Дарья Данина – Ломота (страница 11)
В день, когда проходили искусственные роды, я была уверена, что лишилась не только ребёнка, но и собственной души. Я умерла в тот день вместе со своей девочкой.
Почувствовав, как ногти впиваются в ладони, я сделала глубокий вдох и повернулась на бок. Поджала колени к груди, и на несколько секунд закрыла глаза.
Поднявшись, наконец, с кровати, я перезвонила Роберту, а затем отправилась в душ. На скорую руку вымыла волосы, и почистила зубы. Нужно было хоть немного растрястись. Времени у меня было достаточно и, твёрдо решив потратить его с пользой, я высушила волосы и достала из шкафа спортивный костюм.
Когда вообще я в последний раз выбиралась на пробежку? В сентябре? Это очень давно. Чувствую, после этого опрометчивого решения, завтра мои ноги откажутся меня держать.
Стакан тёплой воды с утра, и спорт. Надеюсь, что второе не выйдет мне боком.
Намотав на стадионе во дворе нашей многоэтажки два круга, я повисла на турнике. Именно повисла. Словно уставшая мартышка, я схватилась руками за вертикальный поручень, и медленно сползла вниз. Вынула наушники, запихивая те в карман спортивной кофты.
Я в буквальном смысле готова была выплюнуть свои лёгкие. Мои ноги ныли, а дыхание было таким, словно я на смертном одре и вот-вот готова испустить дух.
— Воды? — это было похоже на ушат ледяной воды, которым меня окатили после горячей и душной бани.
Я повернулась на густой и до боли знакомый голос, и тут же наткнулась на мужскую руку, протягивающую мне маленькую бутылку с водой.
Мой взгляд пополз выше. До тех пор, пока не столкнулся с тёмными глазами, что хитро улыбались мне, демонстрируя мелкие морщинки вокруг.
Кажется, в этот раз я уже не так сильно удивляюсь...
— Всё хочу спросить, — произношу, слегка задыхаясь и перехватываю воду, — откуда узнал мой номер?
Разрываю зрительный контакт и откручиваю пластиковую крышку, чтобы смочить горло. Несмотря на подступающую злость, я старалась “держать лицо”. Я не хотела давать ему эмоции. Мне казалось, что он ими питается.
— При большом желании всё можно найти, — Марат опускается на корточки, и наши глаза оказываются на одном уровне, — почти всё. Не думаю, что номер мобильного такая уж проблема...
Смотрит на меня пристально. Обжигающе. Будто бурит в моей переносице отверстие.
Смотри. Я красная и потная. На мне ни грамма макияжа. Смотри. Нравится? Или уже не так сильно?
— Кажется, я просила тебя пригнать автомобиль к часу дня? Что не так с твоими часами?
Желание тонко уколоть его, подстёгивало изнутри. Мне хотелось спустить его на землю. Желательно, чтобы он больно ударился.
— Я звонил тебе, — Марат кивает на спортивный чехол для телефона, что висел на моём плече, — но ты не отвечала. Что не так с твоим слухом?
Он дразнит меня, явно наслаждаясь этим. Затем его взгляд опускается на мой рот, и я ощущаю лёгкое покалывание. Негодующе поджимаю губы и пытаюсь встать на ноги. А когда почувствовала на локте его пальцы, тут же одёрнула руку.
— Я сама поднимусь. Не трогай меня, — прошипела, отстраняясь, — я говорила тебе, чтобы ты не трогал меня!
Он ничего не ответил. Лишь ухмыльнулся и покачал головой. Отошёл на пару шагов, позволяя мне самостоятельно подняться.
— А я скучал по твоим зубкам, — Марат бессовестно обнажил свои — белые и ровные, широко улыбаясь и склоняя голову к плечу.
— Иди к чёрту! — не сдерживаю эмоции, пропаливая дыру у него во лбу, — мне уже осточертели твои подкаты, Марат. Ты понял? Сколько можно? На каком языке тебе объяснить, чтобы ты остановился?!
Тут же осекаюсь, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в том, что ни одна знакомая душа не стала свидетелем моего выпада. Я нервно топчусь на месте. Цирк какой-то, ей-богу...
— Ну, на змеином, как я вижу, разговаривать ты умеешь... — продолжает скалиться.
