Дарья Буданцева – Медиаторы. Книга 1. Право на власть (страница 16)

– Всё верно. Теория – защита от дураков. Нам она к чему?

– Ну, к тому, что мы рискуем не только нос разбить? – предположил Ник.

– Николай, я поняла свою ошибку! И как это я раньше не подумала? Всё, прости, я больше не буду! – Смиренный тон Влады вряд ли мог кого‐то обмануть.

– Эй, ты чего?

– Да будь у меня такой же прекрасный нос, как у тебя, я бы тоже записалась в команду теоретиков. Кабы чего не вышло. – Влада засмеялась.

Зоя окончательно перестала прислушиваться к тому, что говорил Корней. Мазнула по нему рассеянным взгля- дом – не соображая, почему всё ещё притворяется, будто этот бессмысленный разговор ей интересен. Потом похлопала по плечу, отдала пустой бокал и повернулась, тотчас же забыв о Корнее. Она оглядела толпу в поисках девушки с голосом гитарного перезвона и тут же нашла.

Влада и Николай стояли в паре метров от неё, прячась в треугольнике тени под канделябрами с потухшими свечами. У Влады были такие светлые волосы и белая кожа, что Зое показалось на миг, будто свечи потухли из-за неё – от стыда, не выдержав сравнения. Зоя подошла ближе. В тот момент ей казалось самым важным проверить, какого цвета глаза незнакомки. Зоя предположила, что они светлые и холодные, как у большинства блондинов, но глаза Влады оказались тёмными – и не просто холодными, а ледяными. Цвет кобальта обжигал морозом, как электрическим разрядом, – так, что становилось горячо.

Зоя подошла совсем близко и остановилась в паре шагов за плечом Николая. Могло показаться, будто они беседуют втроём. Зоя упорно продолжала вслушиваться в их разговор, хоть и ничего не понимала.

– Один – ноль, – легко согласился Николай. – И всё же расчёты…

– Ты прекрасно знаешь, что расчёты в нашем случае бессмысленны. Слишком много переменных! Тут тебе и состояние внутреннего ресурса, и географическая близость к источнику, и история совершённых плетений – ну хотя бы за последнюю неделю! – и общий потенциал, который вообще можно измерить с точностью лишь до десятой, – а остальные значения постоянно меняются. О каких расчётах ты говоришь, Ник?

– Ветер, высота, сила тяжести…

– Ах, об этих расчётах! Даже не знаю, как тебе сказать, но… – Влада сделала вид, что подбирает слова. – Гарри, ты волшебник!

Они оба захохотали. Утирая выступившие слёзы, к Зое повернулся Николай и выжидающе улыбнулся. Белозубо и учтиво – точь-в‐точь как официанты на этой вечеринке.

– Зоя, я правильно помню? – он галантно поприветствовал её, так и не дождавшись хоть каких‐то реплик. – Мы не знакомы, но я наслышан. Николай Дяченко. – Он склонил голову.

Зоя протянула руку. Она смотрела не на Николая, а на Владу, поэтому не угадала с высотой, и ладонь оказалась гораздо ниже, чем требовалось для дежурного поцелуя. Николай не растерялся и пожал руку. Рукопожатие оказалось мягким и уютным.

– Я Владислава Огарёва. Меня ты вряд ли знаешь, я не завсегдатай подобных мероприятий, – усмехнулась она и выразительно обвела рукой зал.

– А… о чём вы говорили? – Зоя сперва не поверила, что это её голос звучит так низко и хрипло. – Простите, что подслушала… Просто я…

Влада неторопливо принялась объяснять, словно и не заметила смущения и растерянности Зои:

– Мы с Ником поспорили о том, как именно работает ускорение свободного падения в условиях магии. Если взять сухую теорию, то свободное падение – это то, как тела движутся исключительно под воздействием силы тяготения. Вне зависимости от массы. Тело падает – значит, на него действует десять «же».

– Ещё есть сопротивление воздуха, – добавил Ник. – Вообще чистота эксперимента возможна в вакууме – но мы не так сильно ратуем за науку.

– Пока, – с многозначительным смешком прокомментировала Влада, позволяя Нику продолжить мысль.

– Итак, мы говорим про идеальное падение. На которое ничто не влияет, кроме силы тяжести. Любой школьник скажет: в таких стерильных условиях все тела, которые падают с одинаковой высоты, достигнут поверхности Земли одновременно – и падать будут с одинаковой скоростью.

Зоя обескураженно переводила взгляд с Влады на Николая и обратно. Они ничего не понимала. Какие тела? Какое падение? Какое «же»? В смысле, конечно, она понимала, о чём говорили Влада и Ник, но удивлялась тому, что слышит подобные рассуждения – да ещё и с горящими от восторга глазами! – на светском приёме Каролины.

Влада подхватила рассуждения Ника:

– Обычно в школьных учебниках пишут, что сопротивлением воздуха можно пренебречь. И тогда сюрпризов не будет. Вот прыгнут два человека с крыши одновременно – и окажутся на земле в одно и то же время. Но ведь с волшебниками такое не прокатит!

