Дарья Быстрова – Хранители света: путь к сердцу зимы (страница 2)
Глава 3. Тайны лесного света
Я моргнула, и мир вокруг преобразился. Это был удивительный мир, самая настоящая сказка. Все вокруг искрилось, огоньки радостно переливались, а гирлянда из шишек была главным украшением.
В этой крошечной норе было так тепло и уютно, что я почувствовала себя как дома. Мышка в коричневом пальто, вешала на окно гирлянду из мерцающих огоньков, а зайчик (Прыгун – энергия) и белочка – радость, тоже одетые в пальтишко фиолетового и розового цвета украшали елку, от которой пахло чем-то необычным – сказочным. Пока я оглядывалась по сторонам, ко мне незаметно подкралась мышка – хранительница знаний, явно самая взрослая, поправляя свои очки на мордочке, она сказала мне:
– Добро пожаловать, дорогая гостья из большого мира.
Ее голос был теплым, как свежая выпечка и без тени удивления моим внезапным появлением, будто люди приходят всегда к лесным жителям, как в сказку.
Я стояла, не в силах вымолвить ни слова, ощущая, как реальность перестраивается вокруг. Воздух здесь был гуще и слаще, пахнул мёдом, хвоей и тёплым воском. Каждый огонёк гирлянды излучал не просто свет, а крошечное, пульсирующее тепло.
Мышка, представившаяся Мудреньей, махнула лапкой, и остальные зверята ненадолго прекратили суетиться, с любопытством поглядывая на меня. Я почувствовала себя нелепо огромным Гулливером в стране лилипутов, но почему-то неловкости не было. Только тихое изумление.
– Вы… вы меня ждали? – наконец выдавила я.
– Ждали того, кто сможет увидеть, – поправила Мудренья, её блестящие глазки-бусинки смотрели на меня с бездонной серьёзностью. – Врата между мирами открываются для тех, чьё сердце готово снова удивиться. Твоё сердце зашевелилось сегодня, дитя. Мы услышали его тихий стук.
– Но зачем именно я? – спросила, глядя на тусклый кристалл. Казалось, здесь и так всё совершенно. – У вас здесь и так полная подготовка к празднику. Ель сияет, украшения висят… Что вам может понадобиться от меня? Я не верю в чудеса. Работаю гномом, но сама давно забыла, что значит праздник.
Мудренья мягко улыбнулась, её глазки-бусинки блеснули:
– Ты не забыла, Катя. Помнишь ту новогоднюю ночь, когда тебе было семь? Бабушка водила тебя по лесу, показывала, как снежинки танцуют под фонарями. "В каждом сердце – искра леса", – шептала она. Та искра не погасла. Она тлела под усталостью, под цинизмом, под зелёным колпаком. Мы чуем такие искры через миры. Ты – последнее дитя леса в большом городе.
В груди кольнуло – яркое воспоминание: смех бабушки, хруст снега, первый глоток горячего какао у окна. Глаза защипало. Значит, свет был всегда.
Тут к нам подскочил юркий зайчишка в помятой синей шапочке и фиолетовом пальто.
– Всё висит-то висит, – пропищал он, дёргая длинным ухом, – а толку? Искры нет! – пропищал Прыгун, прыгая на месте.
Белочка хихикнула:
– Ты её ушами толкнул, конечно не зажглась! Я орехи прятала – думала, сама вспыхнет!
Мудренья поправила очки:
– Тише, прыгуны! Искра – не орех, её не съешь.
–Он прав, – продолжила она, обращаясь ко мне. Ты видишь внешний свет, гостья. Но есть свет внутренний – Искра самого Праздника. Она рождается из веры, из ожидания чуда, из тихой радости в сердце. Она – то, что заставляет гирлянды петь, а снежинки танцевать в такт смеху. Она – душа Нового года.
Мышка подвела меня к маленькой нише в стене из припорошенного инеем корня. Там, на бархатной подушечке из мха, лежал странный предмет. Он напоминал крупный кристалл, но мутный и серый, словно пепел. Лишь в самой его глубине слабо, с перерывами, мерцала крошечная точка, больше похожая на тлеющий уголёк, чем на звезду.
