Даринда Джонс – Вторая могила слева (ЛП) (страница 34)

— Деньги переводятся с другого счета?

Хи покачала головой. Ну конечно. Иначе было бы слишком просто.

— Деньги всегда приходят на счет ночью, — добавила она. — Наличными. Тысяча долларов первого числа каждого месяца. Как по часам.

— И нет никаких идей, кто бы это мог быть?

— Никаких.

— В полицию обращались?

— Пыталась, — пожала плечами Хи. — Но там отказались выяснять, откуда приходят деньги, раз уж преступления не было. Тем более никаких заявлений мы не подавали.

Я понимающе кивнула — тут с властями не поспоришь.

— Мы с мужем несколько раз пытались проследить, откуда идут взносы, но стоило нам найти место, как деньги поступали из другого. И так каждый раз.

— Что ж, мне кажется, стоит покопаться в деталях. Могу я задать вам еще один вопрос? — спросила я, видя, как Куки остановилась в конце тротуара, поджидая меня.

— Конечно, — ответила Хи.

— Вы помните, кто был шерифом тогда, когда исчезла Хана? И кто вел дело?

— Разумеется. Шериф Кирш.

Сердце мое споткнулось, наружу вырвался тихий вздох. Надеясь, что мое удивление не слишком заметно, я сказала:

— Большое вам спасибо за потраченное время, миссис Инсинья.

Мы с Куки ушли. Развалюха — джип, а не наше эмоциональное состояние — гостеприимно приветствовала нас внутри себя. У нас обеих на лицах легко можно было прочесть полнейшую ошеломленность. Да, я успела рассказать Куки, кто был шерифом, а заодно и ведущим дело.

— Задам-ка я тебе вопрос, — сказала я Куки, пока она пялилась в никуда. — Ты говорила, что Уоррен Джейкобс весьма обеспеченный человек, так? Пишет обслуживающие компьютерные программы для разных корпораций по всему миру.

— Угу, — рассеянно прогудела она, не глядя на меня.

— Тогда зачем Мими вообще работать?

Куки повернулась ко мне и наградила меня изумленным взглядом.

— Только потому, что у мужа достаточно денег, Мими не надо работать? Иметь капельку независимости? Как-то выражать свою индивидуальность?

Я подняла руки:

— Кук, а давай на секундочку отодвинем в сторону феминизм? Я же не просто так спрашиваю. Хи сказала мне, что кто-то каждый месяц первого числа кладет ей на счет по ночам тысячу баксов. Гарольд и Ванда говорят, что Мими регулярно их навещает. Привозит детей и остается с ночевкой каждый месяц первого числа. Кук, это Мими перечисляет им деньги.

Несколько секунд Куки переваривала сказанное мной, затем опустила голову, будто сдалась:

— Но это же значит, что Мими чувствует себя виноватой. Разве нет?

— Похоже на то. Но люди часто чувствуют вину, Кук, и по разным причинам. Это вовсе не значит, что Мими натворила дел.

— Она сказала своей маме, что совершила ошибку, Чарли. Что же там произошло?

— Не знаю, солнце, но узнаю. Ставлю левое яйцо Гаррета, что тут замешана надежда Сената.

Я вставила ключ зажигания. Взревев, Развалюха очнулась, пока Куки смотрела сквозь боковое стекло.

— Ты представляешь, что все это значит? — спросила она.

— Кроме того, что Кайл Кирш почти наверняка убийца?

— Это значит, что мы собираемся предъявить обвинение в уголовном преступлении конгрессмену Соединенных Штатов. Человеку, на которого возлагают надежды избиратели как на следующего сенатора. Герою родного города. Столпу общества.

Неужели у Куки проблемы с тем, что он большая шишка? Большие шишки должны нести такую же ответственность перед законом, как и средние шишки, и маленькие шишечки.

Она повернулась ко мне с фанатично блестящими глазами. Ее аура горела пышущей, пламенной страстью, когда она сказала:

— Господи, обожаю эту работу.

Глава 10

Я была атеисткой, пока не поняла, что бог — это я.

