Дария Стар – Каменный остров «Сапфир» (страница 14)

Они перебираются на кухню, усаживаясь на высокие барные стулья. Диана ловко раскладывает еду по тарелкам, движения её рук грациозны даже в такой простой бытовой ситуации. Аромат свежезаваренного чёрного чая с лимоном наполняет воздух. Пока Денис с аппетитом уплетает свою порцию, рыжая начинает рассказ о своей жизни в балете.

– Мама была балериной, – её голос звучит тепло, когда она вспоминает. – Кажется, судьба сама вела меня на сцену. – Пальцы непроизвольно выписывают в воздухе балетные па, когда она перечисляет страны: Германия, Италия, Швейцария. Глаза загораются, когда произносит названия спектаклей: – «Жизель», «Дон Кихот», «Лебединое озеро».

Денис слушает, заворожённый. Её слова рисуют перед ним совсем другой мир – мир красоты и дисциплины, где каждое движение отточено до совершенства.

– Ты будто живёшь на сцене, – прерывает он её рассказ, когда она делает глоток чая. – Как выдерживаешь такое напряжение?

Диана улыбается, и в этот момент кажется, будто вокруг неё вспыхивает свет.

– Это не работа, – говорит она, положив ладонь на грудь. – Это дышать. На сцене я свободна. Боль, усталость – всё исчезает. Балет – это… – она ищет нужное слово, – ежедневная битва с собой. Но именно она делает меня счастливой.

Денис не отрывает от неё взгляда. Её страсть заразительна, он чувствует, как что-то внутри него откликается на эту энергию.

– Никогда не думал, что балет может быть таким… – он делает паузу, – живым. Слушая тебя, кажется, ты танцуешь даже когда говоришь.

Её смех звенит, как колокольчики.

– Могла бы станцевать прямо здесь, – шутит она, и в глазах вспыхивают озорные искорки.

– В этом я не сомневаюсь, – ухмыляется он. – А ты никогда не мечтала о чём-то… другом? Кроме балета?

Диана замирает, будто вопрос застал её врасплох.

– Нет, – ответ звучит твёрдо. Она опускает глаза. – Балет – это… всё. Мой путь.

Денис кивает, впервые по-настоящему понимая её одержимость. Так далёк этот мир от его вселенной цифр и сделок, но в её словах столько огня, что ему хочется узнать больше.

– Хочу увидеть, как ты танцуешь, – неожиданно вырывается у него. Голос звучит тише, но твёрже.

Она поднимает на него взгляд, и в её улыбке – обещание.

– Однажды обязательно.

Перебравшись на диван, Диана прижимается к его груди. Его пальцы автоматически начинают водить по её предплечью, рисуя невидимые узоры. Они говорят до глубокой ночи – смешные истории, нелепые случаи, моменты, которые сделали их теми, кто они есть.

– А ты… – Денис обрывается, заметив, что рыжая больше не отвечает.

Она спит. Лицо безмятежное, ресницы трепещут на щеках. Он не может сдержать улыбку, наблюдая, как её грудь равномерно поднимается в такт дыханию. Пальцы осторожно пробираются в рыжие локоны – мягкие, как шёлк.

В этой тишине что-то щёлкает внутри него. Нежность. Чувство, к которому он давно забыл дорогу.

– Утомилась, девочка моя, – шёпотом произносит он, костяшками проводя по её щеке.

Моя.

Осторожно, чтобы не разбудить, он поднимает её на руки. Она кажется такой лёгкой, такой хрупкой в свете уличных фонарей. Одеяло мягко обволакивает её, когда он укладывает её в постель.

Раздеваясь, Денис чувствует приятную усталость в мышцах. Ложась рядом, он ощущает, как её тепло проникает в него. Диана инстинктивно прижимается ближе, и он обнимает её, вдыхая аромат её волос.

Мир сужается до размеров этой кровати. До её дыхания. До этого момента.

И прежде чем он успевает осознать, сон уже накрывает его, унося вслед за ней.

Глава 8

Денис медленно приходит в себя, приоткрывает один глаз и лениво скользит взглядом по циферблату наручных часов. Полдень. Промозглое осознание того, что он проспал, тут же сменяется лёгким уколом беспокойства – он переводит взгляд на место, где должна ютится рыжая, но… пустота. В голове тут же вспыхивает едкая мысль: «Неужели эта девчонка сбежала даже из моей собственной квартиры?»

С недовольной гримасой он поднимается с кровати, поправляя чёрные боксеры и утреннюю эрекцию, которая, кажется, совершенно не собирается отступать. Босыми ногами он шаркает по полу, направляясь в гостиную, но едва открывает дверь – его встречает густой, аппетитный аромат еды. И тут же – видение: рыжая, стоящая спиной, закутанная в огромное белое полотенце. На голове – небрежный пучок, из-под которого выбиваются мокрые пряди, а сама она, покачивая бёдрами в такт какой-то мелодии, помешивает что-то на плите.

