Дарья Демидова – Судьбы Антейна (страница 36)

Лара стала есть и наблюдать за Виктором, который становился мрачнее тучи.

— О чём ты думаешь? — спросила она, когда Вик зло усмехнулся.

— Обо всём и ни о чём, — хмыкнул он и, собрав всё свои умозаключения в кучу, решил поделиться с ней: — Во-первых, я хочу знать, кто твоя мать.

— Я не знаю. Отец никогда о ней не говорил. Когда я спрашивала, он отвечал, что она умерла, но была хорошей женщиной. Я даже имени её не знаю.

— А я думал, у меня с мамашей проблемы. Во-вторых, почему в тебе нет магии? Ты никогда не ощущала силу?

— Нет, никогда, — Лара помотала головой.

— И это интересно. Потому что магией пропитана земля, воздух, магия живёт в нас. Да, всем её нужно развивать, приумножать и учиться контролировать. Первые две ступени я пропустил ввиду особенностей. Но я точно знаю, что она в нас, уже когда мы развиваемся в утробе матери. Моро учатся пропускать её через себя и сохранять. Ты когда-нибудь слышала о том, что у моро нет магии? Даже ребёнок может нечаянно создать маленький шарик огня и спалить свои игрушки. И только у тебя её нет. И это странно. Даже, если предположить, что твоя мать, как и моя не из моро, то частица силы должна была достаться тебе от отца.

— Что ты хочешь этим сказать? — напряглась Лара. Виктор сейчас разрушал её жизнь, разбирая камень за камнем. Открывал то, что она пыталась запереть на все замки. И это её пугало.

— Ты понимаешь. И тут меня интересует, что за «иланиа», почему мать тебя так назвала?

— Я же сказала, что не знаю!

— Лара, хватит истерики! Ты не наелась, что ли?

— Ты только о еде и думаешь!

— Хорошо, что я ещё думаю, в отличие от некоторых!

Зарождающийся спор прервал звук хлопающих крыльев, и в пещеру, не снижая скорости, влетел посланник.

— Моня! — радостно вскричала Лара, когда птица приземлилась возле неё и подставила голову для ласки.

— Странно, что без письма, — заметил Виктор, внимательно осмотрев шею птицы.

— Моня не только посланник, но и друг. Может отец послал его нам на помощь?

— И что может сделать этот пернатый? Сожрать всю нашу еду? — скептически ответил Вик, глядя как Моня зацепил длинным когтем лист, на котором лежал плод, и ловко подтащил его к себе.

— Ему тоже нужно кушать и потом, Моня знает команды. Я учила его нападать на цель. Между прочим, он не только плодами питается, он хищник с острым клювом и когтями.

— Ага, хватит с нас ручных хищников, — Виктора передёрнуло от воспоминаний о роглах, сорвавшихся с цепи.

***

Весь день он бродил по Вечному лугу, наблюдая разнообразие жизни на этом волшебном поле. Вик не просто так решил потерять день на отдых. Если он бродил среди высокой травы и цветов, то и дело вглядываясь в пространство за рекой, где виднелся вековой древний лес, пропитанный магией, то Лара предпочла провести день у входа в пещеру. Если Виктор быстро восстановил свои силы, как это бывало не раз, то её ночные приключения вымотали, и он не мог допустить, чтобы дальнейший путь пришлось тащить сестру на себе. Ей был необходим отдых. Поэтому она грелась на солнышке, сняв прочный кожаный жилет, защиту с рук и ног и сапоги. И оставшись в одних штанах и рубашке дремала, подставляя лицо солнечным лучам.

Пока Лара наслаждалась покоем и набиралась сил, Вик пошёл на то поле, где ночью развернулась борьба за жизнь. Воевать, конечно, пришлось в основном Ларе. Не сказать, что его это устраивало. Скорее, он чувствовал себя странно. Вроде как он и сильнее, и опыт в путешествиях накопил немалый, а тут какие-то бестелесные сволочи чуть в Бездну не отправили!

Бирюзовые деревья стояли на том же месте. Слева виднелась туша Ари. Эсен видно не было. Он начал спускаться с холма, с неохотой, останавливаясь и оглядываясь. Слишком сильно было впечатление от прошедшей ночи.

Он отмечал дорожку примятой травы, что взбиралась на холм — это Лара тащила его, спасая от бестелесных тварей. Он хмыкнул, всё-таки у сестры силёнок побольше, чем у некоторых воинов-мужчин.

На пути к роще он увидел место сражения Лары и Эсен. Трава была смята, он обнаружил застежку от защиты и следы крови — видимо, рогл атакуя разбрызгивал кровавую пену из пасти.

Вик направился к месту их недавней стоянки. Вещи были помяты и сломаны, разбросаны по всей поляне, но кое-что уцелело. Он собрал две сумки с запасной одеждой. Нашёл один бурдюк, второй был порван. Охотничий нож Лары валялся в ближайших кустах. Вздохнул, глядя в стеклянные глаза Эсен, и вышел из рощи, проклиная коварные бирюзовые деревья.

Он подошёл к Ари. Неплохо было бы сдвинуть тушу и вернуть свой нож — оружие какое-никакое, может и пригодиться. Тёмным пятном растеклась под животным кровь, застывшие глаза зверя смотрят в небо. Вик был его хозяином недолго, но грусть прошила острым клинком сердце. Вспомнился Фуша. Жив ли он? Или вот так же лежит где-то бездыханно и смотрит остекленевшими, некогда жёлтыми, глазами в рыжеватое небо востока?

