Даринда Джонс – Грязь на девятой могиле (ЛП) (страница 71)

Одного из них я узнала. Это был тот самый мужчина, который частенько захаживал в кафе, никогда ни с кем не разговаривал и никогда не садился в моем секторе. Мне казалось, он просто не любитель болтать впустую. Этот долговязый мужчина возвышался над большинством остальных и выглядел так, словно при жизни серьезно недоедал.

Когда Джеймс со мной закончил, белое полотенце окрасилось в темно-красный цвет, а сам Джеймс ушел наблюдать за тем, как разгружают какую-то здоровенную коробку.

Призрак из кафе исчез со своего места, появился рядом со мной и спрятался от Джеймса у меня за спиной.

— Чарли, — тихо прошептал призрак, — ты должна прийти в себя. Здесь все очень серьезно, милая.

Я была занята тем, что пыталась не уснуть и не клевать носом.

— Меня зовут Чарли? — спросила я, но призрак уже исчез.

Джеймс оглянулся, и я стала вести себя самым естественным образом. Запрокинула голову и стала изучать потолок. Потом посмотрела вниз и принялась разглядывать измазанные кровью ногти.

Как только Джеймс отвернулся обратно к коробке, призрак появился снова. Я попыталась хорошенько его рассмотреть. Неужели у меня и правда есть союзник?

— А ты… ты можешь привести Рейеса? — спросила я. — У Рейеса есть крутой меч.

— Нет, — печально прошептал призрак.

— Чего? Почему? Ты худший союзник на всем белом свете.

— Ему нельзя этого видеть. Никому нельзя. Пока ты не будешь готова.

— Да готова я, честно. Родилась уже готовой.

Я начинала паниковать, поэтому говорила громче, чем было нужно. И привлекла внимание Джеймса. Призрак исчез и появился там, где ему, видимо, велели стоять — у большущей гаражной двери.

Подошел Джеймс и развернул меня вместе со стулом.

— Посмотри-ка на это сама. Помнишь тонкий намек на пятнадцатый век? Я не просто так об этом упомянул.

Я посмотрела на коробку, которую затащили на склад. Это был деревянный ящик с кучей винтиков и шестеренок.

— Классная древесина.

— Этот ящик спрятали в тысяча четырехсотых годах. Найти его было очень непросто. Но отыскать ключ к нему — та еще задачка.

Ладно, заинтриговал.

Один из подчиненных Джеймса вставил куда-то огромный ключ, который выглядел так, словно столетия провалялся на дне океана. Как только чувак провернул ключ в замке, винтики и шестеренки завертелись.

— Если все получится, а я надеюсь, что так оно и будет, то ящик откроется, и внутри окажется некий предмет, которому, в прямом смысле слова, нет равных. Он единственный в своем роде. Подобных ему нет ни в одном мире, ни в одной галактике. И этот предмер поражает воображение! Именно он способен запереть тебя в измерении ада на веки вечные. И все же…

Сейчас я могла рассмеяться в лицо самой смерти, но почему-то мысль о том, чтобы оказаться запертой на целую вечность в аду, как-то совсем чуть-чуть, но все-таки тревожила. А может, начинали выветриваться наркотики, которыми меня накачали, и все происходящее потихоньку воспринималось по-настоящему.

Я оглянулась на своего союзника, но он меня напрочь игнорировал. В отличие от Куки, этот чувак актер что надо.

Ящик ревел и шевелился. Панели смещались одна над другой и вдруг исчезали. Шестеренки и винтики продолжали вертеться, а потом словно тонули в центре. От каждого движения открывались все новые и новые слои сложного механизма, за каждым из которых скрывался новый слой шестеренок, искусно врезанных в дерево. Мне это напомнило русскую матрешку, только вместо куколок — бесчисленное количество ящиков.

Джеймс с упоением смотрел на весь процесс и улыбался.

— По вселенной ходят слухи, что Люцифер украл портал у того, кто этот портал создал, и использовал его в своих низменных целях. А все потому, что это все-таки Люцифер. Когда же он покончил со своими делами, то отдал портал священнику, который возомнил себя судьей и палачом. Поначалу жертвами были прихожане, но потом — вся округа целиком. Если кто-то не подчинялся желаниям священника или делал нечто, по его мнению, плохое, он пользовался этим предметом, чтобы навсегда сослать душу в ад.

Ящик продолжал открывать все новые и новые грани, за которыми скрывались ящики поменьше. В конце концов осталась крошечная шкатулочка. Мне туда ни за какие коврижки не поместиться.

— Однако в аду оказывались лишь души. А их хозяева превращались в растения, поскольку человек не может жить без души. — Джеймс подошел к открывшемуся ящику и взял в руки шкатулку. — Священник занимался этим почти два десятилетия, пока несколько храбрых монахов не выяснили, что происходит. Тогда они утроили ему ловушку.

