DarkKnight – Сломанная игрушка (страница 27)
Мыш кивнул.
— Правильно думала. Но они теперь решат, что ты с нами.
— Но я ведь тогда была не с вами!
— Угу, им это расскажи, — захихикала Скуталу.
— А они послушают?
Рыжая пони скосила глаза вверх и встретилась с точно таким же взглядом Джерри.
— Придется взять ее с собой, а то пропадет, — произнес мыш со вздохом, — Это наказание какое-то просто… Кстати, а почему ты нам помогла?
— Ты же сам сказал, это плохие люди. Не может быть никакой причины, чтобы причинить вред жеребенку. Он же гнался за вами, как древесный волк за добычей!
Скуталу вздохнула. Чемоданчик на спине будто мгновенно потяжелел.
— Ну-ка постойте, — вскинулся Джерри и дернул за сиреневую гриву.
Пони остановились. Мыш, выхватив из сумки Скуталу какой-то инструмент, ловко перепрыгнул на Лиру и прошелся по ее спине.
— Опусти голову, — попросил он, — Первое, что должен сделать синтет в бегах — сбить прошивку чипа. Иначе выследят, где бы ты ни была. Будет немного больно. Укус комарика.
Единорожка, которая наклонила мордочку почти до земли, ответила:
— Так всегда говорит сестра Редхарт, прежде чем всадить тебе в круп огроменный шприц… АЙ!
— Вот и все, — отозвался Джерри, убрав инструмент, похожий на потрескивающую электричеством вилку, и снова оказался на Скуталу, — Главное теперь не подставляться под индивидуальные сканеры. В остальном — выделяться не будешь совсем. Добро пожаловать на свободу.
— Свободу от чего? — спросила Лира, когда пони продолжили путь. Очередной маглев пронесся над головами, заставив гривы и даже шерсть встать дыбом, — И кстати, электромагнитные поля весьма вредны, вы знаете это?
— Знаем. Мы скоро доберемся до Серого города, а оттуда уже сможем проникнуть в канализацию…
Скуталу под ним ощутимо вздрогнула и в неподдельном отчаянии спросила:
— Опять? Мы еле отмылись с того раза!
— Ничего, — Джерри успокаивающе почесал за рыжим ухом, — как я всегда говорил, лучше быть грязным, чем мертвым. А дома тебя ждет замечательный тазик с чистой водой и пеной.
Пегасенка вздохнула. Похоже, мысль о внеочередной ванне ее совсем не радовала…
— Джерри, что ты сделал? — спросила Лира, потирая затылок копытом, — Больно же.
— Потом объясню… Скажем так, избавил тебя от хозяина. Идемте.
— Какого еще хозяина?! — воскликнула единорожка, двинувшись следом за Скуталу.
Джерри призадумался.
— Тот, у кого ты жила, крутил перед тобой прибором, который впоследствии загорелся зеленым огоньком? — спросил он.
— Нет, — подумав, ответила единорожка.
— Тогда извини, но ты была его собственностью. По крайней мере, по законам людей.
«Вот значит, кем я являлась, — подумала пони, и в душе шевельнулась обида, — а Виктор говорил — гостья. И о дружбе… Но нет, так нельзя думать. Он просто хотел защитить меня от реалий этого мира… Он ведь ничем не обидел меня!»
Джерри и Скуталу ушли вперед.
Мыш думал, что здесь и сейчас ему придется принять еще одно непростое решение. Потому что если бросить эту единорожку в мире людей совсем одну, она неминуемо погибнет.
Просто по наивности, жестоко вложенной в каждую понячью программу, сунется туда куда не следует. Попадется алчным или просто злым и безразличным людям… И либо превратится в чужую собственность — даже не рабыню, а игрушку для развлечения — либо просто перестанет жить.
И хотя Джерри по опыту знал, что не стоит доверять выходцам из Шпилей, живущих в благоустроенном раю и не видящих грязи вокруг, но относилось ли подобное к пони?
Ответа не было…
…Над Серым городом постепенно опускался вечер. Зажглись фонари, бросив на бетонные стены домов кривые тени прохожих и машин, мусорных баков и редких деревьев. Старинные неоновые вывески разукрасили ночь разноцветными огнями, а витрины пролили на асфальт яркие прямоугольники света.
Ночью сходство с двадцать первым веком стало еще сильнее. Бетонные и кирпичные здания, примитивная электрическая подсветка, припозднившиеся тени прохожих и огни проносящихся машин. Появились и извечные ночные обитатели вроде нищих и других мрачных личностей, провожающих взглядом небольшую компанию синтетов.
