Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 6)
невероятной и невоздержанной фантазии, да и никто не предположил
бы, я уверена. И списать произошедшее можно разве что на
патологическую жадность уважаемого лорда – вероятно, он
приравнивает слуг к своему имуществу, и ему жаль, что имущество
попортилось… Так или иначе, Кристиан Рравеш вздумал меня лечить. И
окажись он, как и полагается паладину и воину света, обладателем
белой магии, я бы скончалась на месте в страшных муках, не имея
возможности закрыться от такой волны силы и прямого физического
контакта. Вырваться из хватки вроде бы и не сильно сжимающих
запястье пальцев – нечего и думать…
Но лорд – вот так сюрприз! – чёрный маг. Чернее не бывает, не зря у
него такой взгляд… и я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать от
обрушившегося на меня удовольствия. Тёмная сила – восхитительное
наслаждение, чистый кайф и настоящий наркотик для любой нечисти.
Узнай кто, что паладин “кормил” метаморфа, мне и делать больше
ничего не понадобится… жаль только, что гореть в очистительном костре
вместе с “кормильцем” придётся и метаморфу, так что этот вариант мне, по понятным причинам, не подходит.
Рука заживает мгновенно. Ещё бы. Лорд был так щедр, что и у обычного
человека всё бы затянулось, вот только для обычных людей нет никакой
разницы – светлая или тёмная сила. Не маг даже и не поймёт, чем на
него воздействовали.
Сеанс лечения закончен, и я еле удерживаюсь от того, чтобы потянуть
руку к себе. Чего он медлит?
– Благодарю, лорд паладин, – выдыхаю, поднимая глаза. Я очень
старалась, чтобы прозвучало с благодарностью и испугом, но
получилось… томно. Я бы даже сказала страстно. Не приглашающе, нет, но на грани, и взгляд мужчины темнеет ещё больше, хотя больше, казалось бы, и некуда. И руку он мою так и не спешит отпускать, и
клещи… то есть пальцы как будто бы становятся ещё горячее и чуть
мягче.
– Лорд!
Спасительница! На плечо Кристиана Рравеша ложатся тонкие пальчики.
Высокая, невероятно изящная женщина с вьющимися рыжими волосами.
В её тоне столько всего… но явственнее прочих слышится команда “фу!”.
Фу, лорд Рравеш, не подбирай с земли всяких покусанных служанок…
– Леди, – холодно отзывается мужчина. И я, не избалованная светской
жизнью, перевела бы это как “ша!”. – Вернитесь, пожалуйста, в экипаж. –
А вот и команда “место”.
Девушка, вспыхивает – с рыжими это происходит очень легко, и
получается очень ярко, и бросив негодующий взгляд на меня и на
начавших снова собираться зевак, молча уходит.
– Ты тоже идёшь в экипаж, – Рравеш отпускает-таки мою руку, и – вот уж
никакого понятия у человека об этикете и субординации – поднимает с
земли, вручает мне злосчастный пакет. – Я тебя отвезу.
Не знаю, о чём думала рыжая девушка – я старательно не поднимала
глаз всю дорогу, и всё, что видела – кусочек её роскошного зелёного с
серебряным платья и чёрные, невыносимо блестящие сапоги лорда, но в
основном – дурно пахнущий пакет на своих коленях. В том, что служанка
едет с господами в экипаже, нет ничего такого уж необычного, но вот
изменение маршрута специально, чтобы эту служанку куда-то завезти…
так или иначе, леди хранила ледяное молчание, как и лорд. Но сопела
крайне выразительно – ещё выскажет ему. По крайней мере, попытается.
Когда Рравеш собственноручно открыл для меня дверь экипажа возле
своего дома, я поняла – остаться в глазах первого паладина
неприметной и ничем не выделяющейся из серой массы остальных слуг
точно не получилось.
Следующим утром грымза швыряет в меня ключами, едва я переступаю
порог:
– Приберись в покоях лорда!
Я беру ведро, швабру, метёлку для пыли и поднимаюсь наверх, предполагая увидеть в хозяйских покоях всё, что угодно: от полностью
голого паладина, растянувшегося во весь рост в необъятных размеров
кровати в ожидании новой игрушки, до вооружённого до зубов и, разумеется, в отличие от паладина полностью одетого отряда
инквизиции. Неспроста ведь это, ой неспроста. Особенно после
вчерашнего…
В покоях пусто. Спокойнее от этого не становится, но я осматриваюсь с
самым беззаботным видом, на который способна, демонстрируя слегка
смущённое любопытство. Кровать у лорда, кстати, не так уж и велика, всего-то полтора моих роста как вдоль, так и поперёк. Зато никаких