Дарья Белова – Мой сводный подонок (страница 16)

Да мне страшно! За него, придурка.

Второй парень, его соперник, выглядит мощно. Если Фил все-таки имеет харизму, к которой, скрепя сердце, можно потянуться, то тот, другой, вселяет ужас. Живот сводит от волнения.

Они бьются сначала на кулаках, костяшки замотаны хлопковой тканью. Каждое движение напрягает их мышцы. Тело потеет, при свете кожа начинает блестеть.

У Фила мокрые виски, губы, как тонкая ниточка. Его агрессия сносит с ног, как ураганный ветер.

И да, сложно оторвать глаза от такого вот Шахова.

– Смотри не влюбись, Лиззи, – шепчет Орсов.

В этот момент Шахов переводит на меня свой взгляд. Он словно видит, где именно я стою и что, самое цепляющее, безотрывно смотрю на Филиппа.

Секунда, но его надменная улыбка воспламеняет кровь. Перестала четко видеть, но раз за разом его выражение лица встает перед глазами.

А дальше он бьется с этой уничтожающей все живое улыбкой. Побеждает, конечно же. На его теле всего несколько царапин, и те сойдут. Ни в коем случае не подумаешь, что «Черная скала» участвовал в бое.

Облегченно выдыхаю. Это не осталось незаметным для Орсова.

Как такое возможно: два брата и такие разные. Дима совсем другой. Артем же скользкий и проворный, как жук.

– Вот и все, – Орсов опирается ягодицами на ограждение и давит своим взглядом мне между бровей, – а ты боялась. Скажи, весело? – смеется коротко.

Я все на ринг смотрю. Там видна кровь. Шахов разбил нос своему сопернику. И все это было ради чего? Названного веселья? Или это их обычное времяпрепровождение?

Избалованные мажоры.

– Сейчас он выиграл неплохую сумму, на секундочку.

Резко поворачиваю голову к Артему.

– Да-да, Лиззи. Бои за деньги. Шахов здесь на хорошем счету.

– Это же твой клуб, а он твой друг…

Орсов наклоняется, обдавая меня мужским ароматом и немного алкоголем. В целом, ничего противного.

– Друг? Ты так уверена? В нашем с ним мире нет друзей.

Холодно от его слов. Это страшно – не иметь друга.

Вот у меня, получается, друга больше нет.

Я обращаю внимание на Камиллу, у той цвет лица стал землистым, пока я разговаривала с ее парнем. Или кто они друг другу? В любом случае, дружбой между нами и не пахнет.

Шахов возвращается к нам под бурные аплодисменты. Орсов приобнимает его, по спине хлопает.

Все здесь пропитано лицемерием.

Одна я остаюсь в стороне. Поздравить с победой? Да ну, глупость. Его и без меня обсыпают поздравлениями.

– Надеюсь, ты болела за меня? – подойдя вплотную, спрашивает.

От него еще веет той мужской энергией, которая агрессия. И податься некуда. Окружил меня ею, почти душит.

– Ни за кого. Я против жестокости.

– Ага, помню. Ты за мир во всем мире и чтобы ни одно животное даже не пострадало, – закатывает глаза. Его голос мягкий, хриплый. Будто бы шоколадный. Это… Вызывает улыбку, несмотря на его слова.

– Допустим, Пиппин.

Фил кончиком языка проводит по нижней губе. Как правильно сказать? Его вставляет наш диалог? Именно так.

– Но это было далеко от веселья.

– Это мое веселье.

– Что ж, ты… Ненормальный, Пиппин.

– Покажешь свое веселье, Лиззи?

Разворачиваюсь, чтобы уйти. Наш разговор снова о чем-то про будущее. Если закрыть глаза на то, что его отец женился на моей маме и что живем все под одной крышей, мы топчемся на стадии «очаровать друг друга».

Но зачем мне очаровывать такого подонка?

– Ты куда прешь, дура?

Один из парней, в которого я неожиданно врезалась, срывается. Не знаю, что было в его бокале, но сейчас на моем платье расползается мокрое пятно чего-то терпкого.

Ткань прилипает к груди. Кожу даже пощипывает, а щеки вспыхивает. Все смотрят на нас, а я больше не дерзкая и сказать в свою защиту ничего не могу.

Напугана.

– Что ты сказал? – встревает Шахов.

Я как на ринг попала.

– Из-за твоей девки я пролил вкусный коктейль. Теперь пусть идет и делает мне новый. Ты привел сюда эту неуклюжую.

Фил звереет. Я вижу, как он замахивается и бьет того парня.

Глава 16. Лиза

Филипп меняется на глазах. Из высокомерного и самовлюбленного подонка он превращается в неконтролируемого хулигана. Шахов такой опасный, что меня сбивает с ног его взгляд, которым он наградил меня за секунду до того, как ударить того парня. Пусть тот и поступил неправильно, но это же не причина так его наказывать.

Фил сейчас в одежде, но я невольно вспоминаю, каким он был на ринге. То есть как бы полуголого.

Мамочки…

Артем пытается разнять парней, а я прижимаюсь к стене спиной.

Они дерутся из-за меня. Я – виновница этой незапланированной драки. И все, все, кто был здесь, смотрят теперь совсем другим взглядом. Чувствую себя не просто лишней, а чужой. Самый настоящий враг.

– Извиняйся, мразь! – приказывает Шахов, схватив парня за ворот и приподняв голову.

Его губы в крови, нос тоже сильно разбит. Когда Антон – тот самый парень – смотрит на меня, его веки еле-еле опускаются. Они выглядят опухшими.

– Прости, – мямлит. Жалко его.

Фил сошел с ума.

– Прощаешь его грубость, Лиззи?

От тона Шахова сводит зубы. У меня нет правильного ответа на его вопрос. Или, если уж быть честно, я вообще не хочу отвечать. Происходящее настолько мерзкое и неправильное, тошнить начинает.

– Ну? Прощаешь? – бьет интонацией. Его глаза – самые настоящие угли, которые никогда не потухнут, а только будут разгораться и разгораться.

Опасный он, Шахов этот. Либо обожжет, либо спалит все.

– Отпусти его, Фил. Я… Прощаю его, – прикладываю недюжее усилие, чтобы сглотнуть. Выравниваю спину, еще ловя сотни взглядов в минуту.

Все такое фальшивое вокруг.

– Придурок, – Филипп цедит сквозь зубы и откидывает от себя Антона, как вещь.

Шахов мощнее и сильнее того парня, и это просто нечестно, что Антон не смог никак себя защитить. Да, он был неправ, но и Фил тоже.

Хватаю сумочку, которая лежала с краю дивана, и, широко шагая, ухожу. В глазах собираются слезы. Много эмоций крутятся внутри. Столько и не испытывала разом за всю жизнь.