Лира Хартстрингс, идя рядом со Скуталу, задрала мордочку к небу и подумала, не замечая людей вокруг:
«Я скучаю по звездам… Как же много огней, что они затмевают даже ночное небо!»
Звуки города никуда не исчезли. По-прежнему слышался приглушенный говор и шорох шин колесного транспорта, изредка в мерный шум вторгался грохот чего-то упавшего или вой полицейской сирены. Сегодня в шумы улицы добавился мерный перестук копыт.
Они покинули Транспортную хорду возле одной из станций. На пони и мыша, вышедших вместе с толпой людей, внимания обратили мало. В конце концов, никто не запрещал свободным синтетам разгуливать где вздумается. Даже являться почти полноценными членами общества. По крайней мере, в относительно спокойных районах.
Где-то на границе с Белым городом было несколько кварталов, заселенных свободными синтетами определенных видов. Например, эльфами или антропоморфными зверями. В последнем, к слову, хорошо относились к пони. Вот только жизнь в гетто есть в жизнь в гетто, и даже свободные пони редко селились вместе с фурри.
— Мне никогда в жизни не было так холодно, — сказала Лира, когда очередной порыв ледяного ветра пробрал до костей, несмотря на одежду.
— Подожди зимы, — отозвалась Скуталу, поежившись, — Еще не то будет. Хорошо еще, подшерсток отрастает.
Лира кивнула. Ее организм, недавно пробужденный к жизни, еще не вошел в режим сезонов. Сама же она помнила, что покидала Эквестрию летом, и даже в одежде сильно мерзла на осеннем ветру.
— Надо возвращаться домой, на свалку, — резюмировал Джерри, — Или, по крайней мере, влезть под землю… Но лучше добрести до магистральных коллекторов. Это еще квартала три.
Лира вздохнула. Не верилось, что сверкающие Шпили могли иметь что-то общее с этим мрачным местом.
Обитатели Серого города спешили домой в сумерках догорающего дня. Взгляды скользили по трем измученным синтетам, что медленно брели по тротуару под мерное цоканье копыт. Но в этих взглядах Лира не замечала презрения или ненависти, свойственной обитателям Белого города, а скорее любопытство, сочувствие, но порой и обреченность.
— И почему мы не можем просто сесть в поезд или взять такси? — спросила единорожка.
— Потому что мы не на прогулке! — отозвался Джерри, — Если помнишь, за нами идет охота.
— Кстати, все забываю спросить, почему?
Скуталу и Джерри переглянулись.
— Видишь чемоданчик? — спросила пегасенка, и Лира кивнула, — С тех пор, как он у нас, за нами гоняется полиция, а с недавних пор — и эти двое.
— Так верните его!
— Все не так просто, — буркнул мыш, — Если мы принесем его в полицию, нас схватят как беглых синтетов. Чипы неактивны, помнишь? К тому же, я не уверен, что эти двое из полиции. И они не оставят нас в покое, если мы просто выбросим… это.
Лира в отчаянии возвела очи горе:
— Может, мне надо знать что-то еще? Например, что вы задолжали Дискорду или обокрали принцессу Селестию!
Повисшее неловкое молчание заставило глаза единорожки в ужасе распахнуться.
— Ну, вообще-то да, — проговорил Джерри, — Нечто сходное, по крайней мере.
— О нет! — воскликнула единорожка, — Только не Дискорд!
— Я скорее имел в виду Селе… кхм, крупную корпорацию, — добавил мыш, чувствуя себя донельзя неловко, — Мне так кажется.
Лира остановилась и, прикрыв на секунду глаза, сделала глубокий вдох, прижав переднюю ногу к груди. Отведя ногу от себя, единорожка выдохнула и, посмотрев на Джерри и Скуталу, спросила:
— Я все еще не понимаю, почему мы не можем пойти к Вику? Он не даст нас в обиду… Его дедушка — какой-то правитель или вроде того, наверняка они сумеют нас защитить!
Скуталу лишь фыркнула, давая понять, какого она мнения о людях вообще и о хозяине Лиры в частности.
Джерри же решил пояснить:
— Людям свойственно совершать ошибки и делать поспешные выводы. И если мы направимся прямиком к нему, то кто может дать гарантию, что там нас не ждет пара наших старых знакомых? Или наряд полиции? Твой хозяин же живет в Белом городе? Я не исключаю, что там уже другая пони. Для него заменить синтета на новую модель — не проблема… Тем более, раз ты говоришь, что его семья весьма влиятельна.