Дарья Грач – Нью-Девенпорт 2107 (страница 10)
«Беги! Ноги в руки и пошла, скорее!»
Сердце отбивало бешенный ритм, заглушая музыку. Но в каком-то пьяном бреду я не слышала свой внутренний голос. Не сразу даже осознала, что уже медленно шагаю к танцполу.
Девушка крепко держит за руку, идет впереди, но оглядывается и улыбается. И вот через мгновение мы в центре толпы друг напротив друга. Вокруг извиваются тела, музыка опьяняет еще сильнее. Я пытаюсь оглядываться, зацепиться за что-то или кого-то взглядом, но нахожу лишь милое личико напротив и уже не могу отвести взгляд.
Она такая красивая.
Незнакомка танцует, поднимает руки, виляет бедрами. Взглядом она умоляет повторять за ней. И я начинаю повторять. Неумело, скованно, намного медленнее, чем толкает музыка, но девушка напротив начинает улыбаться еще шире.
Я отчетливо видела страсть в ее глазах и уже не могла точно определить, притворяется ли она.
Девушка приблизилась вплотную, игриво заглядывая в мои глаза, я почувствовала сладковатый запах ее пота и горячее дыхание на своем лице. Постепенно наши движения в танце стали синхронными. В какой-то момент я вздрогнула будто от удара током, ощутив прикосновение тонких пальцев к своему животу, но незнакомка поспешила высвободить руки из под моей толстовки, при этом звонко и коротко посмеялась.
В ее раскрытой ладони вдруг откуда-то появилась ярко-желтая таблетка, и девушка протянула ладонь ближе ко мне. Я знала, что это, и скорее уже автоматически, не осознав до конца происходящее, закачала головой, делая шаг назад. Но наше расстояние вновь сократилось, поскольку незнакомка приблизилась вновь, впрочем, не настырно, скорее с какой-то заботой и привязанностью. Она тут же подхватила таблетку с ладони и нарочно медленно уложила ее себе же на язык. Ее широкая улыбка говорила сама за себя – этой молодой девушке хотелось веселья и только.
Она перехватила мои руки и уложила их к себе на талию, а сама так же поступила со мной. Под моими руками извивалось такое горячее живое тело в такт сводящей с ума музыке.
Ее лицо вновь так близко, но уже потеряло четкость.
Я вспомнила сладкое послевкусие ее помады на сигарете и мне захотелось попробовать еще раз, попробовать больше. Девица словно бы только и ждала этого, потянувшись ближе. И спустя миг я ощутила ту самую сладость, показавшейся приторной. Ни разу в жизни я не пробовала на вкус натуральный мед, но в тот момент я подумала, что скорее всего на вкус он именно такой.
Не представляю, сколько времени прошло. Казалось, из-за чар совершенно незнакомой мне девчонки я забыла разом всю прошлую жизнь и жила только этим моментом. Я не помнила, зачем я пришла в этот клуб, почему у меня до сих пор щипало глаза и почему мне хотелось кричать.
И вдруг мой язык защекотала знакомая кислинка. Глаза распахнулись, но я не видела ничего – все фигуры танцующих людей слились в яркие пятна. И в какой-то миг разом обрушились все те болезненные воспоминания за прошедший день. Лицо незнакомки исказилось, на ее месте стояла Бетси. Не та красотка, которую я любила, а ее бледная оболочка, запачканная темными пятнами и исполосованная алыми росчерками от острого лезвия. Она смотрела на меня с осуждением.
Я сильно и резко оттолкнула от себя незнакомку, часто моргая и пытаясь прогнать морок. Поздно. Та мельчайшая доля наркотика, что передалась мне через поцелуй, уже властвовала над сознанием, издеваясь и подкидывая яркими вспышками новые картины из недавнего прошлого.
–Эй, ты чего?!
Голос незнакомки уже не был таким сладким и игривым. Я даже не сразу поняла, что мой толчок был слишком сильным, кажется она упала на пол.
Меня сильно затрясло.
Вдруг кто-то ухватил меня за предплечье. Не раздумывая и секунды, я выдернула руку, а вторую сжала в кулак и замахнулась в того, кто стоял рядом. Не промахнулась, точно в челюсть.
–Угомонись!
Подошли сзади, обхватили обе руки за локти, вынуждая меня сорваться на яростный крик. Резкий рывок назад и затылком я ощутила чей-то хрустнувший нос.
Чужие крики заглушили музыку окончательно. Перед глазами плыло. Я едва держалась на ногах, но была готова сопротивляться до последнего.
А потом толкнули в спину. Я упала на колени, успев выставить руки перед собой. Попытку подняться пресекли еще одним пинком в живот. По инерции я повалилась на бок. Но третий удар по голове разом погасил все сияющие софиты, заглушил все звуки, отправляя в холодную, темную и непроглядную пустоту.
Вечер в клубе продолжался, будто ничего не произошло. Я слышала приглушенные ритмы музыки, как будто бы в уши натолкали вату.
