Дарья Булатникова – Пороги рая, двери ада (страница 10)

– Да, Купавин слушает, – отозвался красивый баритон.

– Добрый вечер! Мне нужна помощь. Скажите, когда я могу поговорить с вами? – спросила я.

– Если можете, приезжайте прямо сейчас, я вас жду. Адрес знаете?

– Да, буду у вас примерно через полчаса, – пообещала я, бросив трубку и кидаясь ловить машину.

Трясясь в раздолбанном "москвиче" (и почему мне все время попадаются такие затрапезные тачки?), я размышляла о том, отчего детектив до сих пор торчит на рабочем месте, и придумывала, что я ему наплету.

Оказалось, что рабочее место детектива находится непосредственно в однокомнатной квартире, в которой он проживает. Обстановка была самая заурядная – чешская стенка, пластиковая люстра и старый диван-кровать, накрытый пледом с изображением гигантской тигриной морды. Я была вынуждена усесться на левый глаз хищника. Сам детектив устроился в кресле напротив и достал дешевый блокнот и ручку. Выглядел он настолько заурядно, что описание его внешности сводилось к двум словам – "средний" и "нет". Рост, возраст, комплекция, длина и цвет волос – средние. Усов, бороды, шрамов, родинок и других особых примет нет. Весь совершенно бесцветный и совершенно никакой. Звали его Валентин Сидорович. Я сразу же решила, что подобный тип мне вполне подходит, его невозможно заметить, даже если пялиться на него в упор.

Брал детектив за работу немного – десять долларов в день плюс накладные расходы. Я сообщила о себе немного: я подруга недавно погибшей Алисы Бушуевой, очень переживаю за судьбу сына Алисы Егора. Сегодня узнала, что мальчика куда-то увезли, и мне это страшно не нравится. Требуется выяснить, куда поместили Егора. Об этом знают Серафима Бушуева и Игорь Пестов.

– И все? – удивился детектив.

– Это самое главное. Если получите дополнительный компромат на эту парочку, чтобы лишить их права опеки над ребенком, заплачу отдельно.

– Адреса и приметы? – лаконично поинтересовался Купавин и принялся быстро записывать информацию.

Потом он потребовал приметы ребенка, а еще лучше фотографию. Я сказала, что фотографию передам позже, и описала Егорку. Сыщик жирно подчеркнул шрам на животе от аппендицита и маленькую родинку за правым ухом и заметил:

– Эти дети так похожи между собой, что трудно различить.

Я удивилась – мне никогда не приходило в голову, что Егорка похож на других мальчишек его возраста. Наверняка у Валентина Сидоровича никогда не было собственных детей, поэтому он и говорит подобные нелепости.

Мы подписали договор о том, что я нанимаю Купавина на неделю, если он выполнит поручение раньше срока, я все равна должна буду заплатить семьдесят долларов и оплатить расходы. Я заплатила тридцать пять долларов аванса и получила один экземпляр договора и расписку. Бумаготворчество затянулось, и от детектива я вышла уже заполночь, договорившись о встрече завтра в два часа у главпочтамта. Я должна была передать ему фотографию.

С огромным трудом мне удалось найти какое-то левое такси до Шушановки. Водители, как только слышали название нашего веселого поселка, наотрез оказывались туда ночью ехать. Входя в дом, я слышала разухабистое пение у соседей. Очевидно, гулянка было в разгаре, и я поскорей поужинала и погасила свет. Но сон не шел. Я снова и снова переживала события сегодняшнего дня – похороны, приобретение документов и пистолета, исчезновение Егорки, предательство Симы.

Соседи, наконец, угомонились и вокруг царила оглушающая тишина. Только стрекотали цикады и изредка взлаивали собаки. Собаки… Куда они дели собак? С охранниками и прислугой ясно – их рассчитали, наняли других. Очевидно для того, чтобы не проговорились, что наш ребенок исчез из дома. Но почему не стало собак? Сима никогда не отличалась особой любовью к Вилли и Спуну, но собаки знали её и слушались. Чем они могли помешать? Тем более, что бульмастиф – собачка редкая, приметная, в нашем городе их всего штук шесть или семь. Севка привез щенка из Москвы, в самолете Спуна все время тошнило и он с ним изрядно намучился. Ризеншнауцеров, конечно, гораздо больше.

Тут мне в голову пришли кое-какие идеи, но воплотить их можно было только утром, и я снова попыталась уснуть. Но сон пропал окончательно. Тогда я встала, зажгла настольную лампу и принялась чистить пистолет. Машинное масло отыскалось в ящичке старенькой швейной машинки Галины Петровны. Протирая промасленной тряпочкой детали "беретты", я выстраивала события по хронологии. Итак, наше с Севкой убийство спланировали Игорек и Сима. Собственно говоря, Игорьку одному не удалось бы заполучить деньги. Значит, они договорились давно и ждали. Чего? Я вспомнила, как Севка за несколько дней до гибели говорил об удачной сделке – он продал одну из своих фирм и еще получил деньги за большую партию компьютеров для местных школ. Хотел вложить все в акции нефтеперерабатывающего завода, была возможность получить контрольный пакет. Но, кажется, не успел…

Пестов в понедельник улетел за границу, потом в субботу тайком вернулся, скорее всего, под чужим именем. Убийство совершали Игорек и кто-то из его подручных. После этого Пестов снова спешно улетел и вернулся в воскресенье, когда машину обнаружили. Три дня ушли на общение с правоохранительными органами и подготовку похорон. Очевидно, место, куда увезли Егорку, подготовили заранее и Сима настояла, чтобы мальчика туда отправили чуть ли не прямо с кладбища. Кажется, у Симы сдали нервы, если принять во внимание сцену около машины. И еще, они кого-то опасаются…

Я собрала пистолет, зарядила его и, завернув в тряпку вместе с глушителем, сунула в ящик тумбочки. Патроны положила туда же. Утром решила найти тайник получше. Потом достала Севкин бумажник, переложила нашу с Егоркой фотографию в сумку, а кредитные карточки и оставшиеся деньги – в свой, купленный накануне, кошелек. В моих руках снова оказалась бумажка с Севкиным портретом и я опять задумалась о том, кто мог его нарисовать. И не только нарисовать, но и отдать моему мужу.

Перевернув бумажку, я попыталась прочесть написанное на ней. Да, это была квитанция с платной стоянки. Заполнял её человек, явно не приспособленный для быстрого письма, наверное, какой-нибудь дотошный пенсионер. Каракули были ужасные, но вполне разборчивые. Квитанция была выписана 14 апреля этого года на один день. Адрес стоянки – ул. Энгельса, 15. Номер машины – А-654, регион наш. Благослови Боже дотошных старичков! Молодежь, в лучшем случае, черкнет дату и номер парковочного места, а тут прямо досье.

Я решила выяснить, кому принадлежит эта машина, ведь номер Севкиной "ауди" был совершенно иным. Зачем мне это понадобилось, я и сама не могла сказать. Просто что-то мне подсказывало, что милый портретик таит в себе какую-то тайну. А тайны не укладывались в образ моего делового и насквозь привычного мужа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.