Дария Эссес – Эрида (страница 6)

Стоило напоминать, как сильно я ненавижу это место?

Конечно, богачи заплатили бы мне за секс намного больше, но я никогда не пересекала эту черту. Ненависть к роскоши и тем, кто этой роскошью обладал, не позволяла мне даже смотреть в их сторону. Я решила ограничиться мужчинами из Синнерса, которые хоть и платили меньше, но прекрасно покрывали часть семейных расходов.

Однако с недавних пор, когда суд признал маму и Линкольна невиновными, это осталось в прошлом. Я нашла новое занятие, которое приносило мне намного больше удовольствия, чем секс на одну ночь.

Убийства.

Распахнув дверь в класс, я огляделась.

Дарси, Леонор, Джереми и Алекс что-то бурно обсуждали. Я направилась к ним, ловя на себе заинтересованные взгляды студентов. При воспоминании о встрече с Кейджем из ноздрей снова повалил пар, поэтому два моих средних пальца взлетели в воздух.

Маленькое предупреждение: сегодня меня лучше не трогать.

Благодарю покорно.

— Почему никто не предупреждал меня, что этот директор де Кастро такой ублюдок? — прорычала я, запрыгнув на стол перед ребятами.

— Ты уже успела побывать у него? — удивилась Дарси.

— Откуда мне было знать, что здесь нельзя доставать нож?

— Ты уже кого-то убила? — изумленно прошептал Джереми.

Я усмехнулась и отбросила за спину распущенные волосы.

— Ага, если бы. Я только прижала нож к яйцам того ублюдка Кейджа, когда этот старый извращенец пригрозил вызвать охрану и отчислить меня. Как вы тут учитесь? Скукота.

Странно было признаваться себе в том, что эти четверо стали для меня кем-то вроде...

М-м-м, хороших знакомых?

Друзьями мы точно не были, потому что я в них не нуждалась: мне вдоволь хватало Эзры, Бишопа и Малакая. Однако после всего, что нам пришлось пережить, мы не могли не сблизиться.

Похищение Дарси, перестрелка на аукционе, помощь Леонор с моим поступлением... Меня пугало, что мы проводили так много времени вместе, но я ничего не могла с этим сделать.

Когда два Грешника встречаются с двумя Святыми, а ты переходишь из одной академии в другую, нужно подстраиваться под обстоятельства.

Именно это я и делала. Не дружила, а подстраивалась. Впускать в близкий круг новых людей — не то, чем я привыкла заниматься.

— Разве у тебя лекция не в другом кабинете? — спросила Леонор. — Здесь только наш курс.

— Мне не нравится учиться с теми идиотами.

— Это твой первый день.

— Но я уже поняла, что они идиоты.

— Такими темпами тебя правда отчислят, — пробормотала Дарси.

Желание самой написать заявление и бросить эту затею появилось сразу же, как я переступила порог академии, но...

Взгляд столкнулся со взглядом Леонор.

Она ободряюще улыбнулась мне, словно ее волновала моя судьба. Раньше я бы сказала ей что-то едкое, но сейчас меня не пожирали ревность и зависть, как до нашего разговора возле трейлера.

Когда после ссоры с Малакаем она уехала в Париж, я много размышляла о нашей запутанной истории. Мне потребовалась уйма времени, чтобы отпустить давние чувства к ее парню.

Думаю, я никогда не смогу разлюбить Малакая, но мне было ненавистно видеть в его глазах боль. Такую всепоглощающую, что становилось трудно дышать.

Малакай и Леонор всегда были связаны, поэтому мне пришлось отступить.

Даже несмотря на то, что в тот момент мое сердце разбилось.

Влюбиться в лучшего друга, который считает тебя своей младшей сестрой — худшее, что может сделать любая здравомыслящая девушка. Но здравомыслием я, как вы поняли, не отличалась.

Мама всегда говорила, что сердцу, этому глупому жизненно важному органу, не прикажешь. Сколько бы ты ни пытался докричаться до него, оно выбирает самый болезненный путь.