Руки онемели, длительное время находясь за спиной и связанные жгутами. Малейшая попытка пошевелиться отдавалась неприятной болью по всему телу.
Я потерла саднящей щекой о шершавую стену подсобки, куда меня, судя по всему, сгрузили дожидаться оперативников. Над головой одинокая щелкающая лампочка, по углам стеллажи с бытовыми принадлежностями для уборки. Сыро и пахнет хлоркой.
Снова подступает тошнота.
Лишь одно могло меня радовать в таком положении – эффект наркотика прошел. Чего не сказать о чувстве опьянения и дикой сухости во рту.
За дверью послышались шаги и голоса.
–Вот, пришли,– дверная ручка скрипнула, за ней повторили и петли, на как-то момент музыка стала громче, но потом снова затихла, когда дверь закрылась, а надо мной не возвысились две темные фигуры.
–Я спросил у ребят, кого она успела отколошматить, они вроде заявлять не хотят. Видать, мамки не в курсе, где они торчали. Но забрать надо, сам понимаешь, а то она одна целой отсюда не выйдет.
Я прищурила один глаз и зыркнула вверх. В говорящем признала бармена, немолодой, но все еще обаятельный мужчина с аккуратной рыжей бородкой и в дорогом фартуке из эко-кожи. Он торопился, живо поменялся местами с вторым пришедшим, уже приоткрыл обратно дверь, собираясь выходить.
–Понял, понял. Не переживай, отвезу в отдел, там разберутся.
Голос показался мне знакомым.
Я снова посмотрела вверх, но яркий свет от лампочки больно кольнул глаза, пришлось отвернуться.
–Ну добро, я тогда пошел. Вон ее одежка.
Дверь снова хлопнула. Оставшийся человек обошел комнатку по периметру, остановился напротив меня, прислоняясь спиной к стене.
Я склонила голову на бок, как было менее болезненно, взглядом зацепилась за ноги пришедшего. Недорогие классические ботинки. Такие же я видела утром на одном пареньке. Брюки, пальто, вышедшее из моды еще лет 70 назад.
Не-ет, не может быть…
Я медленно подняла взгляд выше, а стоило увидеть лицо стоящего напротив меня, я вдруг как никогда захотела провалиться сквозь землю. Не сдержала брезгливое цоканье языком, после чего опрокинула затылок к стене.
–В городе тысячи сотрудников, почему должен был приехать именно ты?
Декарт устало растянул губы в подобии улыбки, и держа руки в карманах пальто, пожал плечами:
–Кажется, этот город достаточно тесноват.
Нависла пауза. Мы смотрели друг на друга молча. Я понимала на сколько абсурдна выдалась наша встреча с молодым детективом, и да, я испытывала что-то вроде стыда за свое положение, но тем не менее просто не могла себе позволить падать на колени и умолять отпустить и забыть эту ситуацию. Моя тетушка частенько говорила, что чрезмерное чувство собственного достоинства досталось мне от отца.
Что ж, лучшая защита это нападение, так говорят?
–Так значит подрабатываешь еще мальчиком по вызову, да? А ведь должен искать засранца, который, возможно, именно сейчас шинкует очередную девочку.
Я заметила, как парень сжал челюсти. Возможно, стоило все же осторожнее выбирать выражения. И все же я не могла отвязаться от липучей неприязни к молоденькому детективу. И дело вовсе не в нем самом, не в имени, ни во внешности, ни в странном, но, к слову, достаточно необычном акценте. Дело было в его значке. А точнее в том, что тот у него есть. А у меня его нет.
Многие годы подряд пока проходила учение в Медицинском я пыталась попасть в Полицейскую Академию, оставляла анкеты и пыталась сдавать вступительные экзамены. Дело было не в деньгах, я хотела работать в полиции еще до того, как там втрое увеличились оклады. Мною двигал тот самый гнев, то самое желание мести. И я искренне верила, что из меня получился бы настоящий детектив!
Однако, каждый год мне приходили письма с отказом. Получив такое в четвертый раз несколько лет назад, я сдалась. А совсем недавно я по случайности узнала, что мне отказывали лишь по воле тетушки Николь, которая являлась одним из главных лиц в NDPD.
Не мудрено, что наши отношения с ней прилично охладели.
–Слушай, меньше всего я сейчас хочу с кем-либо ссориться,– Декарт снял «умные очки», помассировал двумя пальцами переносицу. Кажется, ни у одной меня сегодняшний день выдался тяжким,– Вот как мы поступим. Я просто отвезу тебя в центральный отдел. Там ты переночуешь и утром тебя выпустят. Договорились?
–А до моего дома ближе.– я улыбнулась и подмигнула.
–Правила есть правила, Харпер. Никто не заставлял тебя устраивать драку к людном месте,– детектив оттолкнулся от стены, взял подмышку мою куртку, а затем он одним легким движением подхватил меня под плечо и вынудил подняться на ноги. В голове тот час заплясали яркие вспышки, а в нос ударил сладкий запах электронных сигарет.
–Может хотя бы руки освободите, детектив Декарт? Или я уже могу хвастаться попаданием в список особо опасных?