Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 112)
Рравеш поклонился королеве Иррийне ровно так же безучастно как и
мне, и так же предложил руку. Я, улучив момент, показала ему кулак.
Паладин ответил улыбкой. Мимолётной, но такой, что у меня сердце
замерло, а потом сошло с ума и куда-то заторопилось.
Но я всё же сосредоточилась на дневнике. Не знаю, что именно
заставило меня искать информацию о давным-давно казнённой
королеве: то ли когда-то услышанная и не до конца забытая
информация, то ли интуиция, а может, странная фраза Кирреи, когда она
пришла к Берану в дом: “некромант и метаморф – опасное сочетание, как показала история”… Тогда я не придала значения. Теперь… теперь я
погрузилась в чтение и, кажется, даже рявкнула на Эйрона, желавшего
тоже в дневник заглянуть.
Из коротких, иногда эмоциональных, иногда чуть отстранённых
набросков складывалась следующая история: Жил да был король. Немного гневливый и скорый на расправу, но зато
храбрый, сильный и щедрый. Хоть и не маг. Магов отчего-то жуть как не
любил. И женился он на принцессе соседнего государства, у которой не
было никаких магических способностей. Ну, официально не было. А по
факту королевой стала принцесса-метаморф.
Девушка, чей дневник я читаю, была горничной королевы, и как-то
случайно застала ту в облике кошки. Что примечательно и удивительно –
в те времена метаморфом быть было почётно, подобный дар считался
одним из разновидностей тёмной магии и особым благословением
богини. Изменяющаяся и изменяющая, – с трепетом называла свою
королеву горничная. А иногда даже “ниспосланный богиней ветер
перемен”. Я, кажется, могла проследить по страницам, как росла
привязанность девушки к королеве. Возможно, королева-метаморф была
совсем не плохим человеком… Дар она скрыла по приказу отца, во имя
выгодного политического союза, ведь король, ненавидящий магов, ни за
что бы не взял в жёны принцессу с магическими способностями…
Сгубило метаморфа, как кошку, любопытство. От скуки она гуляла где
вздумается, ведь магов не было в окружении короля, и обнаружить её
никто не мог, и как-то раз увязалась она за мужем, который в ночи
отправился куда-то в подземелье…
А там был он. Младший брат короля. Некромант. Распятый, закованный, избитый… тот, кто якобы пропал несколько лет назад. Тот, о ком
запрещено было упоминать под страхом смерти. Он заметил её, точно
заметил, но ни слова не сказал. Королева-кошка сначала зареклась туда
ходить. Но картинка измученного тела и напротив очень ярко и
непримиримо горящего взгляда не желала покидать память, не давала
покоя, прогоняла сон и аппетит. И она, улучив момент, когда муж был в
отъезде, пошла. Неизвестно, о чём они говорили, но королева стала
ходить туда всё чаще. И король, кажется, что-то заподозрил – всю
прислугу сменили, и горничная оказалась хоть и с солидной
компенсацией, но не у дел.
А дальше, через пару месяцев, как гром среди ясного неба – на каждом
углу глашатаи и кричат то, от чего кровь стынет в жилах: место королевы
занял метаморф, он призвал великое зло, и единственный способ
защититься – глотнуть крови этого самого метаморфа. Всем приказано
явиться на площадь и испить капли крови… своей королевы.
Она, горничная, пришла. Стояла и смотрела, молясь, чтобы небеса
разверзлись, чтобы закончился этот ужас, но небо, как обычно, не
услышало. Солнце равнодушно освещало жуткий ритуал, и ему, кажется, не было никакого дела, кто уходил с площади просто простившись с
королевой, а кто – всадив очередную иглу и отведав крови.
Зато… расплата пришла потом. Через три дня после казни на пороге её, горничной, дома появился некромант. И был он до безобразия похож на
пропавшего несколько лет назад принца. И он спрашивал о ней, о
королеве. Девушка давилась слезами, рассказывая, а он слушал молча и
как будто бы равнодушно. А в конце сказал лишь одно:
– Я верну её. Я знаю, кем заплатить.
Это была последняя запись, и я отложила дневник. Нет, я вовсе не так
наивна, чтобы полагать, что некромант не смог бы расплатиться всеми
без исключения жителями, но… почему-то хотелось верить, что
уцелевшие дома не случайны. Может быть, и люди уцелели? Может
быть, просто ушли?
И почему-то отчаянно хочется, чтобы у него получилось её вернуть.
Кажется, я деградирую. Снова становлюсь сентиментальной, как в
шестнадцать лет…
Глава 26