Так случилось и со мной: много лет назад я как самая настоящая идиотка влюбилась в Малакая Картрайта, а потом узнала, что он безбожно очарован девушкой, которую встретил в детском доме.

Конец истории.

Никакого счастливого финала для меня в ней не будет.

— Не отчислят, — устало выдохнула я. — Мне нужно доучиться, чтобы не сгнить в Синнерсе.

Мысли прервал звук открывающейся двери. Нахмурившись, я повернула голову к выходу...

И почувствовала, как сердце подскакивает к горлу.

Блядь.

Ничто не могло подготовить меня ко встрече с этим человеком. Как бы я ни пыталась выгнать из головы воспоминания о той единственной ночи в баре, перед внутренним взором всё равно вспыхивали его серебристые глаза и британский акцент, от которого по коже бежали мурашки.

После предложения Леонор я думала лишь о том, что означает мое поступление в АЗК.

Моим профессором будет он.

Алистер Тюдор.

Мужчина неторопливо вошел в аудиторию, словно владел этим местом, и двинулся к столу. При взгляде на его широкую спину, обтянутую белоснежной рубашкой, я вспомнила, как несколько месяцев назад танцевала перед ним на барной стойке. Как мы играли в кошки-мышки, пытаясь понять, кто из нас сдастся первым. Как его ледяной взгляд раздевал меня и подначивал к чему-то безумному, даже если он сохранял это равнодушное выражение лица.

Судьба, ты такая сучка.

Тюдор провел ладонью по легкой щетине и поправил очки. В прошлую встречу он не надел их, но да — эта деталь добавляла ему десять баллов.

Видимо, не только я это отметила, потому что студентки тут же начали перешептываться и обсуждать, как оседлают это великолепное лицо.

— Вы не видели время? — послышался его глубокий голос.

Я сразу же поняла, что он смотрит на меня, но никак не отреагировала, продолжая весело напевать себе под нос.

— У вас проблемы со слухом?

— Татум, он как бы... обращается к тебе, — прошептала Дарси.

Я закатила глаза и обернулась к профессору Тюдору.

На одну секунду, когда наши взгляды встретились, по телу пробежала странная искра. Я списала ее на то, что давно не трахалась, а этот мудак был чертовски привлекательным.

При дневном свете он выглядел еще более... нереальным. Знаете, это тот тип мужчин, на которых ты смотришь в интернете и не веришь, что они существуют. Шрам, берущий начало на середине лба и пересекающий глаз — то, что я не могла забыть несколько месяцев. Легкое любопытство подталкивало меня узнать, как он получил его.

— Извините, но вы нам немного мешаете, профессор. — Я не сдержала усмешки, увидев выпученные глаза Дарси. — Начинайте занятие, а не пяльтесь на мои ноги.

На самом деле, он не пялился на мои ноги, сохраняя хладнокровие, но мне хотелось уколоть его. Мистеру Невозмутимости же не понравилось, когда я публично унизила его в баре?

Ну, буду делать это чаще.

Оттолкнувшись от стола, он неторопливо двинулся в нашу сторону. В пронзительных глазах отразился вызов, в котором я так сильно нуждалась.

Играть с огнем — мое любимое занятие.

— Вот дерьмо, — пробурчал позади Джереми. — Давайте сами ее отчислим...

Я подавила смешок и полностью развернулась к Тюдору, лопнув пузырь из жвачки. Он приблизился и остановился напротив меня, весь такой собранный и безупречный, словно не хотел трахнуть свою студентку несколько месяцев назад.

Он хотел. О, я чувствовала это.

Про Алистера Тюдора в Таннери-Хиллс ходило много слухов, однако до того вечера мы никогда с ним не встречались. Малакай и Бишоп предполагали, что он может быть связан с Кругом Данте — тайным обществом, которое занималось торговлей людьми и было виновно в исчезновении Малакая. Мы не переставали копать под его семью, относящуюся к основателям, но никаких подтверждений не нашли.