Очень бережно Джеймс положил шкатулочку на раскрытую ладонь и принес мне, чтобы я могла хорошенько ее рассмотреть. Украшенная резьбой и железными замками, шкатулка выглядела хрупкой и одновременно крепкой.

— Прекрасно зная, что с ним произойдет, один человек добровольно вызвался вышвырнуть священника через этот же портал. — Засунув шкатулку в карман плаща, Джеймс взял огромный ключ и бросил его в разведенный в печи огонь. — Легенда гласит, что души или создания, прошедшие сквозь портал, могут вернуться обратно только в том случае, если тот, кто отправил их в ад, лично откроет портал и произнесет их имя.

Взяв кочергу, он стал переворачивать в огне постепенно краснеющий ключ, словно хотел хорошенько прожарить его со всех сторон, а потом подать на ужин. Пока Джеймс и его приспешники завороженно смотрели на желто-оранжевое сияние, я решила, что самое время перекинуться словечком со своим союзником, и кивком позвала его, практически вынуждая себя выдать.

Появившись рядом со мной, призрак притворился, будто хочет поближе посмотреть на огонь, и прошептал:

— Я не могу привести Рейазиэля. Ему нельзя это видеть, пока ты не захочешь, чтобы он узнал правду, Чарли. Ты и сама многого не знаешь.

В том-то и беда, что я вообще ничего не знала.

— В общем, — продолжал Джеймс, поджаривая ключ на костре, как в каком-нибудь лагере, где народ обычно делится страшными историями, — тот человек отправил священника через портал в ад. Между прочим, не в тот ад, где правит Люцифер. Монахи, никогда не слывшие ни хладнокровными, ни жестокими, обезглавили храброго человека, чтобы он никогда больше не смог снова открыть портал и произнести имя священника.

— Да приди же ты в себя! — прошипел призрак.

— Не могу, — мрачно процедила я сквозь стиснутые зубы.

— Еще как можешь. Прекрати думать и просто вспомни. Чтобы справиться с Кууром, тебе понадобится весь твой арсенал.

— С каким еще Кууром?

Призрак кивнул на Джеймса:

— Он эмиссар из армии Люцифера. Опытный убийца. Нет такого существа в любом из миров, которое не стало бы его жертвой.

— Что ж, имечко у него очень мужественное.

Призрак стиснул зубы. Ну, не каждому дано понять мое чувство юмора.

— Срочно приходи в себя, пока не поздно!

— И что потом? Вряд ли я смогу сражаться со всеми сразу.

Призрак шагнул еще ближе, взял меня за подбородок и приподнял мое лицо.

— Как только ты вспомнишь, кто ты, тебе не придется ни с кем сражаться.

— Получилось! — воскликнул Джеймс, вытащил из огня маленький кусочек металла и повернулся ко мне.

Призрак тут же испарился и появился там, где ему велено было стоять — на другом конце склада. Если Джеймс и заметил его рядом со мной, то его это явно совершенно не беспокоило.

— В бесконечной своей мудрости, — продолжил Джеймс, потому что все происходящее, видимо, было его личным шоу, — монахи создали этот ящик, чтобы скрыть портал и не дать ему попасть в чужие руки. Ящик они похоронили под тысячами слоев грязи и земли и никому никогда не говорили, где именно он находится. Ублюдки.

Я недоверчиво сдвинула брови.

— То есть в этой малюсенькой шкатулочке находится портал в ад?

— Именно так.

— А этот ад, случайно, не для малюсеньких людей? Говорю тебе, я туда точно не помещусь.

— Не переживай, — отозвался Джеймс, понимая мои сомнения. — Человеческий разум ограничивает твои умственные возможности. Зачастую все совсем не так, как кажется смертным. Существуют измерения, где живут создания, которые летают от звезды к звезде и питаются звездной энергией. Есть миры, где камешек размером с твой ноготь может обеспечить всю планету энергией на целую вечность. Есть галактика, где в одном из миров живут древнейшие создания, которые медленно тают и затапливают почву вместе с миллионами живых существ. Ты еще столько не видела! — Джеймс поднял серебряный ключик, который прятался внутри большого железного. — Но в адских измерениях может быть даже весело.

— Сам-то их видел? — спросила я, все сильнее нервничая с каждым ударом сердца. К сожалению, сердце мое билось слишком часто.

— Это, — Джеймс указал на шкатулку, — не видел. Есть лишь один способ оказаться в мире, куда ты отправишься. И лишь один способ вырваться оттуда.

Он вставил ключик в замок и повернул. С едва слышным вздохом крышка открылась, и над шкатулкой разлилось сияние. Джеймс осторожно достал изнутри красивый круглый кулон. На самом деле это был какой-то медальон, только поверхность его была из чистейшего прозрачного стекла. Внутрь вставили гладкий драгоценный камень, каких я отродясь не видела. Взгляд тут же приклеился к кулону, словно после долго странствия я наконец увидела маяк, который приведет меня домой. Я зачарованно притихла. Куда бы не сместился медальон, мои глаза следовали за ним.