Дарья Дияр – Сарсет (страница 9)

– Что тут творится? – спросила она, вцепившись обеими руками в полотенце, а я дала волю слезам, не в силах сказать ни слова.

Подруги переглянулись и, подхватив под руки, повели меня в ванную, которая была наполнена паром и ароматом вишневого геля для душа Мэгги.

Заперев дверь изнутри, мы втроем осели на пол, и девочки обняли меня с двух сторон.

– Лив, что случилось? – шепотом спросила Лилли, когда я перестала поскуливать, как побитая собака.

И я рассказала им все, что произошло с момента, как мы попрощались с Лилли в торговом центре.

Когда я закончила рассказ, на какое-то время повисла тишина, пока подруги осознавали услышанное.

– Нет, ну какой же засранец! – воскликнула Мэган, переварившая информацию первой.

– Лив, почему же ты молчала? Мы бы ни за что не взяли его с собой, – Лилли одной рукой обнимала меня, а второй сжимала свой заветный кулон – подарок Спенсера на их первую годовщину. Она носила его не снимая и при малейшем волнении всегда хваталась за это сердечко.

– Не знаю, – призналась я. – Всю неделю пыталась понять, что с этим делать. Первые дни произошедшее вообще казалось страшным сном.

– Мэгги, у вас все в порядке? – послышался взволнованный голос Рика.

– Мы заняты! – крикнули хором подруги.

Я улыбнулась.

– Нам нужен девичник, – решительно заявила Лилли.

– А сейчас у нас что? – поинтересовалась я, и подруга задумалась.

– Стратегический совет! – подсказала ей Мэгги.

– Точно, – согласилась рыжеволосая активистка.

– И в чем отличие?

– В том, что девичники не проходят на полу ванной, глупышка, – поморщилась Лилли. – К тому же, когда одна из нас сидит с опухшими от слез глазами, а вторая, прости Мэгги, практически в неглиже.

– Кажется, в прошлом году у нас было нечто похожее… – задумалась Мэган, и у Лилли округлились глаза.

– Тебе кажется! – воскликнула она под дружный смех, ведь все мы помнили, кто из нас троих тогда прикрывался мочалкой, пока сохла футболка.

Оставив Мэгги завершать свои водные процедуры, мы с Лилли направились в гостиную, в которой заприметили огромный мягкий диван, едва переступили порог дома.

Подруга вертела в руках расческу, которую прихватила из ванной, и жестом велела мне сесть на диван, чтобы заняться моими волосами. Не успели мы устроиться поудобнее, как в комнате показались Спенс и Рик.

– Лив, ты как? – спросил Рик, внимательно разглядывая меня. – Он не успел тебе навредить?

– Все в порядке, – сказала я и улыбнулась друзьям. – Спасибо вам, что вмешались.

– Мы тебя в обиду не дадим, – сказал Спенсер, присаживаясь рядом с Лилли.

– Эй, не смейте тут устраиваться! – недовольно воскликнула та, сталкивая парня с дивана. – У нас девичник, так что вам придется самим найти себе занятие на вечер.

– Мэгги тоже с вами? – спросил Рик и сразу же помрачнел под взглядом Лилли. – И что мы, по-вашему, должны делать?

– Закопайте в лесу своего друга, – предложила подруга, равнодушно пожимая плечами. – Или посмотрите Гарри Поттера.

– Я еще не дочитал!

– Ты прочитал первые две, – напомнила Лилли и чмокнула в щеку Спенса, который вновь устроился рядом с ней. – Этого времени нам, возможно, хватит.

– Сильно в этом сомневаюсь, – страдальчески вздохнул Рик.

– И сегодня я ночую с Лив.

– Ну уж нет, – прошипела я. – Я не собираюсь портить вам поездку.

– Это не обсуждается, – отмахнулась она. – Завтра будет очередь Мэгги.

– Лилли! – я поймала ее взгляд. – Спасибо, но я посплю на диване.

– Не говори глупостей, – фыркнул Рик. – Если кто и будет спать на диване, так это Марк. А двери во всех комнатах закрываются изнутри.

– Спасибо, – я вздохнула с облегчением. – Где он сейчас?

– В комнате, – ответил Спенс. – Зализывает раны и думает о своем поведении.

– По крайней мере, делает вид, что думает, – добавил Рик.

Не в силах справиться с порывом, я поднялась с дивана и уже шагнула в сторону комнат, когда Лилли схватила меня за руку и встала следом.

– Ты куда? – спросила она взволнованно.

– Я… мне… – замялась я и глубоко вздохнула. – Схожу к нему.

– С ума сошла?! – взвизгнула подруга и вцепилась словно клещ в мое предплечье.

– Да все с ним в порядке, – отмахнулся Рик, поморщившись.

– Это займет всего несколько минут, и я уверена, что он уже пришел в себя, – решительно сказала я, освобождаясь от крепкой хватки подруги.

– Тогда я пойду с тобой, – заявила Лилли, но я только покачала головой и благодарно улыбнулась ей:

– Спасибо, но не нужно.

Лилли в панике посмотрела на Спенсера, и тот молча притянул ее к себе.

Как можно тише открыв дверь, я осторожно заглянула в комнату. Марк сидел на кровати, запрокинув голову и прижимая какую-то тряпку к носу. У его ног стояла раскрытая дорожная сумка, вещи из которой покрывали пол вокруг разноцветным ковром. Присмотревшись, я опознала в тряпке одну из его футболок.

Друзья не могли понять моего желания прийти сюда, но иначе я просто не могла поступить – это все еще был тот Марк, которого я любила. Несмотря на случившееся, невозможно стереть из памяти больше года своей жизни, особенно если ты была счастлива и любима.

Для меня все было по-настоящему.

Сердце сжалось от вида окровавленной футболки в руках Марка, и, оставив дверь приоткрытой – на всякий случай, – я осторожно постучалась, чтобы привлечь внимание, и зашла в комнату.

Брови Марка взлетели от удивления, когда он меня увидел.

– Лив? – прогнусавил он и сел прямо.

– Пришла узнать, как ты, – тихо сказала я, подходя ближе и касаясь его руки, которой он зажимал нос. – Можно?

– Жить буду, – пожал он плечами, не сводя с меня глаз, но руку опустил, и я ахнула от увиденного.

Кожа содрана на переносице, лицо перепачкано кровью, под глазами полным ходом наливались синяки.

– Кровь уже остановилась, можно не прижимать это к лицу, – я осторожно забрала из его руки футболку и положила на тумбочку рядом с кроватью. – Нужно очистить кожу и обработать рану.

Под внимательным и удивленным взглядом Марка я вышла из комнаты, чтобы взять все необходимое. В гостиной повисла тишина, когда ребята увидели меня, но они не стали ничего спрашивать, поэтому я молча принялась исследовать содержимое кухонных шкафчиков.

Через пару минут я уже вернулась в комнату, вооруженная миской с прохладной водой, чистыми полотенцами, самодельным компрессом изо льда и случайно обнаруженной аптечкой, и села на кровать рядом с Марком.

– Давай смоем кровь, – тихо сказала я, опуская одно из полотенец в миску. – Придется потерпеть, наверняка будет больно.

– Не волнуйся об этом, – также тихо ответил он, и я, закусив губу, провела мокрым полотенцем по его лицу.

Начала с шеи и подбородка, где должно было быть не так больно, но все равно боялась, поэтому действовала очень медленно и осторожно.

Когда настал черед верхней части лица, моя рука дрожала, и я чуть ли не плакала от страха и жалости.

– Не жалей меня, – прошептал он и поймал мой взгляд. – Я это заслужил.