Дарья Демидова – Станция Озерки (страница 38)

— Тогда прыгну за кофе и пледом, и снова на пост, — угрюмо отвечал Марк и глянул на часы. — Сейчас пять. До девяти продержусь, а там посмотрим. Может, я все-таки зря там торчу?

— А может и нет, — возразил Кирилл. — У меня такое ощущение, что не зря.

— Я твоей чуйке доверяю, но, если она тебя подведет, будешь должен, — улыбнулся Марк и направился к двери.

Кирилл ничего не ответил, он уже погрузился в бумаги.

Марк решил прогуляться до станции пешком. Едва вышел из отделения, поднял глаза к небу и нахмурился. Черные тучи зависли над городком. Ветра не было, парило. Затишье перед бурей, не иначе.

Марк подумал, что зря расстроился. У природы нет плохой погоды. Даже в буре есть свое очарование, загадочность, мистика... Вдали громыхнуло. Не просто дождь, Озерки ждет гроза. Самое время для преступлений и появления на улицах демонов ужаса и страха... Таких как акудзины.

Марк неспеша побрел в сторону станции, вдыхая тяжелый пыльный воздух. Люди спешили мимо, стараясь укрыться до начала грозы, но он не обращал на них внимания, погрузившись в свои мысли.

А думал он о том, что зря тратит время на станции. С другой стороны, Кирилл не раз показывал, что мыслит в правильных направлениях, так что ему оставалось довериться другу и плыть по течению. Все равно большего они пока достичь не могли, хотя кажется Кирилл ни на минуту не переставал думать о том, как вычислить ублюдка.

Пока что все дороги вели в никуда. Семенова так и не нашли, Примаков и Роман Семенов оказались просто людьми с психическими проблемами. Хотя Константинов и сказал не сбрасывать их со счетов, Марк пока не понимал, как можно было обмануть акудзина и подпустить того к себе. Быть может, он что-то упустил или просто не думал об этом. Но Кирилл был согласен с Константиновым, поэтому за Примаковым и Семеновым наблюдали люди. Ворон об этом позаботился.

Правда пока ничего такого за ними не было замечено. Роман из дома почти не выходил, ухаживая за матерью, а у Примакова был один маршрут: дом-работа-дом.

— Здравствуйте, товарищ майор, — раздался за спиной Марка чей-то бесцветный голос.

От неожиданности Марк остановился и огляделся. Он и сам не заметил, как поднялся на пешеходной мост и теперь стоял над путями. Подул легкий ветерок и черные тучи на головой начали ленивое движение. На улице стало темно как поздним вечером.

Марк обернулся. Перед ним стоял Примаков. Лицо мужчины с глубокими морщинами на лбу снова ничего не выражало, но Марку на миг показалось, что мужчина улыбнулся в усы.

— А, Примаков... — протянул Марк. — Как дела?

— Потихоньку. Иду инструмент забирать, — мужчина махнул рукой сторону пути, который они ремонтировали с бригадой.

— Понятно, — кивнул Марк и собирался уже идти дальше, но Примаков задал ему неожиданный вопрос.

— Не нашли маньяка-то?

Марк снова повернулся к мужчине, тяжко вздохнул и облокотился на перила.

— Нет, но найдем, и тогда ему будет плохо, — с желчью в голосе ответил он. — Что народ говорит? Уже, наверное, столько предположений выдвинули, а некоторые даже нашли виновного?

— Да как обычно, — спокойно отвечал Примаков. — Судачат все, возмущаются, что милиция у нас плохо работает.

— Правильно, плохо мы работаем... Всегда плохо работали. Вон, в шестьдесят восьмом тут склад сгорел, а поджигателя так и не нашли... — сам не зная почему он это сказал, ответил Марк.

— Пожары такое дело, случаются. И горит всегда ночью, — прошептал Примаков глядя куда-то вдаль.

— У вас ведь тоже пожар был, — припомнил Марк. — Вы ведь один спаслись...

— Давнее дело, — опустил голову Примаков. — Я малой совсем был. На терраске спал. Глаза открыл, глядь — огонь. Я и выскочил на улицу, к соседу побежал. А дом-то деревянный был. Еще дореволюционной постройки. За пару минут вспыхнул как спичка.

— Сочувствую, — Марку вдруг стало жаль этого мужика, пережившего столько всего, что эмоций больше не осталось. — А потом что? Детдом?

— Да нет. Тетка забрала к себе, сестра матери, в Колосово. Так там и живу. У нее своих детей не было, меня растила.

— А раньше, где жил?

— Так в Озерках. На Озерной двадцать два.

— Погоди... Там же Во... то есть Ершов живет, — удивился Марк.

— Ну наверное. Я не знаю, — развел руками Примаков. — Там остатки дома долго стояли. Только спустя лет пятнадцать мы участок продали. Купил приезжий какой-то, новый дом построил, но там не жил. Сдавал на лето.

— Понятно, — протянул Марк.

На лицо упали первые капли дождя. Мужчины синхронно подняли головы. Тучи стали еще чернее, вокруг все плотнее сгущался сумрак, налетел порыв ветра, поднял пыль и песок и сбросил ее с моста на пути и перроны.

— Потороплюсь, пожалуй, — бросил Примаков и поспешил к лестнице.