— Ключи! — я протягиваю руку, а он просто смотрит на неё, — ключи от машины, Марат! Отдай мне их и поезжай по своим делам!
— Угостишь меня кофе? — вдруг.
— С чего бы? — моя бы воля, я б ему этот кофе на брюки пролила...
— Жест благодарности...
— Жест благодарности? — хмыкаю, и впихиваю ему в руки его бутылку, — за то, что разбил мне машину? Или за то, что испытываешь моё терпение на прочность?
Моё сердце гневно колотилось о рёбра, а пульс гудел, сотрясая стенки сосудов. Я не понимала, откуда эта наглость и абсолютная уверенность в своей правоте и своих действиях!
— Ну хотя бы потому, что у тебя есть сердце, а я сегодня не завтракал. С пяти утра на ногах.
— Зайди в кафе и подкрепись. Мой дом — не столовая.
— Ты мне кофе, а я тебе ключи. Идёт?
— Что за детский сад, Марат?! — выкрикнула шёпотом, едва не топнув ногой, словно я сама ребёнок.
— Брось, Дина! Я же не кусаюсь!
— Где-то я уже слышала нечто подобное. Не знаешь где? — зло выпалила, продолжая держать руку навесу.
— А, — выдохнул и снова улыбнулся мне, — ты про это... это была случайность. Форс-мажор, если так тебе будет легче, —
— Вряд ли Роберт оценит таких гостей, так что отдай ключи и поезжай с миром, Марат.
— Он же уехал, — небрежно бросает мне, выбивая почву из-под ног. Откуда ему знать?!
— Я спрашиваю второй раз: ты следишь за мной?!
— Твой муж сейчас работает на моего дядю, — он ловит мой удивлённый взгляд, и продолжает: — Глеб Сергеевич — мой дядя. А я являюсь инженером-проектировщиком не только в ресторане, но и на том объекте, с которым будет работать фирма твоего мужа.
Я часто моргаю, стараясь переварить информацию, и слегка зависаю, продолжая смотреть в эти почти чёрные глаза.
Глава 8
Это нужно было видеть.
Дина подняла на меня удивлённые глаза. Одна её бровь поползла вверх, а полные губы сжались, превращаясь в плотную и очень аппетитную ягодку. Она набрала в лёгкие воздух и её грудь поднялась, оставаясь в этом положении несколько бесконечных секунд. Я мог бы наблюдать за этим вечно.
Я ждал. Ждал, когда она произнесёт хоть слово, но упрямица продолжала стоять безмолвно. Только кулачки стискивала сильнее. Злится?
— Не такой реакции я ждал, — прервал тишину, повисшую между нами, — кажется, ты не рада?
Но Дина снова промолчала. Только фыркнула в мою сторону и, крутанувшись на пятках, направилась в противоположную сторону от меня. К дому. Размахивая ручками, словно солдатик, она широко шагала к своей машине.
Я неторопливо пошёл следом за ней.
Я старался не придавать значения тому теплу, которое сгущалось у меня не только в паху, но и в груди, когда она слишком близко. От неё приятно пахло. Очень приятно. Даже сейчас. Сейчас она особенно хороша. Я уж молчу про те моменты, когда она злится. Хотя, порой кажется, что она злится всегда, когда видит меня. И, как ни странно, мне это нравится. И я уверен, что на себя она злится ничуть не меньше.
Дина приблизилась к своему автомобилю и замерла напротив багажника. Присела, рассматривая место, которое я придавил ранее, и провела по кузову своими пальчиками. Медленно. Ласково. Я бы хотел, чтобы она и меня так коснулась. Зубками она прихватила нижнюю губу, задумавшись.
— Ну, как? — не зная, куда деть руки, я прячу их в карманы, — всё устраивает?
И тут... она улыбнулась.
Я даже на миг растерялся и сделал шаг назад.
— Идеально, — Дина обошла автомобиль и, оказавшись у водительской двери, дёрнула за ручку. Дверь не поддалась, и она взглянула на меня, — ключи, Марат?
— Кофе, Дин?
Я, в общем-то не настаивал, и в любом случае, отдал бы ей эти ключи, но ведь попытать счастья никто не запрещает?