Наклейка на бампер

К тому моменту, как мы остановились возле департамента шерифа округа Мора, Куки была на взводе. Она взяла на себя всю работу по сбору информации и, в принципе, шикарно с ней справлялась. Если не считать брошенных трубок, ужасно медленного интернета и ругани восьмидесятилетней бабульки, заявившей, что она Бэтмен, когда Куки ошиблась номером. Она уже скрипела зубами, когда я снова и снова пародировала ту бабушку. А не надо было говорить по громкой связи, если не хотела разгребать последствия.

Выйдя вслед за мной из Развалюхи, она прошла мимо, нарочно задев меня плечом, и прошипела:

— Ты испытываешь мое терпение.

Я постаралась не рассмеяться (ну хотя бы не очень громко) и спросила:

— Разве тебе не удалили его путем оперативного вмешательства?

К сожалению, нынешний шериф куда-то уехал по делам. Дежурная рассказала, что бывший шериф, отец Кайла Кирша, сейчас живет с женой в Таосе, где работает в службе безопасности, так что и с ним поговорить нам на этот раз не светило. Зато она дала нам копии всех документов, которые имелись у них по делу Ханы Инсинья, для чего нам всем пришлось спуститься в сырой темный подвал и перетаскать несколько десятков коробок с места на место.

Сама дежурная была слишком молодой, чтобы лично помнить дело, поэтому и тут нас ждал облом. Но я была уверена, что в то время исчезновение Ханы наделало немало шуму, и мы погладим кое-кого против шерсти только тем, что ворошим прошлое. Если же нет, то уж внимание Кайла Кирша точно привлечем, причем быстро. Конечно, если не забывать о липовых федералах и моих новых утренних друзьях, то, вероятно, мы уже сдали свое укрытие и практически озвучили наши гнусные планы помешать Кайлу Киршу завоевать мир.

Ох, как же я люблю заставлять попотеть плохих парней! Почти так же, как и хороших, только методы выбираю, разумеется, разные.

На обратном пути нам нужно было проехать через Санта-Фе, что давало мне замечательную возможность поболтать с Нилом Госсетом, заместителем начальника местной тюрьмы. Вообще-то он позвонил, пока мы ехали, и прямым текстом настаивал, чтобы я к нему заскочила. Он даже секретаршу заставил внести нашу встречу в расписание, потому что всем известно: тюрьмы помешаны на расписаниях.

— Думаешь, Нил даст тебе доступ к такой информации? — спросила Куки, закрывая телефон после разговора с дочкой. Из слышных мне обрывков можно было понять, что Эмбер весело проводит время с отцом, и потому Куки теперь беспокоилась меньше. — Разве записи посещений не конфиденциальные?

— Поживем — увидим, — ответила я, подъезжая к тюрьме, потом вытащила сотовый и набрала дядю Боба.

— Ух ты! — Куки что-то печатала на ноутбуке. — Мадам Мариголд только что ответила на мое письмо.

— Правда? А обо мне упомянула?

Она хмыкнула:

— Ну, я спросила ее, чего она хочет от ангела смерти, а она ответила — цитирую: «Это только между мной и ангелом смерти».

— Значит, все-таки упомянула! Мило.

Куки кивнула, потому что в этот момент мне в ухо бесцеремонно заорал голос Диби:

— Что у тебя?

— Кроме больших сисек? — невинно спросила я.

— По делу.

Какой он все-таки нетерпеливый.

— Хочешь все и сразу или только кусочек?

— Все, если не возражаешь.

Следующие десять минут я выкладывала ему все, от А до Я, пока Куки что-то искала в интернете. Время от времени она проговаривала вслух какие-то подробности, потому что мое изложение произведения «Кайл Кирш завоевывает мир: мюзикл» ей явно пришлось не по душе.

В трубке повисла долгая-предолгая пауза. Я уже начала подозревать, что закупоренные артерии все-таки добили дядю Боба, как вдруг послышалось шипение, пыхтение, затем скрип двери, а потом и шепот Диби:

— Кайл Кирш?

— Ты где?