Дарина Ромм – Истинная проблема сурового дракона (страница 4)
– Не сообщил. Просто сказал не беспокоиться: скоро выродок Маршалла Макхонана будет у нас…
***
Из подземного хода я вышла на дне неглубокого лесного оврага. Сначала отодвинула прикрывающие выход ветки и осторожно высунула голову.
Кругом было тихо, ни двуногих, ни четвероногих не наблюдалось, только шумела листва да щебетали птички. Осмелев, я выбралась наружу.
Настороженно вслушиваясь в лесные звуки, огляделась по сторонам: понять бы, где я очутилась и куда теперь идти?
Внизу вдруг чавкнуло, раздалось громкое «ква-а-ак», и из-под моей ноги, перепугав меня, выскочила огромная лягушка. Сверкнув в воздухе влажной серо-зеленой спиной, квакуха пролетела пару метров и шлепнулась на землю. Еще раз громко возмущенно квакнула и гигантскими скачками понеслась по дну оврага прочь.
Прижимая ладонь к бешено колотящемуся сердцу, я смотрела ей вслед и пыталась прийти в себя – так и до инфаркта недалеко. Пожалуй, для начала стоит выбраться из оврага, и там уже решать, куда идти.
Прижимая к себе сладко спящего малыша одной рукой, а второй цепляясь за торчащие корни, я принялась подниматься.
То, что скалолаз, вернее, овраголаз из меня не выйдет, я поняла уже через полминуты. Подошвы сапог скользили, рука немилосердно соскальзывала с мокрых, грязных корней, так что я несколько раз падала обратно. Вымазалась с головы до ног в сырой глине, намочила подол платья и вспомнила все знакомые мне идиоматические выражения.
Еще и Николас закряхтел и заворочался как раз в тот момент, когда я почти добралась до верха. В итоге, отвлекшись на него, я снова благополучно свалилась, прямиком в тот самый ручей. Еще больше вымокла и испачкалась, хорошо хоть малышу не досталось от прелестей местного ландшафта.
Решив, что не буду больше испытывать себя на прочность, как смогла, умыла лицо в ручейке и решила пойти по дну оврага. Поразмыслив, направилась в ту сторону, куда ускакала лягушка. Вдруг ее появление было знаком свыше, должным указать мне правильный путь? В сказках героям постоянно помогают всякие зверушки и растения, чем я хуже.
Некоторое время я шла вдоль ручейка, внимательно глядя под ноги: не поскользнуться бы. Даже забыла, что я на вражеской территории и надо смотреть не под ноги, а на триста шестьдесят градусов вокруг. За что едва не поплатилась…
2/1
Меня словно что-то торкнуло изнутри, и я подняла глаза. Как раз вовремя: метрах в сорока впереди спиной ко мне стоял мужчина. Наклонив голову, он рассматривал что-то у себя под ногами, словно изучал следы на земле.
Мой взгляд в одно мгновение выхватил его рост метра под два, массивные плечи, обнаженные, бугрящиеся мышцами руки в стальных наручах. Жгуче-черные волосы рассыпались небрежными прядями, придавая ему дикий вид. На боку у мужчины висел здоровенный меч в ножнах, а на плечи была накинута какая-то меховая штуковина, то ли волчья, то ли медвежья шкура. Даже не видя его лица, я испугалась: наверняка, этот страшный тип – один из бандитов Эраста, или он сам лично.
Я застыла, испуганные мысли заскакали в голове лихорадочными зайцами: «Ужас, пройди я еще немного, просто уткнулась бы ему в спину!»
Стараясь не дышать и мысленно умоляя Николаса не проснуться и не заплакать, я сделала осторожный шаг назад.
Не сводя с мужчины глаз, и готовая в любой момент рвануть прочь, медленно-медленно начала пятиться, надеясь незамеченной отойти подальше: недавно я прошла мимо крупного камня, за которым можно спрятаться и переждать пока этот тип уйдет.
От волнения по лицу потек пот, заливая глаза, и я стерла его рукавом, заодно размазывая по лицу налипшую на ткань грязь. Представляю, как я выгляжу – вся в глине, мокрая и чумазая. Да и ладно, не до красоты мне сейчас, не до привлекательности, ноги бы унести!
Еще один шаг и еще, и тут мужчина вдруг поднял голову и напрягся, прислушиваясь, а я замерла, окончательно перестав дышать. Мужчина медленно повернул голову вправо, потом влево, так, что мне стало видно его профиль. Замер и словно принюхался: мне было хорошо видно, как трепещут крылья его прямого носа. Вот елки-метелки, а вдруг он оборотень какой-нибудь, и нюх у него звериный. Учует меня и тогда все, крантец нам с Николасом!
Тут мне в голову полезли совсем неуместные в этой ситуации мысли. Во-первых, о том, что повернутый ко мне мужской профиль весьма привлекательный: и нос благородной формы, и высокий открытый лоб, и густая темная щетина, еще не превратившаяся в бороду, красиво обрисовывающая щеки и подбородок… вот балда, кто о чем в час смертельной опасности думает, а я о красивых мужиках!