– Это Сердцезимы, – прошептала Мудренья. – В нём должна пылать наша общая Искра. Но с каждым годом в большом мире всё меньше верят по-настоящему. Верят в распродажи, в обязательные улыбки, в долги и суету. Верят, что чудеса – это для детей. А раз перестают верить взрослые, гаснет и Искра здесь. Вот уже несколько лет она лишь тлеет. Если она погаснет в этом году… – Мудренья не договорила, но я поняла. Поняла по потухшим глазам белочек, по печально повисшим ушам зайцев. Праздник станет обрядом. Красивым, но мёртвым. Лес погрузится в вечную, безрадостную зимнюю спячку.
– Чем я могу помочь? – спросила я, и голос мой прозвучал твёрже, чем я ожидала. В груди что-то отозвалось на их печаль. Та самая частица, что проснулась сегодня утром после разговора с мальчишкой.
– Искру нельзя выпросить или украсть, – объяснила Мудренья. – Её можно только зажечь. Изнутри. Ты пришла из мира, который забыл. Но в тебе сегодня что-то вспыхнуло. Ты почувствовала скрип снега. Услышала тишину между шумами. Увидела нас. Ты носишь в себе крошечную искорку того, что мы потеряли. Ты – мост. Враг – Тень, которую ты не замечала: она преследовала тебя годами как цинизм, боялась близко подойти к твоему сердцу, но чует свет и крадёт искры.
– Что мне делать и как выглядит враг?
– Вернуться, – сказала Мудренья просто. – И не просто вернуться. Искать. Собирать. В большом мире ещё остаются осколки веры. Негромкие. Стыдливые. Спутанные с усталостью. Искренний восторг ребёнка, увидевшего первую в жизни крупную снежинку. Мгновение тихого счастья взрослого за чашкой чая у окна. Добрый поступок без надежды на благодарность. Всё это – крупицы. Пылинки света. Их нужно увидеть, признать их ценность… и принести сюда. Чтобы поделиться. Чтобы раздуть наше угасающее пламя. Враг всегда будет следовать за тобой, чтобы потушить искру, он может быть в любом обличии. Главное не сдаваться и тогда все получится.
Я посмотрела на тусклый кристалл, на полные надежды лица зверят. Я – аниматор, притворявшаяся волшебником, циник в костюме гнома. Мне, не верящей в чудеса, предлагали стать их спасительницей.
И странное дело, сомнения были, страх был. Но сильнее было другое чувство – то самое предчувствие, что преследовало меня с самого вечера. Оно обрело форму и смысл. Это было не предчувствие беды, а предчувствие приглашения.
– Я попробую, – сказала я. И два простых слова прозвучали как клятва.
Мудренья кивнула, и в её глазах блеснула та самая, почти угасшая, но ещё живая искорка.
– Тогда начинается твоё путешествие. Помни: смотри не глазами, а сердцем. И слушай… слушай тишину. В ней часто звучит самое главное.
Прыгун сунул мне в руку крошечную, тёплую шишку, покрытую позолотой.
– Это компас, – прошептал он. – Он будет теплеть, когда ты рядом с тем, что ищешь и зажжет нужные цвета: красный – доброта; синий – восторг; зелёный – радость.
Я сжала шишку в ладони, чувствуя её живое, едва уловимое биение. Мир лесной норки начал медленно таять, словно картинка на воде. Последнее, что я увидела, – это провожающие меня взгляды и тусклый свет Сердцезимы, в котором точка уголька, казалось, вспыхнула чуть ярче – всего на мгновение, от одного лишь моего обещания.
Глава 4. Мир зверят и их чудеса
Я находилась в теплом лесном домике, окружённая мягким светом и нежным ароматом хвои. Вокруг меня – огоньки, мерцающие в хрустальных фонариках, и лесные жители, готовящиеся к празднику.
Сегодня мне захотелось побыть здесь, узнать поближе их, о том как они живут. Столько вопросов и я пришла за ответами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.