Влада выжидающе посмотрела на Зою.

– Почему? – рискнула спросить она.

– Ты любишь летать, Зоя?

Зоя кивнула, решив этим вечером открывать рот как можно реже.

– Потому что в тебе это заложено природой. Полёты для волшебников – это даже не магия. Да, энергия для них черпается из внутреннего ресурса, но ведь больше ничего не требуется: ни плетений, ни обрядов, ни заклинаний, ни зелий. Нужна всего‐то мысль! Она направляет магическую силу в нужное русло. Как происходит полёт? Технически, я имею в виду.

Зоя уже приготовилась что‐то невнятно промычать, но – к её огромному облегчению! – ответа никто не ждал.

Влада увлечённо продолжала:

– Существует множество гипотез. Моя любимая – теория Гейросштерна о том, что при полёте мы определённым образом взаимодействуем с сопротивлением воздуха. Мы его уменьшаем до нуля или, наоборот, увеличиваем сопротивление в разы – и таким образом направляем полёт.

– А это значит, – снова включился Ник, – что для волшебников ускорение свободного падения должно – по крайней мере на Земле! – работать совершенно иначе! При расчётах мы не можем исключать из этого уравнения силу трения о воздух. Но проблема в том, что из-за непостоянства воздействия этой силы – то больше, то меньше – мы не можем вписать в уравнение точную цифру.

– И тогда мы решили, – улыбнулась Влада, – ну и чёрт с ней, с этой переменной. Исключим её вообще из уравнения.

– Но как? – Зоя наконец поняла, к чему они клонят. – Вы сами сказали, что полёт – это не плетение. Это как ходить, как дышать… То, что делается практически на автомате. Разве может волшебник упасть? Всё равно сработает рефлекс! Разбиться? Невозможно! Разве что… Спрыгнуть откуда‐то с пустым резервом? – Зоя не заметила, как стала говорить громче и быстрее.

Влада кинула на неё быстрый одобрительный взгляд.

– В идеале, если хотим свести влияние воздуха к нулю, – да, нужно прыгать без резерва. И возник вопрос. Если убрать сопротивление воздуха, то всё – как по учебнику? Колдун без ресурса прыгает с крыши – неужели на него действуют только те самые пресловутые «же» и ничего больше?

– Я считаю, что да, этого достаточно, чтобы размазаться по асфальту – как все нормальные люди, – сказал Ник и насмешливо посмотрел на Владу, словно в очередной раз бросая ей вызов. Как почувствовала Зоя, сейчас эта сценка разыгрывалась специально для неё.

– А я уверена, что быть такого не может. Во-первых, мы не знаем, насколько верны другие теории о магическом полёте. За счёт каких факторов он работает. Я сказала, что теория Гейросштерна моя любимая, а не что она единственно верная. Некоторые учёные говорят, что волшебник в принципе не может случайно упасть с высоты и разбиться, что какие‐то механизмы точно включатся!

– Ага, если только какой‐то ретивый медиатор ему не поможет, – тихо сказал Ник.

Влада кинула на друга мрачный взгляд.

– В общем, я считаю, что не только сила тяжести будет действовать на колдуна, который решит упасть с крыши. Даже если мы сведём к минимуму сопротивление воздуха, а резерв будет пустым. Ну не верю я, что все остальные факторы просто уйдут в сторонку. А как же история завершённых плетений? Она сильно влияет на резерв и на то, как быстро он пополняется. А как же постоянное пополнение резерва? Уже во время падения можно восполнить достаточно энергии, чтобы та не дала нашему гипотетическому экспериментатору героически самоубиться во имя науки.

– Ну и как это проверить? – озадаченно спросила Зоя. – Это ж надо тогда провести сотню опытов и скинуть с крыши сотню колдунов: одного – с пустым резервом после пары несложных заклинаний, другого – после какого‐то сложного обряда… – Она осеклась, когда Зоя и Ник засмеялись.

– Сразу видно – наш человек. Осталось найти сотню добровольцев, которые будут прыгать с крыши без резерва. Ну а что, ради науки же! – Влада опять засмеялась.

Зоя не знала, что сказать. Влада смеялась так чисто, светло, заразительно – и совсем не обидно, что и Зоя начала улыбаться.

– Ты не подумай, я не над тобой смеюсь. Просто ты почти дословно повторила мои слова. Я сама Нику вчера точно так же ответила.

– И мы дружно решили, что пусть наш спор так и останется сугубо теоретическим!

– Просто кто‐то боится практики! – подначила его Влада.

– А вот и нет, я всего лишь уверен в теории. И считаю, что человеческим научным изысканиям тут вполне можно доверять.

Влада в ответ лишь хмыкнула и повела плечом.

– Ладно, дамы, – Ник хлопнул в ладоши, – давайте заканчивать этот разговор, а то, смотрите, мы всех вгоняем в скуку. Вокруг нас уже какая‐то зона отчуждения образовалась.

Зоя посмотрела в зал. И правда, пары танцевали – но как‐то вяло и словно пятились в танце к северной стене.