А во-вторых, родился вопрос – куда именно меня забросила милая старушка Изалия Модестовна? Средневековье? Постапокалиптическое будущее? Магический мир?
Тут я вспомнила, что Элизабет говорила про заговоренные стрелы, а Эраст про щиты, которые сделала ведьма-сестра… И если «ведьма» – это не описание свойств характера другой Тамилы, значит… значит, мир магический, и нюхающий воздух жуткий мужик вполне может быть оборотнем. Или драконом. Я в фэнтези-романах читала, что чешуйчатые по запаху много чего определяют: истинных своих и еще что-то, не помню точно, что именно.
Паника нахлынула совершенно неожиданно: вот только я была совершенно спокойна, а сейчас меня бросило в жар, потом в холод и начало трясти. Пытаясь успокоиться, я медленно вдохнула, выдохнула и тут… Николас заворочался у меня на руках и истошно завопил.
Ну как же так?!
2/2
При первых же звуках младенческого рева страшный мужик обернулся и уставился на меня. Ну а я, судорожно качая малыша в бессмысленной попытке успокоить, вытаращилась на него. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, причем лицо мужчины с каждым мгновением делалось все мрачнее. Потом я развернулась и побежала по дну оврага прочь…
Я бежала, разъезжаясь ногами по мокрой глине. Ветки кустарников больно хлестали по лицу и плечам, цеплялись за платье. Камни и корни, словно специально попадали под ноги, заставляя спотыкаться о них и терять драгоценные секунды. Николас заходился плачем, а мужик что-то кричал мне вслед. Что именно, я не могла расслышать из-за мощного младенческого рева, но уверена, ничего для меня хорошего.
В общем, я неслась вперед, не разбирая дороги и, возможно, смогла бы убежать, но путь опять перекрыли. Передо мной, словно из-под земли, выросла еще одна мужская фигура. Эта была не такая страшная, как первая, но не менее угрожающая: в руках у товарища был лук с вложенной в него стрелой.
– А ну, стоять, сучка! – скомандовал он противным, пропитым голосом. Поднял оружие, натянул тетиву и прицелился в меня.
Взвизгнув от ужаса, я безумной горной козой скакнула в сторону. Ухватилась за свисающий над головой толстый корень и каким-то совершенно немыслимым в обычной жизни движением взлетела наверх.
На краю оврага плюхнулась на колени и на трех костях, прижимая к себе орущий кулек и волоча по траве сумку, быстро-быстро поползла к зарослям кустарников. Только и успела подумать, что на стрессе превратилась в супервумен, сигающую на высоту одноэтажного дома. Еще со злорадством послушала брань оставшегося в овраге типа с луком…
За кустами я вскочила на ноги и, под аккомпанемент отчаянных младенческих криков, понеслась куда глаза глядят. Главное – подальше от оврага! Прости, Николас, утешать тебя сейчас нет ни времени, ни возможности, нам бы ноги отсюда унести… Пробежала я метров, наверное, триста, не больше, когда из кустов наперерез выскочило несколько вооруженных мужиков.
– Попалась! – заорал тот, что был ближе всех.
В полном отчаянии я развернулась на девяносто градусов и ломанула между деревьев, слыша за спиной довольный гогот и вопли:
– Девочка решила с нами в догонялки поиграть! Эраст, мы ее поймали!
– Еще не поймали, уроды! – прохрипела я в отчаянии, зная, что это просто дело времени. Совсем скоро они окружат меня и схватят, сколько бы я ни бегала. Их много, они вооружены и, наверное, хорошо знают этот лес.
– Где она? – услышала за спиной знакомый голос и ответный хохот:
– Пытается удрать.
– Поймать ее и привести ко мне, придурки! И чтобы ни один волосок с ее головы не упал: она мне живая нужна, – злобно проорал Эраст, и за спиной у меня затрещали кусты.
В полном отчаянии я прибавила ходу, и вдруг лес расступился, а я выскочила к краю глубокого ущелья, на дне которого бурлила река.
Завопила от ужаса и попыталась затормозить, чтобы не свалиться вниз. Подошвы заскользили, поехали по мокрой траве и, ногами вперед, я полетела на землю. Шлепнулась, отбив себе все, что только можно, по инерции проехала на спине пару метров и остановилась на самом краю обрыва.
Лежала и, прижимая к себе продолжающего вопить малыша, с ужасом смотрела, как небо надо мной темнеет, накрытое чем-то огромным и черным. Раздался шум, словно захлопали гигантские крылья. Затем мощный порыв ветра, едва не сбросивший меня с обрыва, и испуганный вопль десяток мужских глоток:
– Драко-он! Уходим!
Тут я подумала, что в соответствии с классикой пришло время упасть в обморок, и закрыла глаза. Николас решил меня поддержать и тоже замолк. Только продолжил возиться в своем одеяльце, из-под которого на меня потекла тепленькая водичка…
Так мы и лежали: писающий младенчик и я, делающая вид, что потеряла сознание. Лежали, лежали, пока над головой не раздался низкий мужской голос: