Дария Эссес – Эрида (страница 12)

Лучиано тяжело вздохнул.

— Дорогая, мне нужно обсудить с Алистером важные дела. Ты можешь подождать меня на кухне?

На другой стороне послышалось копошение, после чего Лучиано раздраженно закряхтел. Видимо, Гретта огрела его кастрюлей по голове и выпроводила на улицу.

Я мысленно отбил ей пять.

Лучиано и Гретта были единственными людьми, которым я бы доверил свою жизнь, за исключением Дэмиена и Тессы. Именно они оказали мне поддержку, когда в возрасте восемнадцати лет отец отослал меня на обучение в Лондон за неспособность держать рот закрытым.

Если бы не семья Манчини, я бы, наверное, уже давно лежал под землей с простреленной головой или следами от веревки на шее.

Особняк Тюдоров всегда был местом, где правили авторитетность и расчетливость. Но там, на солнечных берегах Тосканы, которую омывало Тирренское море, я впервые ощутил спокойствие.

— Эта женщина доведет меня до белого каления, — пробормотал Лучиано, и я услышал, как он затягивается сигаретой. — Я позвонил тебе не просто так, Али. Вчера мы встречались с Каза Делле Омбре. Ты можешь говорить?

Мышцы сразу же напряглись.

Бросив взгляд на часы, я завел машину и плечом прижал к уху телефон. Пальто снимать не стал, потому что осень в Таннери-Хиллс всегда была промозглой.

— Что случилось?

— Тебя не прослушивают?

— Я же говорил, у меня есть человек, который может взломать систему безопасности Белого Дома. — Ладно, я немного утрировал, но всё же. — Говори, что случилось, или мне первым рейсом вылетать в Италию?

— Боже упаси, сиди на месте.

Я выехал с парковки и направился в сторону академии.

Занятие начиналось через десять минут. Хоть де Кастро стелился передо мной, зная, что Тюдоры управляют городом, он всё равно мог сделать мне выговор.

А последнее, что мне сейчас нужно — привлекать внимание.

— Отношения между Вендеттой и Каза Делле Омбре стали еще напряженнее, — пробормотал Лучиано. — Вчера на встрече Габриэль Эррера подстрелил, блядь, нашего Босса. Этот маленький гаденыш начинает мне надоедать.

— Он дал ответ по поводу брака с Нерией?

Лучиано фыркнул.

— Ты сам знаешь эту девчонку. На первой встрече она расцарапала ему лицо.

Удивился ли я? Если честно, не особо.

Нерия Кастафиоре часто приезжала к нам во Флоренцию. Ее отправлял туда человек, воспитывающий ее с самого детства — Рокко Кастафиоре. Именно он управлял одним из самых могущественных синдикатов Италии, Вендеттой. Лучиано Манчини был Консильери, его советником, так что о криминальной структуре и отмывании денег мы с Нерией знали всё.

Никто не был уверен, живы ли ее родные родители. Нерию подбросили на порог преступного клана, когда она еще не умела разговаривать. Ее родная мать, по нашим предположениям, была латиноамериканкой: об этом говорили ее яркая внешность и характер, от которого каждый рвал на себе волосы.

Неудивительно, что она отказалась от брака с сыном Босса Каза Делле Омбре, верная своим принципам.

Никто до сих пор не понимал, почему Габриэлю нужна именно Нерия, ведь у Рокко есть родные наследницы. Эта девушка — черное пятно для синдиката. Подкидыш, выросший в окружении диких зверей.

Когда я готовился к приезду в Таннери-Хиллс, то узнал, что Нерия переходит на четвертый курс АЗК и тесно общается с Леонор Монтгомери. Они вместе состояли в модельном агентстве ее матери Терезы, пока Леонор не перешла к Беверли Холланд, возглавившей компанию «Siren`s Wisper», а Нерия полностью не ушла из индустрии.

Не то чтобы я интересовался модой, но должен был знать все связи в этом городе.

— Да, я помню, как в мои девятнадцать Нерия чуть не отрезала мне член.

— Алистер, язык! — пропыхтел Лучиано. — Ты напугал бедную девчонку, когда вышел в коридор без полотенца.

Усмехнувшись, я остановился на светофоре и побарабанил пальцами по рулю.

— Но если серьезно, то это дерьм... Точнее, неприятно. Ты и сам знаешь, что нам нужен союз с Каза Делле Омбре. Благодаря связям с Картрайтами они обогнали нас в вооружении, держат большинство портов не только Италии, но и Англии, вдобавок к чему крышуют тех, кто нацелился на нас.

Лучиано тяжело выдохнул.

— Ты не помогаешь, Али. Все знают, что для Вендетты настали тяжелые времена. Если солдаты почувствуют нашу слабость, они пойдут против Босса... — Он ненадолго задумался. — Кстати, до меня дошли слухи, что Эррера уже помогал Синнерсу.

Я удивленно выгнул бровь.

— Действительно? Когда это было?

— У тебя одна попытка.

— Аукцион?

— В точку.

Нажав на педаль газа, я провел ладонью по легкой щетине и повыше сдвинул очки.

— Что связывает Картрайтов с Кругом?

— Старший из братьев провел год в рабстве. Они начали копать под общество, когда мальчишку спасли. В то же время погибла его родная мать — Вивьен Ван Дер Майерс.

— Они с Дарси кровные брат и сестра? Черт, да ты шутишь.

— Привыкай к бразильскому сериалу, племянник. Кто-то отправил Картрайтам приглашение на аукцион, чтобы убрать Адриана и Ричарда.

Шестеренки в голове мгновенно закрутились.

Значит, Татум тоже была там.

После перестрелки Адриан Картрайт, поставляющий вражескому синдикату оружие, попал в кому и до сих пор из нее не вышел, а Ричард долго поправлялся, но вернулся к управлению городским советом.

— Они серьезно настроены взять под контроль весь Таннери-Хиллс.

Я узнал о Круге Данте в восемнадцать лет. Когда отец понял, что я задаю опасные вопросы и становлюсь угрозой, он отослал меня в столицу. Потребовалось много лет, чтобы встать на ноги, взять в руки управление компанией и отправиться на ее поиски.

Печально, что они не увенчались успехом, а привели меня сюда.

Вершители — высшая каста Круга Данте — сохраняли полную анонимность как его участников, так и тех, кто пользовался их услугами. Отец с матерью хранили секреты общества так, словно от этого зависела их жизнь, но это не мешало мне воздавать за грехи каждому, из-за кого я лишился... всего.

Каждый из Вершителей знал, что первоначально идеи Круга отличались от тех, что они пропагандируют сейчас. Основатели считали, что отчищают мир от зла — преступников, насильников и убийц, совершающих бесчеловечные деяния.

Новые поколения Вершителей считали, что занимаются тем же, но с одной ремаркой.

Они карают слабых.

Людей, которые не способны защищаться. Людей, которые не вписываются в их идеалы о сильном обществе, что строится только на власть имеющих.

Если ты находишься внизу пищевой цепочки, тебя сжирают. Это главный принцип тех, кто обладает могуществом.

Они не знают, что такое эмпатия.

Люди для них — объект.

— Али, ты же знаешь, что никак не мог помочь?

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

— Не делай из меня дурака, stronzo, — проворчал Лучиано. — Те люди попали туда не по твоей вине.

— О, теперь ты ругаешься.

— Не заговаривай мне зубы. Я знаю тебя с пеленок, Алистер Тюдор. Ты был ребенком, когда ее забрали. И ты был ребенком, когда узнал правду. Не смей думать, что мог изменить это.

Я крепко стиснул челюсти.

— Мне потребовалось десять лет, чтобы вернуться в Таннери-Хиллс. Сколько людей похитили и убили за это время, Лучиано? Скольких мы могли спасти?