Вик сделал несколько неуловимых движений кистями, и потоки магии сорвались с кончиков пальцев. Они коконом опутали тушу Ари и, подняв над землей, перенесли чуть дальше, а затем распались тысячей изумрудных искр.

Виктор взял окровавленный нож, вытер его о траву и заткнул за пояс. Солнце начало садиться, и на горизонте появилось очертание лун. Надо было спешить и вернуться на Вечный луг до наступления темноты. Второй встречи с духами красной рощи он точно хотел избежать.

***

Они лежали почти в темноте и слушали звуки Вечного луга. Виктор создал лишь маленький шарик магии, чтобы свет не мешал спать, но к обоим сон как назло не приходил. Рядом застыл Моня: засунув голову под крыло, птица не шевелилась. Ну хоть кто-то не стрекочет и не скрипит.

— Вик, а что, если мы не найдём обитель? — спросила Лара и повернулась к нему. Виктор лежал на спине, заложив руки за голову, и глядел в потолок.

— Можем и не найти. Мне кажется, что ответ где-то рядом, но он постоянно от меня ускользает. Хотя… Дева сказала, что ты увидишь.

— Бездна! Сколько можно говорить, что я не знаю, о чём она!

— Не истери. Может, ты просто не помнишь нечто важное. Попробуй вспомнить, что ещё она сказала.

— Вик, ты думаешь, я совсем тупая? Я весь день об этом думала и, как видишь, ничего! — Лара села и обняла колени.

— Не надо только строить из себя обиженную женщину. Мы и так в заднице у млега, а ты ещё хочешь окончательно поссориться! Если ты думаешь, что я кому-то расскажу о твоём секрете, то ошибаешься. Я не такая сволочь! Да и не порождение Бездны, а просто обычный моро, как и ты!

— Я уже не уверена, что я моро, — сказала Лара бесцветным голосом и снова легла.

Вик повернулся к ней. Её лицо напоминало маску. Сейчас он понял, что привлекало к ней мужчин. Раньше он считал самой красивой Нору, но красота Норы была мягкой, спокойной, гладкой. Лара была совсем другой — властной, таинственной, её красота была сродни лавовому озеру, в котором хотелось утонуть, обжигающей, но такой притягательной.

Он тряхнул головой, прогоняя странное наваждение, и усмехнулся:

— Как это, не моро? Смотри: красная кожа, наросты на голове, острые зубки, когти такие, что можно гилли без ножей разделывать. Ай!

— Заткнись, Вик, — Лара ткнула Виктора в плечо и, увидев недоумение на его лице, засмеялась.

Он тоже улыбнулся, лёг, потирая ушибленное место. Для Лары всё это было не просто, но он был уверен, что сил у неё больше, чем она думает.

Этой ночью ей ничего не снилось.

Глава 19

Они выехали на холм и увидели её — крепость Амхран. Огромная пятиугольная звезда стояла на краю пропасти, указывая одним своим лучом на долину с невысокой выжженной солнцем травой. Долина простиралась на восток и переходила в каменистую пустыню с россыпью каменных глыб и бурыми растениями вокруг гейзеров.

Сама равнина, на которой расположилась крепость, легла у их ног цветущим, зелёным ковром, где цветы пестрили красками, где острова посадок и рощ выглядели озёрами тени и прохлады, где тёплые ветры колыхали высокие травы, в которых бурлила жизнь.

Высокие стены крепости с башнями и бастионами серой громадой возвышались над этим солнечным краем. В центре стоял замок с круглыми башнями, уходящими шпилями в небо. Над ними развевались флаги Вальгроса — голубые полотна со скрещёнными мечами на фоне солнца, изображённого спиралью.

Сейчас по дороге, которая прямой стрелой влетала в западные ворота крепости, шли колонны пеших воинов, конницы, тянулись обозы с провизией и оружием.

Ещё одна колонна выходила из северных ворот и растягивалась цепью вдоль обрыва. Возле холма дорога спускалась в долину извилистой змейкой и вела на Пустошь.

— Вот и конец нашего пути, друзья, — улыбнулся Дакс.

— Не обольщайся. Это только начало, — скептически скривил губы Ал и тронул коня.

У ворот дорогу им преградила стража, но после долгих объяснений, а точнее, пока их не заметил начальник смены караула, который был знаком с Даксом, их пропустили в крепость.

Шум и гам, гул тысяч голосов, ржание лошадей и скрежет металла встретили путников. А ещё жуткая вонь, царившая за стенами Амхрана, заставили мужчин сморщится, а Кейли не удержавшись уткнулась носом в свой рукав. Людской и конский пот, запахи отхожих мест и навоза смешались здесь, где ветру негде было разгуляться.

Они прошли к воротам замка, протискиваясь между пешими и стараясь никого не зашибить, и оказались на просторной внутренней площади. Здесь дышать было ненамного легче, но всё же народу было не так много, как во внешнем периметре. Сам замок стоял на острове, вокруг которого был вырыт ров. Зелёная мутная жижа воняла болотом и поросла камышом и кувшинками, на которых поселились жирные жабы.