– Привет, малявка, – его голос звучит хрипловато от сна, но в нём уже проскальзывает тёплая нотка. – Очень вкусно пахнет.

Диана вздрагивает, но тут же расслабляется, почувствовав знакомые ладони на талии и мягкие губы, прижавшиеся к её шее.

– Привет, – отвечает она, слегка поворачивая голову, чтобы встретиться с ним взглядом. – Решила не будить тебя.

– Ты не будишь, а убегаешь, – Денис притягивает её ближе, заглядывая через плечо на сковороду. Его дыхание горячее, а руки твёрдо держат её за талию. – Что готовишь, поварёнок?

– Шакшуку, – Диана смеётся, но не отвлекается от плиты. – Надеюсь, ты такое любишь. Хотя… – её взгляд скользит вниз, к его боксерам, где явственно упирается не телефон, – Судя по всему, тебе сейчас не до еды.

– Ни разу не пробовал, – он усмехается, а потом добавляет с лёгким вызовом: – Ну, ты же знаешь… У мужчин есть утренние привычки, которые сложно игнорировать.

Диана фыркает, но, не отрываясь от готовки, слегка подталкивает его локтем.

– Придержи своего голодного зверя, – в её голосе звучит игривый укор, но глаза смеются. – Сначала покормлю тебя, а потом… посмотрим, на что ещё ты способен.

Денис крепче обнимает её, утыкаясь носом в её пучок, вдыхая запах шампуня и чего-то сладкого, что всегда витает вокруг неё. С довольным вздохом он бормочет что-то невнятное, но в его объятиях уже нет прежней напряжённости – только тёплая, ленивая нежность.

– Ладно, но теперь ты у меня в долгу, малявка, – Денис лукаво поднимает бровь, облизывая пальцы после вкусного завтрака.

Диана катит глаза, но улыбка выдаёт её хорошее настроение. Она грациозно разливает ароматный кофе по чашкам, её движения точны и выверены, как балетные па.

– Мне к двум нужно быть на работе, – предупреждает она, расставляя чашки с кофе. – Сегодня пресс-конференция с журналистами.

Денис отпивает кофе с явным удовольствием:

– О чём вообще будет речь?

– Вроде как объявят о моём возвращении после больничного, но… – пальцы непроизвольно сжимают край стола, – я не уверена. И ещё этот дресс-код… Вся одежда в коробках.

Денис делает еще глоток ароматного кофе и его глаза теплеют:

– Да брось, ты и в полотенце сразишь всех наповал, – он делает паузу, оценивающе оглядывая её, – А уж если достанешь что-то из тех коробок… журналисты просто потеряют дар речи.

Диана фыркает, но напряжение не отпускает – плечи остаются скованными, пальцы теребят салфетку.

– Мило, конечно, но конференция – это не шутки. – Её голос звучит чуть резче, чем нужно. – Одно неловкое движение, не то слово – и всё, скандал в прессе.

Денис отпивает кофе, затем наклоняется ближе, его голос становится тише, убедительнее:

– Ты справишься. Возвращение примы – всегда хорошая новость. А если что – просто заткни их своими пуантами. – Его глаза блестят озорно.

Улыбка Дианы становится шире, но тревога не уходит – слишком многое стоит на кону после долгого перерыва. Она резко встаёт, отодвигая стул:

– Хватит меня утешать. Пойду рыться в коробках – искать что-то «приличное». – Она делает кавычки в воздухе, пародируя вчерашние слова Галины Петровны.

Денис ловит её за запястье в последний момент:

– Подожди. – Его взгляд становится серьёзным. – Ты сильнее, чем думаешь. И красивее. И талантливее. Просто помни это.

Диана замирает, чувствуя, как его слова наполняют её теплом. На мгновение тревога отступает. Она кивает и прежде чем Диана успевает опомниться, она уже сидит у него на коленях.

– Я хотел извиниться.

– За что? – её брови взлетают вверх.

– За твою ногу. До сих пор болит? – его пальцы осторожно касаются её щиколотки.

Она отвечает мягкой улыбкой, в которой нет и тени обиды:

– Я не злопамятна. Немного побаливает, особенно после вчерашней тренировки.

Денис хмурится, его пальцы непроизвольно сжимаются:

– Плохо. Давай лучше закажем тебе новый наряд? – он делает паузу, наблюдая, как её взгляд опускается к босым ногам. – Зачем тебе копаться в коробках?

– Я даже не знаю, где тут магазины… – её плечи слегка поднимаются в смущённом пожатии. – Да и времени…

Не дожидаясь окончания фразы, Денис отпивает последний глоток кофе и решительно направляется в спальню. Возвращается с телефоном у уха, его пальцы лихорадочно листают каталог на экране.