Марк тоже решил, что надо поспешить, и быстрым шагом пошел к первому пути, на который как раз пришла электричка из города. Он засунул руки в карманы и вжал голову в плечи. Резко похолодало. Решил, что доберётся до сарая и первым делом прыгнет домой, а там подумает, стоит ли сегодня куковать на каланче или нет.

Он быстро спустился на платформу. Из электрички хлынули люди, торопясь к автобусам и такси. Они обгоняли его, стоял шум и гам, завывал ветер.

Марк, не поднимая головы, потянулся к сущности, подумав, что пока идет в толпе, можно и поработать. Он с кем-то столкнулся, и почувствовал от человека раздражение, кто-то наступил ему на ногу, и он почувствовал детский испуг. Кто-то задел его плечом, и Марк ничего не почувствовал.

Он замер и обернулся. Люди шли ему навстречу. Все, кроме одного — мужчины среднего роста в кепке, кофте с длинным рукавом и черных штанах. От людей к Марку тянулись тонкие нити эмоций, сильных и слабых, едва уловимых. Ото всех, кроме мужчины.

Марк развернулся и двинулся за ним. Постепенно поток людей схлынул, до конца пути осталось пройти три вагона, дальше перрон заканчивался. За ним был забор, слева небольшая роща, а за ней частный сектор.

Марк ускорился. На ходу обернулся, на перроне все еще оставались люди и немало, так что прыгнуть ближе к мужчине он не мог — увидят еще.

— Эй, мужик! — крикнул Марк, но незнакомец внезапно побежал и даже не обернулся. — Сука!

Марк бросился за ним, все еще не рискуя прыгать. Мужчина добежал до конца платформы и исчез за кустами, свернув в рощу, когда Голицын уже почти его догнал.

Марк ускорился, боясь, что тот прыгнет. Свернул на тропинку, что вела к домам, и внезапно замер, увидев, как перед незнакомцем из воздуха появляется Примаков с горящими красными глазами.

Убегавший резко затормозил и тут же испарился. Марк немедленно выпустил сущность, но было поздно — Примаков исчез, в тот момент, когда Марк к нему прыгнул, и Голицын схватил пальцами воздух.

Грязно выругавшись, Марк попытался почувствовать Примакова, но в этот раз ему это не удалось. Все-таки Константинов был прав. Тогда тот просто позволил Марку прийти к нему домой, и у Марка не осталось сомнений, что Примаков человек.

Марк вернул глазам человеческий вид и огляделся. В роще было темно, но людей поблизости он не ощущал. И то хорошо. Он достал смартфон и набрал Кирилла.

Разгоряченный и возбужденный от погони Марк улыбнулся. Пусть он и остался ни с чем, но был уверен, что развязка близка.

***

— Так, ты помнишь, как выглядит дом Примакова? — спросил возбужденный Кирилл, когда Марк рассказал им с Вороном о том, что произошло на станции.

— Твою мать! Ты демон или где? Да как так-то! — Иван ходил из угла в угол в своем кабинете и тихо матерился, чтобы не слышали местные сотрудники.

— Сам будешь бегать за ними в следующий раз! — прикрикнул на него Марк.

— Буду и догоню! А тебе подарю абонемент в спортзал, может научат бегать быстрее! А вообще надо было прыгать и хрен с этими людишками — переживут паранормальные явления в маленьком городе!

— Ну конечно! — возмутился Марк. — Какой ты умный!

— Угомонитесь! — не выдержал Кирилл. — Марк, ответь на вопрос, пожалуйста!

— Вроде бы, — кивнул Марк. — Попробовать можно.

— Значит, прямо сейчас отправляешься туда, но будь начеку, — приказал Кирилл. — Ворон, тут думать нельзя. Иди с Марком, возьмите фото Примакова, и поднимай на уши местных, пусть проверяют все автобусы и электрички, дежурят на станции. Пусть ищут его по всем знакомым. Короче, руководи людьми!

— Слушаюсь и повинуюсь, — картинно раскланялся Ворон. — А ты?

— А я притащу в Седьмой отдел Романа Семенова. Если один смог обмануть даже Демона, то и второй мог, — заявил Кирилл.

— Понял, — кивнул Ворон и положил руку на плечо Марка. — Веди, Сусанин.

Марк фыркнул и переключился на сущность. Кабинет Ворона в Озерковском отделе милиции начал искажаться, менять форму и цвета. Через мгновение они оказались на маленькой кухне деревенского дома. Здесь было тихо и темно. В окна барабанил дождь. Сверкнула молния, на миг озарив пространство, следом громыхнуло так, что друзья вздрогнули от неожиданности.

Иван приложил палец к губам и, обойдя Марка, двинулся в сторону единственной комнаты в доме. Он скрылся за дверью, и Марк услышал скрип половиц. Сам он сущность не отпускал, видел мир серым монохромным, совершенно не ощущая ни Ивана, ни иных существ, лишь видел размытый силуэт друга.

Иван повернулся к нему и покачал головой. Примакова здесь не было. Пока Марк соображал, куда мог подеваться Примаков — круглая сирота, Иван начал рыться в шкафах, ища фото и документы. Нашел пару каки-то коробок и вытащил их на середину комнаты, потом снял со стены фото Примакова в военной форме и повернул ее к Марку.