Дарья Кочерова – Тени заезжего балагана (страница 42)

Но вот мужчина со шрамом не торопился присоединяться к веселью своего главы. На лицо его набежала мрачная тень, и он проговорил:

– Я не верю ни единому слову этого человека, оябун. Откуда нам знать, что он говорит правду?

К тому времени Итиро Хаяси перестал смеяться, и теперь испытующе смотрел на Горо.

– В словах Ёсио есть доля истины, Ямада. Что ты на это скажешь?

Следовало как можно скорее придумать наиболее разумное объяснение случившемуся, и сделать это так, чтобы якудза поверили ему. Как бы Горо ни презирал ложь, теперь у него не было другого выхода. Страшно было представить, что якудза могли сделать с ним – безродным человеком, от которого отвернулась даже вскормившая его обитель и за которого вряд ли кто-то заступится в чужом городе.

Чтобы дать себе больше времени на раздумья, Горо решил зайти издалека:

– Ваша дочь может видеть духов, господин Хаяси. А такие люди всегда особенно уязвимы для происков злобных ёкаев. Даже хорошо обученный и опытный воин будет не в силах защитить вашу дочь от всех опасностей, которые могут ей грозить. Вот почему я согласился помочь молодой госпоже Хаяси и встать на её защиту.

О-Кин с мрачным удовлетворением закивала. Похоже, ёкай осталась довольна его речью.

Лицо же Итиро Хаяси вытянулось.

– Кто-то угрожает Уми? – На сей раз в его голосе слышалась неприкрытая тревога. – Что ты об этом знаешь?

– Пока что не так много, как хотелось бы, – тут Горо говорил совершенно искренне: он и впрямь практически ничего не знал о проклятии, настигшем Уми. – Этим утром на правом предплечье вашей дочери появилась странная отметина. Похоже, на неё положил глаз какой-то сильный дух и оставил на ней отпечаток своей силы, чтобы потом добраться до молодой госпожи.

– На правом предплечье? – теперь настала очередь Ёсио побледнеть. Похоже, теперь до него дошло, почему Уми закричала, когда он схватил её за руку.

– Вы не могли знать об отметине, а я не успел вас предупредить, – ответил Горо. – Просто знайте: чем чаще отметины будут касаться, тем быстрее она наберёт силу, подпитываясь вашей жизненной энергией в том числе.

Якудза принялись тревожно переговариваться вполголоса, и Горо, воспользовавшись моментом, скосил глаза в ту сторону, где недавно сидела О-Кин. Ёкай исчезла так же тихо, как и появилась, чему Горо ни капли не удивился. Духи всегда приходили и уходили, когда им заблагорассудится, чем напоминали бродячих котов. Даже если ты прикормишь такого и тебе будет казаться, что ты подружился с ним, рано или поздно зверь улизнёт по своим делам, и удержать его тебе не удастся, как ни старайся.

Об одном лишь пожалел Горо – что не успел узнать у дзасики-вараси о состоянии Уми. Как она себя чувствует? Нужна ли ей помощь, чтобы облегчить боль от проклятой метки? Якудза, судя по всему, пока отпускать его не собирались, и Горо с трудом удалось сдержать досадный вздох. Он чувствовал, как уходит время, как оно утекает сквозь пальцы, словно высохший на солнце речной песок…

Жаром полыхнул амулет, надёжно спрятанный под одеждой. Сегодняшнее колдовство не прошло для Горо бесследно, но он знал, на что шёл.

«Ещё один день, – мысленно взмолился Горо, толком не осознавая, к кому именно обращается. – Дай мне хотя бы ещё один день…»

– Спасибо, что открыл нам глаза на случившееся, – снова заговорил Итиро Хаяси, и Горо поднял на него глаза. – Впредь мы будем осторожнее. Но всё же это не объясняет главного: почему Уми сбежала из дома и вернулась так поздно.

– Сбежала? – изумление Горо было непритворным. Он и подумать не мог, что она могла решиться на подобное безрассудство! Судя по недовольным лицам Итиро Хаяси и Ёсио, даже среди якудза такое вольнодумие не особо поощрялось.

– Уверяю вас, если бы я знал об этом, то непременно поспешил бы вернуть её домой! – горячо заверил Горо. – Я лишь хотел помочь ей и не думал, что всё так обернётся. Раньше мне не доводилось сталкиваться с подобными… происками злых духов, и потому я отвёл вашу дочь к своему собрату по учению. Его зовут каннуси Дзиэн, и он сможет подтвердить каждое моё слово. Мы провели в святилище Луноликой Радуги, где служит Дзиэн, гораздо больше времени, чем я рассчитывал, и потому вернулись так поздно. Прошу прощения, что доставил вам беспокойство.

И Горо низко поклонился, чуть ли не коснувшись лбом татами.

– Дзиэн… Это имя мне уже доводилось слышать прежде, – задумчиво пробормотал Итиро Хаяси. – Вот только где? Демоны бы побрали мою память: чем больше седины появляется на висках, тем легче забываются люди, которых я когда-то знал.

