошо прищурился. – Пока ты не отыграл отведённую роль, и потому за свою жизнь можешь не бояться. Но всё способно измениться быстрее, чем ты думаешь. Никто не знает, что ты здесь. Никто не поможет тебе. Если госпожа Тё сочтёт, что ты нам больше не нужен… О, поверь, в ту минуту смерть покажется тебе избавлением. Вот только так просто ты её не получишь. Спроси у этих духов, если не веришь мне, – они расскажут тебе, что случается с теми, кто перестаёт приносить пользу нашему делу.

Тэцудзи замер, не в силах пошевелиться. Все дерзкие слова, которые он намеревался бросить в адрес Араки, комом застряли в горле. Ужас ледяными когтями сжимал сердце – теперь принц осознал, почему отец так боялся колдунов и почему тайная полиция истребляла всех, до кого могла добраться. Если даже один этот тип наводил такую жуть, что можно сделать против целой шайки колдунов?

Араки же скривился, словно его вдруг одолела скука. Тэцудзи заметил, что выражения лица этого человека менялись слишком быстро – словно Араки был актёром, который репетировал своё очередное выступление перед публикой и не мог определиться, какая же личина больше ему подойдёт для следующего выхода на сцену.

«Или же он совсем псих», – мрачно добавил про себя принц. Такой вариант тоже исключать было нельзя: не станет законопослушный житель Тейсэна устраивать заговор против правления новой династии Тайга.

Кто-то из колдунов, выходит, всё-таки затаил на его отца злобу, раз Араки и его приспешники решили поквитаться с императором за то, что он заклеймил их преступниками. Тайная полиция появилась не на пустом месте. Поначалу они отлавливали всех недобитков клана Мейга, а потом взялись и за остальных колдунов – даже тех, которые в своё время не примыкали к мятежникам.

У Тэцудзи сжалось сердце. Если дела и впрямь обстояли так, как он предполагал, то колдуны наверняка похитили его, чтобы в их руках оказался рычаг давления на императора. Вот только этим идиотам невдомёк, что отец палец о палец не ударит ради того, чтобы вытащить своего непутёвого сына. Окажись на его месте Така́си, император бросился бы даже в пасть дракона, лишь бы вызволить своего любимца. Но брата уже давно не было в живых, и год от года отношения между отцом и Тэцудзи становились всё более отчуждёнными…

Голос Араки вывел принца из раздумий:

– Сегодня у нас большое представление, поэтому кричи не кричи, никто тебя не услышит. – Губы колдуна искривила усмешка. – А надумаешь ещё раз попытать счастья и сбежать – я посажу тебя на цепь.

В подтверждение своих слов Араки и впрямь звякнул цепью, обвязанной вокруг талии, – раньше она была скрыта в складках пояса, и потому Тэцудзи её не замечал.

– Только учти, цепь эта непростая. – Улыбка тут же исчезла с лица Араки, и тон его стал более вкрадчивым, более угрожающим. – Она будет забирать твои силы и оставлять ровно столько, чтобы ты не отошёл в Страну Корней.

С этими словами Рюити Араки удалился, а принцу только и оставалось, что скрипеть зубами от бессильной злости.

– Я тебя достану, гад! – приговаривал Тэцудзи, в красках представляя, как, приняв свой человеческий облик, свернёт Араки шею. – Клянусь доблестью Дракона, я до тебя доберусь, вот увидишь!

Он никому не позволит безнаказанно себя унижать. Никому и никогда.

– Так ты что, и впрямь наследный принц? – тихо спросил Ясу, когда снаружи затихли шаги колдуна.

Ёкай снова подобрался поближе к прутьям: лик его волчьей маски чуждо мерцал в полумраке шатра.

Тэцудзи лишь кивнул в ответ: на разговоры сил больше не осталось. Он ослаб и был голоден, его снова мучила боль в раненой лапе. Принц боялся за свою жизнь и за всё, что отец строил в течение стольких лет. Тайга-но Ёмэй вложил много сил в процветание империи и налаживание добрососедских отношений с Глэндри и Хьордландом. И теперь какие-то колдуны собирались снова попрать всё, за что сражались защитники столицы почти четверть века назад. Уничтожить до основания наследие его отца…

– Но ведь от тебя совсем не пахнет человеком, – продолжал Ясу. – Ты даже Фуюмэ умудрился ввести в заблуждение – а ведь она дух воздуха, и такие вещи от неё не скроешь.

Смысл сказанного дошёл до Тэцудзи не сразу. Он вдруг вспомнил свою встречу с Оонамадзу и слова исполинского сома о чудесных свойствах вод озера Бива. В ту пору Тэцудзи не придал им особого значения, он смертельно замёрз и устал. К тому же все его мысли занимала дорога до Ганрю, которая тогда казалась ему долгой и изнурительной.

Но теперь Тэцудзи по-новому взглянул на произошедшее с ним той злополучной ночью во дворце. Раз искупавшийся в водах озера Бива принц до сих пор оставался в мартышечьем теле, выходит, никто и впрямь его не проклинал.