С этими словами он потянулся к небольшой шкатулке, стоявшей на низеньком столике, и достал оттуда длинную и тонкую глэндрийскую сигарету. Похожие курил человек, под началом которого Горо работал в Цуяме.

Ёсио чиркнул спичкой и поджёг сигарету. Итиро Хаяси глубоко затянулся, а затем выдохнул клубы горького дыма. Ёсио чуть приоткрыл сёдзи, чтобы впустить в комнату немного свежего воздуха.

– Вспомнил, – возвестил Итиро Хаяси после третьей по счёту затяжки. – Моя жена часто ходила в то святилище. Как, ты сказал, оно называется?

– Луноликой Радуги, – подсказал Горо, и отец Уми закивал.

– Да-да. И каннуси этот, Дзиэн, уже в ту пору там служил – Миори часто про него говорила. Да-а…

Итиро Хаяси снова погрузился в раздумья. Теперь, когда он получил все необходимые разъяснения, лоб его разгладился, а напряжение на лице сменилось чем-то, неуловимо напоминавшим ностальгию. Похожее выражение Горо не раз видел у своих братьев по учению. Многие из них с теплотой вспоминали о своей малой родине и однажды мечтали вернуться туда, стать каннуси, молиться Великому Дракону и помогать по мере сил простым людям.

Горо же некуда было возвращаться, а о многом, что было с ним когда-то, он предпочёл бы забыть навсегда. Деревня Сёбара, затерянная среди горных вершин, обветренные и такие знакомые лица стариков, поля, засеянные редькой и рисом… И безмолвные могильные камни, которым некому теперь было даже поклониться и оставить подношения.

Амулет на сей раз больнее прижёг его кожу, и Горо поморщился. Похоже, призраки прошлого будут следовать за ним до самой смерти, не давая ему забыть о том, чему он стал виной…

– И что же сказал этот каннуси? – голос Итиро Хаяси снова вывел Горо из тяжёлых раздумий. – Как можно помочь моей дочери?

– Нужна кровь ко… ёкая, который проклял её, – чуть не проговорился Горо. – Но сначала его надо отыскать.

– Не знал, что у духов тоже бывает кровь, – нахмурился Итиро Хаяси.

– Они практически ничем не отличаются от людей – ёкаи так же могут заболеть и умереть, – пояснил Горо. – Всё отличие заключается лишь в том, что каждый дух может обращаться к магии.

«Раньше так могли и люди, но среди нашего рода магия почти иссякла», – закончил про себя Горо. Ни к чему было утомлять якудза подобными разговорами. Вряд ли они сумели бы осознать, какие беды и потери несло с собой оскудение магии.

– Ладно, парень, – Итиро Хаяси хлопнул себя по коленям, – ты меня убедил. Можешь и дальше выполнять свою работу по защите моей дочери. Если сумеешь отвадить от Уми этого злого духа до Обона, я хорошо заплачу тебе.

– Не ради денег я согласился помочь, но потому, что это мой долг, – возразил Горо.

Ёсио картинно закатил глаза, но Итиро Хаяси этого не заметил.

– Только у меня есть одно условие, – продолжил он. – До той поры ты должен оставаться здесь, при усадьбе, и всегда быть рядом.

– Оябун, позвольте, – начал было Ёсио, но отец Уми прервал его одним взмахом руки.

– Я уже услышал все твои возражения и принял их к сведению. А теперь ты меня послушай. Что ты будешь делать, если этот ёкай попытается пробраться сюда? Кто даст ему отпор и защитит мою дочь? Духов не испугать нашими мечами и револьверами, это любой дурак тебе скажет. Колдунов среди моих людей нет, так что рассчитывать мы можем только на Ямаду.

Ёсио снова недобро сверкнул глазами, но возражать больше не стал. Горо уже не раз доводилось испытывать на себе чью-либо неприязнь, и потому к поведению Ёсио он решил относиться с подобающим смирением. На всех не угодишь, а искать среди якудза друзей Горо не намеревался. Хватит и того, что он вёл себя с ними со всей возможной учтивостью.

– Благодарю за доверие, господин Хаяси, – склонил голову Горо. – Я вас не подведу.

– Вот и прекрасно. – Итиро Хаяси поднялся и направился к выходу из чайной. – Ёсио покажет, где ты будешь ночевать, и разъяснит все правила, которые приняты здесь, у нас.

Он открыл двери и о чём-то тихонько переговорил с охранником. От услышанного лицо Итиро Хаяси снова помрачнело, и он поманил Горо к себе.

– Но прежде ты осмотришь Уми и скажешь, как ей можно помочь, – велел он. – Мои люди сказали, что, несмотря на все усилия лекаря, в себя она так и не пришла.

– В таком случае мне бы пригодился посох.

Итиро Хаяси дал знак одному из охранников в коридоре, и тот вскоре вернулся с посохом. Когда тёплое дерево привычно легло в руку, Горо почувствовал, как на него снизошла уверенность, остатки которой он почти растерял в непростом разговоре сначала с тайной полицией, а теперь и с якудза.

Так было всегда: стоило коснуться посоха, как Горо начинало казаться, что его давно почивший учитель снова рядом, снова готов помочь и дать совет.